Страница 89 из 124
– Я могу спросить, конечно, у Агнешки, что она обо всем думает, – неуверенно произнесла Катаржина. – Но что скажет Бланка, когда мы ее найдем? Вряд ли она захочет видеть у себя в доме другую женщину. Хотя Агнешка могла бы нянчить детей, наверное…
Домак сел на шезлонг напротив Катаржины.
– Мне не нужна панде Агнешка, – сказал он. – От вас я бы хотел другого.
– Чего?
Катаржина поймала себя на том, что совершенно не может смотреть ему в глаза – то ли от стыда, то ли от какого-то иного чувства. Она перевела взгляд на затянутый сумерками сад за широкими окнами.
– Я хочу, чтобы вы простили мне и моим людям, которые в этом участвовали, попытку покушения на вас, – твердо озвучил Домак. – А еще, когда все кончится, я хочу покинуть охрану Главы и его семьи и перейти в другое подразделение.
– Первое я тебе гарантирую. Я не стану мстить или требовать для вас трибунала. Но что касается второго, то я руковожу Ведомством благоденствия, а не Порядка, и у меня нет власти…
– Власти у вас предостаточно, – перебил ее Домак. – Руководитель Ведомства порядка разве что из рук у вас не ест. Употребите свое могущество хоть раз на что-нибудь хорошее.
– Ничего не обещаю, но сделаю, что смогу. В конце концов, мне самой не сильно-то хочется тебя теперь видеть. И своих офицеров-предателей забирай с собой. В какое подразделение ты хочешь?
– Туда же, где я когда-то начинал простым человеком – в Парапсихологический контроль.
Дрозд закашлялся, подавившись хурмой.
– Пандер Мариан, вы что же, хотите ловить ни в чем не повинных колдунов и ведьм?! – выдавил он.
– Ни в чем не повинных не хочу. Хочу только тех, кто опасен для других людей.
– Я, между прочим, нынче руковожу разведкой. Шли бы лучше к нам, ну?
– Спасибо, откажусь. И не переживайте, я вовсе не собираюсь охотиться на вас, пока вы ведете себя пристойно и никому не пакостите.
Слушая их перепалку, Катаржина задумчиво смотрела в окно на далекую, поднимавшуюся из-за гор и верхушек деревьев луну. Может, и лучше, если Домак вернется в инквизицию? Смертность в этом подразделении была высокая, так что предатели сами себя и накажут один за другим.
Дрозд притащил из библиотеки ворох свернутых карт и шкатулку из резного дерева, из которой достал покачивающийся на золотой цепочке кулон в виде круглой хрустальной сферы с острыми гранями.
– Пандер Мариан, мне понадобится ваша кровь, – сказал он.
– Зачем это? – Домак недоверчиво покосился на него.
– А как, по-вашему, я должен искать ваших детей? Только по крови это и можно сделать.
Дрозд ловко уколол Домака одноразовой иглой в палец и, наполнив хрустальную сферу, зажал ранку ваткой со спиртом.
– Можно и без этого, – Домак поморщился от резкого запаха спирта. – И так все заживет.
– Санитарные нормы еще никто не отменял. И, пожалуйста, будьте аккуратны. Видите ли, выводить пятна крови с мебельной обивки очень непросто.
Разложив на столе карту Содружества, Дрозд принялся медленно водить над ней кулоном. Катаржина ожидала, что кулон качнется в сторону, показывая, где находятся дети, но ничего не происходило. Тем не менее спустя пару мину Дрозд хмыкнул, скрутил карту в аккуратную трубочку и отложил в сторону. Затем достал другую и раскатал ее на столе. Это была карта Южных земель, от Зеленых гор до Янтарного моря.
– Очень интересно, – пробормотал Дрозд, поводив над картой кулоном.
Он опять вытащил новую карту, на этот раз Морнаво и окрестностей.
Домак следил за всеми манипуляциями, нервно кусая губы. Наконец он не выдержал и схватил Дрозда за предплечье:
– Что вы хотите сказать? Неужели дети и Бланка в Морнаво? Получается, они совсем рядом?
– Не совсем. Уберите, пожалуйста, руки и не мешайте. Будете мешать – ничего не получится.
– Ладно.
Домак отошел на шаг назад с поднятыми руками, словно говоря, что больше его не тронет.
Дрозд опустился на колени перед столиком и пару секунд смотрел на карту, а затем просто швырнул на нее кулон. Кровь расплескалась по бумаге алыми каплями и вдруг с шипением испарилась, испуская дым. Кулон принялся хаотично кататься, стуча гранеными боками по столу, пока не замер.
Катаржина, Дрозд и Домак сгрудились вокруг карты, едва не стукаясь лбами.
– Как такое может быть? – прошептал Домак.
– Вы уверены, что нигде не ошиблись? Может, попробуете еще раз? – спросила Катаржина.
– Панде, никакой ошибки нет и быть не может. Жена пандера Мариана и их малыши именно здесь, в доме вашего отца.
Когда первый шок прошел, Катаржина принялась рассуждать логически:
– Дом отца всего лишь точка на вашей карте, генерал. Вокруг дома есть несколько гектаров земли и разные другие постройки. Близко примыкают участки других членов правительства. Нужна более подробная карта, чтобы понять, где именно держат Бьянку и детей.
– Бланку! Когда вы уже запомните?! – почти выкрикнул Домак, мечась вокруг бассейна. Он так сильно растрепал свои волосы, что они торчали, как шерсть взъерошенного зверя.
– У меня нет карты владений вашего отца, панде Катаржина, – сказал Дрозд. Он лежал на шезлонге, подложив пол голову руки, и выглядел усталым и сонным. – Сами же знаете, там все засекречено.
– А если я нарисую карту, сможете посмотреть? Я хорошо помню, что где расположено.
– Так уж и быть, давайте, – согласился Дрозд и зевнул, прикрыв ладонью рот.
Голем принес Катаржине лист плотной бумаги и цветные карандаши. Сдвинув в сторону карту Морнаво, она села на пол, разложила на столе бумагу и принялась старательно рисовать. Она изобразила дом с главным крылом, в котором на первом этаже находились гостиная, столовая, кабинет отца и комната отдыха с широким бильярдным столом. На втором этаже были комната отца и библиотека, а на третьем – спальни Катаржины и Игната. В восточном крыле находились кухня и комнаты слуг, там же жили и Агнешка с Виолеттой. Катаржина знала, что младшая сестра до четырнадцати лет делила одну комнату со своей матерью и только потом получила отдельную. Западное крыло занимали офицеры охраны, к ним же лепилась пристройка, где жил врач и находился медицинский кабинет. Отец всегда крайне пристально следил за своим здоровьем.