Встречая судьбу

Пожилой владелец только рассмеялся при виде подобных эмоций. Он добродушно позвал всех за стол, отодвинув стул для Иллы, его жена уточнила, кому можно алкоголь, и тут же разлила в подставленные бокалы душистое вино, предложив остальным морс, и дальше Кю Сэй уже не вспомнил бы ничего, что не относилось к еде. Вся компания быстро ела, но не набивала кормом желудок, а наслаждалась смешением вкусов, свежестью мяса и его прожаркой, хрустом маринованных микро-огурчиков, которые попросила госпожа Юн, но, глядя в голодные глаза своих спутников, с жалостью поделилась ими со всеми, и взрывом на языке маленьких помидорок.

Наконец Илла удовлетворённо вздохнула, с насмешкой посмотрела на Джи Вона, проникшегося новой для него едой, и спросила:

— Теперь понимаешь, где действительно вкусно, а где просто пускают пыль в глаза?

— Там вкусно, — добродушно ответил он. Настроения спорить и доказывать правоту не было, но отстоять высокую кухню всё же нужно, а то ребята начнут таскать по разным забегаловкам, ещё попадутся журналюгам.

— Выбирать еду нужно не по её актуальности или моде, а по необходимости в текущий момент для организма. Ты же не будешь есть похмельный суп каждое утро, если не пьёшь каждый вечер? Так и тут. Был тяжелый день, в который мало кто успел нормально покушать, нужна сытная пища без изысков, чтобы восполнить потраченные силы. А молекулярная кухня всё же для гурманов, когда у тебя всё хорошо, день прошёл легко, настроение отличное, ничего плохого не ожидает — можно поиграть в угадайку за ужином.

Джи Вон поднял руки в жесте «сдаюсь».

— Склоняюсь перед вашей мудростью, о старейшина!

— Поговори мне ещё, — Илла рассмеялась, махнув на него веточкой петрушки, которую тут же съела, потом встала и склонилась в поклоне перед супружеской парой владельцев.

— Вы спасли наши желудки и нервы, спасибо вам огромное!

Кю Сэй бросил взгляд на друга, проверив, доел ли он всё, что положили ему в тарелку, потому что тот снова ушёл в свои музыкальные думы, и тоже встал.

— Я получил огромное наслаждение от вашей еды. Оставить вам наше фото на стене с подписью?

Несмотря на то, что группой они были ещё не сверхпопулярной, владельцы ресторанчиков частенько просили их оставить автографы, чтобы потом, когда коллектив взлетит в чартах, хвастаться. Однако дядя Миша замахал руками.

— Не-не-не! Я очень рад вас накормить, но если сюда будет ломиться толпа фанаток, блоггеры и прочие...личности, мы вряд ли сможем поддерживать такой уровень. Просто приходите ещё к нам кушать. Лучше заранее позвонить. — Он протянул парню простенькую визитку, на которой просто напечатано: «Дядя Миша. Мясо, хлеб, вино» и номер кафе для брони столиков. А ниже от руки вписан номер сотового телефона самого владельца.

Молчаливый Нам Хён расплатился корпоративной картой, не обращая внимания на возмущенный взгляд Иллы, которая считала «кто пригласил — тот и платит». Легко поклонившись пожилой паре на прощание, вся компания вышла из кафе и расселась по машинам. Илла, которая не смогла удержаться от фирменного домашнего вина, к этому времени уже вызвала дежурного водителя «Юн.Старс», с улыбкой пожелала мальчикам хорошего дня, села на заднее сиденье и буквально через минуту уснула, наконец-то расслабившись. Что ни говорите, а она не имела привычки командовать и указывать всем, что им стоит делать или кушать. Но несчастные взгляды парней при виде зеленой жижи вместо нормального горячего ужина пробудили в ней какой-то материнское ощущение и всю дорогу до кафе в русском квартале мучила мысль, а так ли парням нужна её забота. Ну правда, взрослые же люди! Один Кю Сэй ещё немного инфантилен, но ему и лет-то немного, да и вокруг все старше да заботливее. Пусть ещё побудет ребёнком, сцена и так слишком быстро сделала их взрослыми. А у неё дома уже спит, скорее всего, другой ребёнок, который реально нуждается в заботе и внимании. Надо будет испечь в выходные пироги!

Через неделю Илла снова навестила это кафе. Причин было несколько, и все приносили только удовлетворённую улыбку — клип с «островитянами» на монтаже, студенты в университете все молодцы, особенно те, которые записались к ней на занятия после концерта для первокурсников и теперь рвали жилы, чтобы педагог не попросила освободить её класс из-за слишком большого количества занимающихся. Да и нужно пообщаться с дядей Мишей, узнать, не нарушили ли они своим поздним ужином тогда хрупкий баланс вкуса и количества посетителей.

Дядя Миша, улыбаясь в усы, принес клиентке бокал морса и сел к ней за соседний стул.

— Вы сегодня так улыбаетесь, как акула, плотно пообедавшая и теперь раздумывающая, нужен ли десерт или и так достаточно.

— Просто я очень рада сегодняшнему дню. Пока нет плохих новостей, в университете набрался полный класс, и вообще у меня прекрасная работа. А ещё разрешили вернуться после болезни в спортзал, а значит, действительно можно будет купить вечером десерт — нет причин строго держать режим питания, чтобы не быть на фоне прозрачных кореянок бочкой.

— Вы не бочка! — натурально возмутился мужчина. — Это совсем без глаз надо быть, чтобы не видеть вашу красоту.

— Ой, дядя Миша, не надо льстить. Я прекрасно вижу разницу между собой и местными ровесницами, сравнение не в мою пользу.

— Много они понимают в красоте, прозрачные эти ваши!

Илла рассмеялась негромко, чтобы не привлекать внимание других посетителей.

— Будете так продолжать, и я решу, что вы со мной флиртуете. При живой-то жене.

— Любимой жене! С которой я прожил вместе уже почти пятьдесят лет.

Илла уважительно покачала головой и подняла бокал в качестве тоста.

— Вот это, я понимаю, срок совместной жизни. А я всего, — она запнулась, высчитывая в уме, сколько лет с Чан Солем они женаты, — третий год всего замужем.

— А чего задумались так?

— Ощущение, что уже целую жизнь с ним вместе, и как-то странно думать, что так мало времени прошло.

— Я бы предложил выпить вина за насыщенную жизнь, чеми мзэ, но вижу, что вы за рулём.

— Да, и завтра ранний подъём, так что лучше остаться с ясной головой. А то знаю я себя и ваше коварное вино. Пьёшь компотик, а потом из-за стола встать не можешь.