Дважды бывший

5

Вернувшись домой, сталкиваюсь с реальностью. А реальность в том, что топить душевные раны в алкоголе совсем не хочется. Тут на трезвую голову не знаешь, как всё вынести, а в пьяном угаре только вешаться останется.

И дом — не дом. Находиться здесь невыносимо, потому что насилую психику, заставляя мириться с тем, что дом придётся продать. Не хочу этого. Я бы просто выставила мужа на улицу, будь я понаглее. Он мог бы пожить у родителей или в своей квартире, предварительно выселив квартирантов.

Но я хочу всё сделать правильно. Всё нажитое в совместной жизни должно быть разделено пополам.

Давно ли стала такой правильной?

Помню, как швыряла из окна вещи Макса, среди которых был телефон и его любимый скейт.

Кажется, что это была не я.

Макс часто называл меня конченой стервой. И это ему очень нравилось.

Я была такой только с ним.

До него и после проблемами с психикой не отличалась.

Интересно, а он сейчас так же ведёт себя с девушками?

Распускает руки?

Бьёт? Уничтожает морально? Давит ревностью?

Плевать!

Зачем я вообще об этом думаю!

Боже… Не вспоминала о нём столько лет — и тут на тебе. Как будто мы всего год не виделись: голова снова забита мыслями о нём. И снова это чувство, что рвёт душу в клочья. Снова ломка, до тремора рук и безумной тревоги.

Стоило только увидеть, постоять рядом…

И боюсь. Чего?

Повторения.

Боюсь снова оказаться в том замкнутом кольце созависимости, из которого не выбраться. В том аду.

Почему мне страшно?

Он ведь уехал. Мы не обменялись контактами, он не проявил никакого интереса ко мне как к девушке. Обычное приветствие старого знакомого, не больше.

Даже немного обидно, что так холодно и безвкусно.

Подхожу к зеркалу, снимаю футболку. Поворачиваюсь спиной, боком, другим.

Да, я уже не та красивая стройная девчонка.

Мне тридцать пять.

За плечами пятнадцать лет брака и роды.

Моя грудь не стоит, как в восемнадцать. Слегка обвисла после грудного вскармливания. Не висит мешками, но и не наливные яблочки.

На бёдрах и животе белые стрии. Во время беременности сильно поправилась — остались растяжки.

Не считаю себя толстухой, но и на стройную женщину не тяну. Лишних килограммов в избытке. Несмотря на то что занимаюсь в зале два раза в неделю, хлопочу по дому и управляюсь в саду, вес стоит на месте. Проблема в том, что я очень вкусно готовлю. Готовлю для сына всякие изысканные блюда и не могу устоять, чтобы самой не поесть. А ещё у меня выходит просто бесподобная выпечка: булочки, пироги, пирожные.

Снова втягиваю живот. В таком состоянии даже талия проглядывается. Выдыхаю.

Спасательный круг, а не живот.

Понятно, конечно, почему Макс не проявил интереса. Он всегда любил красивых девушек. Только красивых. Уверена, за эти годы его предпочтения вряд ли сильно изменились.

Наверняка его девушка или жена — стройная молоденькая модель с ногами от ушей, пятым размером груди и осиной талией.

А у меня и морщины вокруг глаз уже имеются.

Не обращала на них внимания раньше. И носогубку тоже не замечала.

Умылась, расчесалась, кремом намазалась — и всё. Весь уход за кожей.

Миша меня и такую любил…

Любил ведь. Когда-то.

Разглядываю своё лицо, мелкие морщинки пересчитываю и плачу. Не из-за возраста — нет. Из-за времени. Из-за того, что я больше никогда не буду той девчонкой, не буду молодой и красивой.

Мне бы машину времени!

И что бы я сделала?

Во-первых, избежала бы отношений с Максом. Послала бы его сразу, при первой встрече.

Потом сделала бы всё, чтобы Миша на буфетчиц не засматривался.

И родила бы ещё одного ребёнка лет десять назад.

Как жаль, что машины времени не существует. А может, и создали уже, но не для общего пользования.

Сын с Мишей вернулись домой поздно вечером. Димка уставший, но счастливый. После ужина сразу ушёл к себе и лёг спать, а не сидел в компьютере.

Муж посуду сам в посудомойку заложил, сам со стола всё убрал.

Зачем-то даже подмёл полы на кухне, хотя у нас хороший робот-пылесос и мусора на полу нет совсем.

— Это тебе. От нас с Димкой, — протягивает коробочку из ювелирного.

Даже в руки не беру.

— Чего ты добиваешься? — злобно шиплю, как затравленная змея. — Ты правда думаешь, что если начнёшь общаться с сыном, будешь покупать подарки и мыть посуду, я забуду, что ты уже больше года живёшь с другой женщиной?

— Какие больше года?! — возмущённо кидает коробочку на стол. — Один раз было — и всё. Это ничего не значит. Ты просто не понимаешь, какого там, в море. Какого это — по полгода без женщины! Да, я сорвался. Я очень об этом сожалею, давай всё забудем. Это не повод рушить семью.

И тут мне сорвало чеку.

Я натурально взорвалась.

— Тебе было сложно?! Тебе? Старпому? Ты даже не матрос, тяжёлой работой не занимался! Просиживал штаны на мостике с капитаном — и всё! А я тащила дом, сына! Всё сама, никого о помощи не просила! Секса тебе захотелось? Не вытерпел? Ты знаешь вообще, как отсутствие секса влияет на женский организм? Почему принято считать, что мужикам это нужно, а женщинам нет? Секс нужен нам для здоровья! Потому что без половой жизни у женщин слабеют мышцы внутри, опускается матка, слабеет мочевой пузырь и начинает подтекать моча! А ещё проблемы с яичниками, с гормональным фоном, что сказывается на коже. Ты даже не представляешь, как болит живот, когда нет секса больше года! Что даже сидеть бывает больно! И я терпела! Не пошла на сторону — ради здоровья. Умирала от болей и тащила на себе дом! Умные женщины обзаводятся помощниками в виде секс-игрушек, а я терпела! Потому что мне ты нужен! А не силиконовые запчасти! Вам, мужикам, для поддержания половой системы достаточно мастурбировать! А женщине нужен член! Так почему до сих пор принято считать, что мужики могут изменять, что им это нужно, а женщинам нет?

От пламенной речи пересохло в горле. Иссушилась нервная система. Я высказалась, выложила всё, о чём молчала, — и ничего не осталось. Ни эмоций, ни чувств, ни боли.

Только грусть. Тоскливая грусть по нашей семье. По мужу. Который был.

Физически он здесь. В этой комнате. Стоит, сомкнув губы добела, скривив подбородок и пряча взгляд в пол, изучая рисунок ламината.

Такой же близкий и родной, только больше не мой.

— Я не дам тебе развод, — произносит тихо, но строго. Как будто мы обсуждаем поездку за город на выходные. — Я не позволю тебе рушить семью, поняла?!