Страница 53 из 60
— Хорошо, — сказал он наконец. — Я беру эту папку с собой в Москву. Я доложу наркому. Я добьюсь аудиенции у Сталина, если потребуется. Но ты, Егоров, должен понимать: если твои прогнозы не сбудутся, если война не начнётся в сорок первом или если немцы пойдут другим путём, — нам обоим не сносить головы.
— Я понимаю, — ответил Максим. — Но я готов рискнуть. Потому что цена бездействия слишком высока.
Жуков кивнул и спрятал папку в портфель.э
Через час он уехал. Максим и Козырев стояли у ворот ангара и смотрели, как чёрная машина скрывается за поворотом. Солнце уже клонилось к закату, и сосны отбрасывали длинные тени на примятую гусеницами траву. Полигон, ещё утром гудевший от выстрелов и моторов, затих. Только вдалеке ремонтники продолжали возиться с техникой, да где-то на кухне гремели котлами, готовя ужин.
— Как думаешь, он сможет убедить Сталина? — спросил Козырев.
— Жуков? — Максим усмехнулся. — Жуков кого угодно убедит. Он же упрямый, как танк. Но дело не только в Сталине. Дело в системе. Если вся машина будет сопротивляться, один человек, даже такой как Жуков, ничего не изменит.
— И что тогда?
— Тогда будем менять систему. По кирпичику. Начиная отсюда, с Урала, и заканчивая Москвой. Но для этого нам нужно время. И союзники.
— А у нас есть союзники?
Максим посмотрел на запад, где за лесами и горами лежала Европа, уже охваченная пожаром войны.
— Пока нет. Но будут. Когда немцы нападут на нас, мир увидит, кто на самом деле воюет с Гитлером. И тогда нам помогут. А пока мы сами работаем.
Они развернулись и пошли обратно в ангар. Впереди были месяцы подготовки, новые учения, новые машины и новые битвы, пока ещё на картах и полигонах, но уже скоро они должны были стать реальностью. Максим знал это точно. Потому что он уже видел эту реальность однажды. И не хотел, чтобы она повторилась.