Страница 34 из 60
Глава 13 Продолжение боя
Одиннадцатое декабря выдалось хмурым. Низкие тучи висели над лесом, грозя новым снегопадом. Максим проснулся с первыми лучами света, вернее, с тем серым, безликим рассветом, который в этих широтах называли утром. За ночь его блиндаж покрылся инеем, а в углах намерзла изморозь. Он оделся, вышел на улицу, умылся снегом и направился в штаб.
Генерал Степанов сидел над картой. На столе стояла кружка с остывшим чаем, рядом лежали донесения разведки. Увидев Максима, он поднял голову.
— Садись, Егоров. Есть новости.
Максим присел, ожидая продолжения.
— Разведка сообщает о скоплении финских резервов у посёлка Ляхде, в трёх километрах за передовой. Около двух батальонов пехоты, несколько противотанковых орудий, обозы. Похоже, они готовятся к контратаке.
Максим взял карту, изучил расположение.
— Там лес, — заметил он. — Финны могут скрытно подойти к нашим позициям. Надо ударить первыми.
— Именно, — кивнул Степанов. — Я хочу провести ночную операцию. Две «Катюши», твои танки и пехотное прикрытие. Ударить по скоплению, не дать им подняться. Как считаешь?
— Техника работает, — ответил Максим. — Но ночью это сложнее. Нужна подсветка целей, координация. Если всё организовать, у нас будет преимущество.
— Я выделю ракетчиков, — сказал Степанов. — Они подсветят цели. Ты будешь координировать по радио.
— Тогда начинаем подготовку, — сказал Максим.
В последующие часы Максим провёл инструктаж с экипажами и расчётами. Два Т-34–85 стояли под маскировочными сетями. Рядом стояли два грузовика с «Катюшами», готовыми к бою. Максим объяснил задачу:
— Ночью выходим к Ляхде. Сначала «Катюши» наносят удар по скоплению пехоты и техники. Ракетчики подсветят цель. Затем танки идут вперёд, прикрывая пехоту. Связь по радио. Вопросы?
— А если финны откроют ответный огонь? — спросил командир «Катюш», молодой лейтенант.
— Мы будем менять позиции после каждого залпа, — ответил Максим. — Ваша задача это нанести удар и отойти. Танки прикроют отход.
Экипажи разошлись готовиться. Максим проверил радиосвязь, убедился, что каждый знает свои действия.
К вечеру колонна выдвинулась к исходному рубежу. Дорога была скользкой, заснеженной, но техника шла уверенно. Максим находился в штабной машине, Козырев в головной. Через час они заняли позиции в полутора километрах от посёлка. Лес был тёмным, безмолвным.
Ночь была безлунной. Ветер усилился, гнал по снегу позёмку. Максим стоял у машины, вглядываясь в темноту. Оттуда, из леса, доносилось лишь редкое потрескивание веток, но финны не выдавали своего присутствия.
— Ракетчики готовы? — спросил он по радио.
— Готовы, — ответил Козырев.
— «Катюши»?
— На позициях.
— Начинаем.
Максим отдал приказ. В небо взметнулись осветительные ракеты. Лес озарился ярким светом, и на мгновение стали видны очертания финских палаток, обозов и фигур солдат.
— Огонь! — скомандовал Максим.
Земля содрогнулась от залпа «Катюш». В небо ушли огненные хвосты, через несколько секунд послышались разрывы. Снаряды ложились точно, накрывая скопление. Финны были застигнуты врасплох, они бросились к укрытиям, но было поздно, второй залп уже накрывал их.
— Есть! — крикнул лейтенант.
— Смена позиции! — приказал Максим.
Грузовики с «Катюшами» отъехали на новый рубеж. Третий залп, затем четвёртый. Финские позиции были окутаны дымом и пламенем.
— Танки, вперёд! — скомандовал Максим.
Т-34–85, включив фары с маскировочными щелями, двинулись вперёд. Они шли по лесу, обходя воронки, поддерживая пехоту. Их броня держала удары. Финские противотанковые орудия, если они уцелели, не могли причинить им вреда.
Бой длился около получаса. Когда первые лучи рассвета начали пробиваться сквозь тучи, финские позиции были полностью подавлены.
Генерал Степанов подошёл к Максиму.
— Егоров, это была великолепная операция. Вы сделали это.
— Техника не подвела, — ответил Максим. — И связь работала без помех.
Вернувшись в штаб, Максим записал свои наблюдения. Он отметил, что «Катюши» эффективны даже в ночных условиях, что связь работала чётко, но танкам нужна была дополнительная подсветка для движения по пересечённой местности.
Вечером он и Степанов обсудили результаты. Генерал предложил продолжить ночные рейды, чтобы истощить финские резервы. Максим согласился.
— Мы остаёмся, — сказал он Козыреву. — До конца декабря. Нужно собрать как можно больше данных.
— Хорошо, — ответил Козырев. — Я доложу в Москву.
Максим сел писать письмо Кошкину: «Техника работает. Связь отличная. „Катюши“ эффективны даже ночью. Танки показали надёжность в условиях леса. Рекомендую усилить фары и добавить маскировочные устройства. Ждите подробный отчёт».
Он запечатал конверт, лёг спать. Завтра предстоял новый день испытаний.
Стояло холодное утро 15 декабря. Максим сидел в штабном блиндаже, перебирал записи, сделанные за последние дни. Фронт жил своей жизнью: редкие перестрелки, патрули, работа разведки. Финны, оправившись от ночного удара, затаились, но чувствовалось, что они готовят новый удар. Генерал Степанов ожидал контратаки со дня на день.
В блиндаже было тихо. Только где-то в углу гудела полевая радиостанция, да на столе мерцала керосиновая лампа. Максим делал пометки в блокноте, когда в дверь постучали. Вошёл связист с наушниками на голове.
— Товарищ Егоров, — сказал он. — Вас вызывает Красноярск, товарищ Кошкин. Связь хорошая.
Максим быстро поднялся, взял трубку. Голос Кошкина был взволнованным:
— Егоров, это Кошкин. У меня новости. Прототип САУ готов. Мы провели наземные испытания. Всё работает, гусеницы держат, двигатель тянет. Горлицкий и его команда ночами не спали, но сделали. Машина полностью готова к полевым испытаниям.
Максим почувствовал, как сердце забилось быстрее. САУ. Самоходная артиллерийская установка, которую они задумали ещё в Красноярске, наконец-то была готова.
— Она в Красноярске? — спросил Максим.
— Да. Стоит в шестом цехе. Полностью укомплектована, заправлена, экипаж готов.
— Немедленно отправляйте её в Ленинград. Железной дорогой. Составьте отдельный эшелон, чтобы не задерживали на станциях. Я здесь встречу и проверю в бою. Это лучший полигон для испытаний.