Страница 25 из 64
— Слышала. Но плиту ты все равно будешь отмывать сам.
— После свидания.
— Какого свидания? — спросила Лина.
Валентина расплылась в довольной улыбке.
— В семь вечера. Кафе «Встреча». Столик заказан. Вы пойдете как нормальные люди.
Лина застонала.
— Нет.
— Да.
— Мы уже живем вместе. Зачем нам свидание?
— Потому что вы живете как соседи после коммунальной войны. А должны — как молодожены.
— Мы фиктивные молодожены.
— Любовь всегда сначала немного фиктивная, — философски сказала Валентина. — Потом люди втягиваются.
***
К семи вечера Лина пожалела, что согласилась. Не на свидание — на сам факт выхода из дома с Матвеем в статусе «почти нормальной пары». Весь день Валентина кружила по квартире, как свадебный организатор с нервным срывом.
— Надень платье.
— Нет.
— Тогда хотя бы не серое. Мужчины не влюбляются в женщин цвета бухгалтерии.
— Я не бухгалтер.
— По энергетике — очень близко.
В итоге Лина все равно надела серую юбку и белую шелковую блузку. Ту самую, новую. Не потому что хотела понравиться Матвею. Просто остальное было либо в стирке, либо раздражало ее еще сильнее.
Перед выходом Валентина придирчиво осмотрела их обоих. Матвей стоял в коридоре в белой рубашке и темных брюках. Волосы впервые за долгое время были нормально уложены, а не торчали в разные стороны «творческим беспорядком».
— Вид человеческий, — одобрила Валентина. — Уже хорошо.
— Спасибо, товарищ комиссар романтики, — пробормотал Матвей.
— Цветы где?
Он замер.
— Какие цветы?
Валентина медленно закрыла глаза.
— Господи… Лина, ты взяла совсем сырого.
— Я не брала, — сухо ответила Лина. — Он сам прицепился.
— Мужчина на свидание без цветов — это как оливье без майонеза.
— Более здоровая версия? — предположил Матвей.
Валентина посмотрела на него так, будто всерьез обдумывала возможность второго посмертия. В итоге цветы он купил у метро. Три несчастные хризантемы, завернутые в крафтовую бумагу.
— У женщины должны быть цветы, — сообщил он уже в такси, протягивая букет Лине.
— Почему именно хризантемы?
— Потому что розы стоили как аренда почки.
Она фыркнула.
— Очень романтично.
— Я стараюсь быть честным.
— Это опасная стратегия для мужчины.
Он улыбнулся уголком губ. Такси остановилось у кафе «Встреча». Небольшое место на углу старого дома — теплый желтый свет, запотевшие окна, запах кофе и ванили. За стеклом сидели люди, разговаривали, смеялись, ели десерты. Обычная вечерняя жизнь. Лина вдруг почувствовала странное напряжение. Словно они сейчас играют не свои роли. Матвей придержал ей дверь. Она машинально прошла первой.
И сразу заметила: столик действительно забронирован. У окна. С маленькой свечой.
— Она и правда позвонила сюда… — пробормотала Лина.
— Меня больше пугает, откуда у призрака связи в ресторанном бизнесе.
Официантка улыбнулась им слишком понимающе.
— Ваш столик. Очень рады, что вы пришли.
Лина сразу заподозрила Валентину в дополнительной психологической обработке персонала. Они сели друг напротив друга. Несколько секунд молчали. Не неловко. Скорее непривычно.
Матвей взял меню и слишком внимательно уткнулся в него. Лина смотрела в окно — на мокрый асфальт, огни машин, прохожих под зонтами. Питер за стеклом выглядел красивым и немного одиноким.
— Ты сегодня рано встал, — сказала она наконец.
— Это был героизм.
— Это был пожар.
— Но с хорошими намерениями.
— Самые страшные вещи всегда с хорошими намерениями.
Он тихо усмехнулся. Подошел официант. Они заказали пасту, салат и вино. Матвей долго изучал цены, думая, что Лина не замечает. Она замечала. И почему-то впервые не испытала раздражения. Раньше ее бесили его вечные проблемы с деньгами, неопределенность, бесконечные «пробы», «кастинги», «потом заплатят».
А сейчас… Сейчас он сидел напротив в выглаженной рубашке, после шести утра у плиты, с этими дурацкими хризантемами. И выглядел удивительно взрослым.
— Как прошел день? — спросил он.
Лина автоматически хотела ответить:
«нормально». Как всем. Как всегда. Но почему-то сказала правду.
— Клиентка привела экстрасенса.
Матвей медленно поднял глаза.
— Куда?
— На просмотр квартиры.
— Зачем?
— Проверить энергетику.
Он отложил меню.
— И?
— Экстрасенс сказал, что в квартире тяжелая аура и присутствие мертвого мужчины.
— Был мертвый мужчина?
— Нет. Там жил преподаватель математики.
— Это почти одно и то же.
Лина рассмеялась. Не вежливо. По-настоящему. И сама удивилась этому звуку. Матвей тоже замер на секунду. Будто давно не слышал, как она смеется нормально, а не саркастически.
— Что дальше? — спросил он.
— Клиентка отказалась от сделки. Сказала, что не может жить рядом с духом.
— Смешно.
— Не очень. Минус комиссия.
— Зато плюс опыт.
— Какой?
— Никогда не спорить с людьми, которые платят экстрасенсам.
Она снова усмехнулась. Принесли вино. Матвей аккуратно разлил по бокалам. На этот раз — не пролив ни капли. Он явно старался.
— За что пьем? — спросил он.
— За то, чтобы Валентина не решила устроить нам венчание.
— Поздно. Она уже искала церковь.
— Что?!
— Шучу. Наверное.
Они чокнулись. Вино оказалось неожиданно хорошим. Лина отпила глоток и поймала себя на странном ощущении. Спокойно. Не идеально. Не романтично. Не «как в кино». Просто спокойно. Матвей не спорил. Не шумел. Не разбрасывал вещи. Не изображал великого трагического актера. Просто сидел рядом. И слушал ее. А она — его. И это почему-то оказалось сложнее всех скандалов.
— Ты сегодня тихий, — заметила она.
— Я могу быть нормальным иногда.
— Редко.
— Это эксклюзивный режим.
Он улыбнулся. И в этот момент Лина вдруг подумала, что рядом с ним… комфортно. Мысль была настолько неожиданной, что она даже насторожилась. Словно организм заподозрил подвох. И, как выяснилось, не зря. Матвей потянулся за солью. Локтем задел бокал. Все произошло мгновенно. Темная струя кофе плеснула через край прямо на ее белую блузку. На грудь. На живот. На рукав. Горячее пятно расползлось по шелку, как катастрофа в прямом эфире. Матвей застыл.
— Черт.