Страница 72 из 78
Глава 44 Возрождение
Портал выплюнул в нижних криптах замка.
Из темноты вынырнула Нивелла.
— Сюда, Ли-ли-о-за, — прошелестела пикси, перелетая от одной ниши к другой.
Я бросилась за ней. Но оглянулась на Аэрона, он не спеша шел следом.
В самом конце узкого коридора, на плите из прозрачного, точно стекло, льда, лежала Азалия. Ее кожа была пугающе синей, а на ресницах застыл иней. В груди стало болезненно и пусто, но я заставила себя сделать ровный вдох.
Аэрон поравнялся со мной. Корона Зимы, практически лишенная физической оболочки диадемы, но полностью слившаяся с ним, теперь подавляющим венцом сияла в его ауре. Отныне он Верховный правитель.
Нивелла мгновенно опустилась на ледяной пол, сложив свои слюдяные крылья, и низко поклонилась.
— Я ждала вас, мой повелитель, — почтительно пропищала она. — Прошу простить, что не смогла поприветствовать ранее.
Я в шоке перевела взгляд с пикси на Аэрона, а затем снова на нее.
— Так ты... с самого начала служила ему? — выдохнула я.
— Поднимись.
Только после этого пикси встала и пожала крошечными плечами, ничуть не смутившись.
— Все мы кому-то служим, Ли-ли-о-за.
От ее будничного тона меня передернуло. Она казалась мне приятельницей. Единственным существом в этом проклятом замке, с кем можно было просто поговорить. Да, ехидничала. Была порой жестока в суждениях, но я не ожидала от нее ножа в спину. Можно ли назвать это предательством? Пикси жили выгодой, изначально не понимая человеческих концепций дружбы или верности. Наверное, глупо было ожидать от нее другого.
Я отбросила эти мысли, стиснув зубы. Сейчас было не до обид.
— Что делать? — спросила я, доставая из сумки флакон с озера желаний.
Аэрон подошел к ледяной плите.
— Каплю в рот, — коротко скомандовал он. — Остальное разотри по точкам. Запястья, шея, солнечное сплетение.
Руки мелко дрожали, когда я откупоривала флакон. Сапфировое сияние воды из озера желаний осветило мертвенно-бледное лицо подруги. Я с силой разжала ее заиндевевшие губы и капнула светящуюся жидкость ей в рот. Затем вылила остатки на ладонь и начала лихорадочно втирать влагу в ледяную кожу. Запястья. Сонная артерия. Точка над замершим сердцем. Точно как сказал Аэрон, точнее, Верховный правитель.
Мужчина встал у изголовья. Его глаза вспыхнули серебром, а голос разнесся по крипте, вибрируя в каждой грани льда.
— Я, Аэрон Айсриаарх, законный правитель Зимнего Двора, призываю эту душу из пустоты. Я дарую ей кровь фэйри, принимаю в свои земли и нарекаю своей подданной. Возродись!
Он порезал руку, и капля упала ей на шею, оставляя след, скатываясь дальше. Магия ударила по перепонкам, заложив уши. У Аэрона выступила испарина. Вода на коже Азалии вспыхнула ослепительным сапфировым светом, впитываясь в поры.
Я молила. Призывала Азалию вернуться ко мне. На любых условиях, лишь бы была жива!
А затем свет погас.
И ничего не произошло.
Тишина в крипте стала абсолютной. Холод льда, на котором лежала Азалия, казалось, пробрался мне под кожу, замораживая саму кровь. Я стояла над телом подруги, тяжело дыша. Грудь Азалии не двигалась. Синева не сходила с впалых щек. Последняя нить надежды с треском оборвалась, оставляя после себя лишь всепоглощающую пустоту.
— Нет... — прошептала я. Дыхание сперло. — Пожалуйста. Нет. Мы ведь всё сделали правильно!
Аэрон молчал, глядя на плиту с непроницаемым лицом.
Я упала на колени, в отчаянии цепляясь за край ледяного ложа. Озеро, кольцо, коронация, ритуал — всё было зря. Опоздала. Снова не смогла ни спасти, ни защитить...
— Лилиоза.
— Прошу! Азалия, прошу тебя! — заливалась я слезами, не слыша ничего вокруг.
Аэрон обошел плиту, обхватил меня за плечи и вздернул на ноги. Мир закружился от всего и сразу, от резкой смены положения и слез, заполнивших глаза.
И вдруг...
Едва заметное, слабое движение. Указательный палец Азалии дрогнул.
Я оцепенела, забыв как дышать. Мне показалось? Или?
По синим, заиндевевшим венам на ее запястьях побежало теплое, золотистое свечение. На фоне синего льда крипты это жидкое золото магии фэйри казалось ослепительным. Мертвенная бледность постепенно начала отступать, сменяясь живым румянцем. Грудь подруги судорожно дернулась, она резко распахнула глаза и с громким, хриплым свистом втянула в себя морозный воздух.
Слезы хлынули из моих глаз. Я зажала рот ладонью, чтобы не закричать от рвущейся наружу истерики. Но уже от облегчения и счастья. Жива. Жива!
— Получилось! — восторженно пискнула Нивелла, порхая над нами. — Истинное чудо! Но ей нужно время, чтобы магия перестроила тело. Теперь мир людей для нее закрыт навсегда, Ли-ли-о-за. Она стала фэйри отныне и вовек.
Я медленно повернула голову и смерила пикси таким уничижительным взглядом, что та подавилась своим восторгом и отлетела на пару метров назад. Больше я не нуждалась ни в ее комментариях, ни в ее обществе.
Азалия слабо застонала, не в силах сфокусировать мутный взгляд.
Не сказав предательнице ни слова, я вырвалась из рук Аэрона. Вытянув свободную руку, я быстро разорвала пространство, открывая портал в свои покои. Резерв всё еще гудел от магии Аэрона.
Я наклонилась и попыталась поднять подругу, но тело, лишенное сознания, оказалось неподъемным. Я с натугой потянула ее на себя, едва не задыхаясь от усилий и собственной слабости.
Теплые, сильные пальцы мягко, но непреклонно легли мне на плечо. Аэрон молча отодвинул меня в сторону. Он легко, словно Азалия ничего не весила, подхватил ее на руки и первым шагнул в сияющий зев портала. Мне оставалось лишь последовать за ним, оставив маленькую шпионку в крипте.
В моих покоях он бережно опустил Азалию на кровать. Я тут же укрыла ее меховым одеялом. Она сразу же провалилась в глубокий сон. Первый этап ее перерождения начался.
Аэрон отступил на шаг. В воздухе едва слышно щелкнуло, и комнату окутало мерцающее марево. Мужчина наложил защитный контур. Правитель Зимы развернулся и молча направился к выходу.
— За это благодарю, — тихо произнесла я, не оборачиваясь.
Он не ответил. Дверь за ним бесшумно закрылась.
Я села на край матраса, убирая прилипшую светлую прядь волос с ее лба.
— Азалия, я ждала тебя, — всхлипнула я.
Я смотрела на ее спокойное лицо и внутри медленно сгорала от чувства вины. Сможешь ли ты простить меня, Азалия? За то, что я позволила тебе умереть, а затем сделала одной из них. За то, что теперь ты навсегда привязана к этому миру?