Страница 55 из 115
Глава 20
Сознание возвращалось медленно, тяжело, будто сквозь толщу воды.
Виллем открыл глаза и несколько мгновений смотрел в потолок, не понимая, где находится и почему голова раскалывается на части. Во рту пересохло, язык казался деревянным, к горлу подкатывала тошнота.
«Вино, –
с отвращением вспомнил он.
– Три, мать его, кувшина».
Он сел, схватившись за край стола. В комнате царил хаос – опрокинутые подсвечники, черепки на полу, скомканные бумаги.
И вдруг – как удар кинжалом – память вернулась.
Кулон.
Перед глазами пронеслось, как Арвид вкладывает ему в руку холодный металл. Один удар сердца, в течение которого он не почувствовал подвоха. И даже не понял, что именно брат всунул ему в руку.
А потом резкая боль в запястье. И на его глазах брачная вязь исчезла, растворилась, истаяла – будто её никогда не было.
Виллем рывком поднёс левую руку к глазам, чтобы убедиться – не померещилось и не приснилось! На руке нет ни следа, ни намёка на тот узор, который ещё недавно украшал запястье! Только гладкая кожа и ощущение, что их с Илларитой больше ничего не связывает.
– Нет, – прошептал он. – Нет, это не...
Он вскочил, едва не упав – ноги не слушались, голова кружилась. Схватился за спинку стула, пережидая приступ дурноты.
«Арвид. Брат. Предатель».
Он вспомнил, как душил младшего, как швырнул его в клетку и запер дверь на замок.
«
Сколько времени он там сидит? Связанный, без еды и воды?
– пронеслось в голове запоздалое раскаянье. –
Смерть брата мне не нужна. А вот разобраться, откуда у него кулон и почему он решил вручить его мне – не помешает!
»
Виллем вылетел в коридор, едва не сбив с ног служанку, которая, завизжав, прижалась к стене. Герцог не обратил внимания. Сжимая в кулаке связку ключей, он бежал к лестнице.
За дверью его встретили сырость, холод и запах крысиного помёта. Небольшой световой шар, который он захватил с собой в дополнение к скудному освещению подземелья, отбрасывал прыгающие тени. И шаги гулко разносились под каменными сводами.
Он двигался быстро, но с каждым метром сердце сжималось всё сильнее – брат не подавал признаков жизни. То есть, вопреки ожиданию, Виллема никто не окликнул, никто не тряс решётку, привлекая внимание и единственное, что он слышал, были собственное дыхание и шуршание крыс.
«Он там. Раненый, связанный – никуда не денется. А тихо, потому что уснул».
Его светлость поднял шар повыше – и замер: клетка выглядела пустой. Ошарашенный взгляд герцога оббежал пространство: на полу лопнувший ремень, обрывки ткани, какие-то тёмные пятна. И запах... запах настойки девясила, которую просил брат.
И никаких признаков Арвида – ни живого, ни мёртвого.
– Нет, – прошептал Виллем. – Нет...
Он рванул внутрь, распахнул дверцу, будто надеялся застать Арвида врасплох. Пусто. Только крысы, которые с писком разбежались по стенам.
– Арвид! – закричал герцог, хотя уже понимал, что это бесполезно.
Голос ударился о каменные своды и затих, растворившись в сырой тишине.
Виллем бросился наверх, перескакивая через ступени. В коридоре налетел на дворецкого, схватил его за ливрею и потряс:
– Обыскать весь замок все комнаты, все помещения, от чердака до погребов! Ищите графа Арвида!
– Ваша светлость..., – начал было дворецкий.
– Живо! Если граф прячется где-то здесь – найти! Если его нет..., – он разжал пальцы, и дворецкий едва удержался на ногах. – Я выясню, кто помог. И тогда... тогда предателей никто и ничто не спасёт!
Икнув от страха, дворецкий бросился выполнять приказ.
- Милый, что случилось? Ты так кричал, - медовый голос Дедеи вынудил Виллема выдохнуть и повернуть голову.
- Ничего такого, иди к себе, - он понимал, что нельзя срываться на беременной, но удерживать ровный тон было непросто. – Не выходи, пока я сам к тебе не зайду.
- Но милый…
- Я СКАЗАЛ – МАРШ К СЕБЕ!!!
Всхлипнув, фаворитка бросилась прочь.
«
За это ты мне тоже ответишь
, - мрачно подумал герцог. –
Это из-за тебя, брат, я сорвался на матери моего первенца!»
Поиски заняли несколько часов.
Слуги метались по замку, заглядывая в каждый угол, открывая каждую дверь. Виллем сам поднялся на хозяйский этаж – в те покои, где раньше жил Арвид.
Предсказуемо комнаты оказались пусты, постель не тронута, вещи на своих местах. Сундук с одеждой закрыт, в карманах камзолов – ничего.
– Он сюда не возвращался, – сказал дворецкий, стоя на пороге. – Слуги говорят, что его сиятельство не появлялся со дня свадьбы вашей светлости.
Виллем прошёлся по комнате, трогая вещи, будто надеялся найти зацепку. Ничего.
– Ищите дальше, – бросил он, выходя в коридор.
Обыскали всё. Комнаты прислуги, кладовые, кухни, конюшни, чердаки. Даже храм, куда Виллем заглянул сам. Но и там нашлись только жрецы, которым он, воспользовавшись случаем, устроил настоящий допрос.
И ответы его не порадовали.
Да, разводы не приветствуются. В подавляющем большинстве браки заключаются один раз и на всю жизнь. Но в исключительных случаях духи могут аннулировать обряд, признав его недействительным или ошибочным. Или сохранить семью, но отозвать своё благословение, что ещё хуже, чем развод.
- А как… По каким признакам они выносят такое решение? – пытал его светлость.
- Нам сие неведомо, - прошелестел главный жрец. И внезапно добавил:
- Иногда люди сами себе усложняют жизнь. Например, заключают клятву, залогом исполнения которой ставят свой брак. Простите, ваша светлость, нам пора.
И жрецы удалились, а герцогу ничего не осталось, как вернуться в замок. И мысленно отвесить себе пару тумаков – за то, что додумался пообещать, призвав духов в свидетели, отпустить Иллариту, как только возьмет украшение Милитты в руки.
- Но откуда мне было знать, что проклятый камень не останется висеть над обрывом? Я рассчитывал минимум на два года…, - пробормотал он себе под нос. – Всё равно, духи обязаны меня выслушать – я не осознавал, чем клянусь! Не понимал, какие могут быть последствия. Они должны вернуть всё обратно!
И в этот момент его отвлёк дворецкий.
– Его сиятельства нигде нет, ваша светлость. Всё осмотрели.
Виллем стоял у окна, глядя на двор, где суетились слуги, и сжимал кулаки так, что ногти впивались в ладони.
– А конюшни? – спросил он, внезапно поймав новую мысль. – Все лошади на месте?
Дворецкий замялся.
– Ваша светлость... Да, там тоже проверили. Все лошади на месте, кроме...