Брачный приговор

– Кое-то изменилось, папа, – Илларита улыбнулась. – Я вынудила герцога дать в храме клятву, что он отпустит меня, как только возьмёт в руки кулон Милитты.

- Тот, что остался на обрыве? – глухо уточнил де Сафир.

- Да. Его светлость был уверен, что пока каменка не дорастёт до края, камень достать невозможно. А к тому моменту, когда она дорастёт, меня уже не будет в живых. Но Виллем просчитался – я усыпила его бдительность, изобразила, что смирилась. Затем упросила дать мне возможность в последний раз повидаться с тобой. А на самом деле мне нужно было на время выпасть из-под его пригляда и получить доступ к той скале. Папа, прости, что мне пришлось так рисковать, но другого выхода не было!

- Неужели…

- Да. Я спустилась по обрыву, достала кулон… и упала в реку.

– Ты…, – голос графа сорвался. – Ты могла погибнуть!

– Но не погибла! – она взяла его за руку. – Меня вытащил Арвид. Представляешь, он поначалу принял меня за бедную поселянку и всё равно не оставил, а принёс в дом и поручил слугам обо мне позаботиться. Кстати, Виллем бросил его в темницу, но граф сумел сбежать.

- В темницу?! За что? – изумился Пьетро.

- За то, что он вернул ему кулон и тем самым, освободил меня от этого брака, - и она вытянула руку, демонстрируя отцу чистое запястье.

Арвид сидел молча, не поднимая глаз. Он чувствовал на себе взгляд графа – тяжёлый, изучающий, но в нём не было ненависти. Только боль и благодарность.

– Теперь я свободна, папа, – Илларита снова улыбнулась. – Духи разорвали наш брак. Виллем мне больше не муж. Но он обязательно попытается меня вернуть, поэтому я приказала запереть границу и поднять мост. Но стражникам нужно подтверждение.

– Непременно, – глухо сказал граф де Сафир.

Опираясь на трость, он тяжело прошёл к столу, где лежало зерцало.

Несколько мгновений, и поверхность артефакта прояснилась, показывая озабоченное лицо старшего стражника.

- Милорд!

- С этой минуты герцог де Эмер объявляется нежелательной персоной. Ему категорически запрещено ступать на землю графства. И это не временная мера. Пока я жив – герцогу въезд закрыт!

- Слушаюсь, милорд! А как насчёт обозов, купцов, путников едущих из и в Эмер?

- Для подданных герцогства проезд через территорию Сафир также закрыт. Равно как и для товаров, произведённых в герцогстве.

Илларита переглянулась с Арвидом – тотальная блокада! Для Эмер наступают сложные времена!

Между тем, его сиятельство завершил инструктаж и вернулся в кресло. Посмотрел на дочь, потом на Арвида.

– Де Монтерей, вы спасли мою девочку, – сказал он тихо. – Я этого не забуду. Чем могу отблагодарить?

Арвид покачал головой.

– Мне ничего не нужно, я сделал то, что должен был. И…, – он помолчал. – Вы уже знаете, что я тоже был вынужден бежать. Мне теперь некуда возвращаться.

– Будьте моим гостем, – сказал Пьетро просто. – Столько сколько вам потребуется. Придите в себя, отдохните. А там решите, что делать дальше.

Арвид хотел возразить, но Илларита положила ладонь на его руку.

– Останьтесь, – сказала она. – Пожалуйста.

Он посмотрел на неё – на её лицо, на короткие волосы, спрятанные под сетку, на глаза, которые смотрели на него с надеждой и чем-то ещё, чему он не решался дать имя.

– Останусь, – ответил он. – Спасибо.

Пьетро кивнул, принимая этот ответ. Потом повернулся к дочери:

– А теперь нам всем не помешает поужинать! Граф Арвид, Илларита – прошу к столу!