Отголоски

— Ты знаешь, чью хорошенькую шейку они украшали.

Мэдди… Мэдди… Мэдди…

— Где она? — Я не мог отвести от них глаз. Конечно, это была копия. Точно. Это была копия. Но с другой стороны, координаты. Я знал их так хорошо, но никто другой не мог подойти так близко, чтобы запомнить их, или даты и имена, которые были выгравированы.

— Где она? — рявкнул я.

Улыбка Тео стала шире, когда он медленно поднялся на ноги, заводя руку за спину, чтобы что-то вытащить, но я не смотрел на него. Все, что я видел, — это блестящий металл на земле.

— Уже во многих местах.

Нет… нет, это неправда. Он все это выдумывает, Хейден. Он, блять, врет!

У меня пересохло во рту, мое тело слегка покачнулось от его слов. Он, блять, не мог этого сделать. Тео был способен на многое, но он бы не пошел на это. Не смог бы. Он был трусом, способным лишь на самые примитивные порывы. Драки, обзывания, угрозы… вот каков был его почерк. Но не настоящее убийство. Это было делом его отца, да и то его папаша нанимал людей для подобной грязной работы.

— Я тебе не верю, — сказал я наконец, все еще не в силах отвести взгляд от жетонов.

— Нет? — Я слышал чистую радость в его голосе, когда он говорил. Он, блять, наслаждался этим.

— И почему же, Хейден?

— Ты на это не способен, — произнес я, веря в эти слова.

— Хм-м-м… — Тео очень медленно расхаживал передо мной, звук его шагов, шуршащих по траве, отдавался в моих ушах так громко, что я поморщился.

— Знаешь что, Хейден? Ты прав. Я не способен на то, чтобы на самом деле кого-то убить. В смысле, пойми меня правильно, я знаю, что в прошлом мы несколько раз подбирались к этому вплотную. Я прав, парни?

Позади меня Спенсер хмыкнул. Короткие смешки остальных были едва слышны, словно им на самом деле вовсе не было смешно. Они просто подыгрывали. Скорее всего, они понятия не имели, что Тео зайдет так далеко.

— Да, я не убийца. Но это не значит, что я не зайду так далеко, как потребуется, чтобы увидеть твои страдания, Хейден.

Мои глаза метнулись в его сторону, и я почувствовал, как этот комок паники начинает зарождаться у меня в животе.

Нет, он этого не делал. Не делал. Не делал,

повторял я снова и снова в своей голове.

— Мой папаша позаботился о том, чтобы жизнь миссис Кинг оборвалась самым идеальным образом — это было обещание, которое я дал Айле в качестве возмездия за то, что случилось с ней в туалете, — ухмыльнулся Тео, выглядя точь-в-точь как гребаный сумасшедший.

— И когда с этим было покончено, у меня осталась всего одна просьба. Я хотел причинить Хейдену Мазерсу самую страшную боль из всех возможных. Удар ты держать умеешь, это я знал. Ты мог выстоять против стандартных школьных издевательств. В конце концов, ты добрался до выпуска. Ты все еще здесь, несмотря на все наши усилия. Так что же ранило бы тебя сильнее всего на свете? Что было бы честной платой за то, что ты сделал со мной? — Он поднял руку, широко разведя указательный и средний пальцы, словно ножницы.

— Уничтожить единственную вещь в твоей жизни, которую ты любил больше всего на свете… это… — он щелкнул пальцами, — стало бы моим возмездием. Очень долго я думал, что это будет одна из твоих сестер… в конце концов, я упомянул их всего один раз, и ты сорвался, оставив мне эти шрамы. Но потом появилась она…

Я бросился на него, надеясь ударить его головой, вцепиться зубами в какую-нибудь часть его лица и вырвать ее, но здоровенные руки Спенсера вцепились в мои плечи, удерживая на месте.

— Хорошенькая Мэдлин Кинг. Поначалу я просто хотел ее трахнуть. Я собирался найти способ зажать ее где-нибудь в одиночестве, чтобы мы могли пустить ее по кругу, верно, Спенсер?

— До сих пор жалею, что мне не представилось шанса, перед тем как ты натравил на нее людей своего папаши, не стану врать, — Спенсер, блять, заржал у меня за спиной. Я попытался подняться на ноги, пробуя развернуться, чтобы напасть на него, причинить ему любую боль, какую только смогу, но он крепко держал меня, пока все они смеялись над моим беспомощным положением.

Смех Тео был громче всех.

— Да, думаю, мы бы весело провели с ней время. Она была такой пугливой и застенчивой, когда только приехала, помните? Как испуганный маленький кролик. Было бы забавно послушать, как она кричит, но… — Он пожал плечами, будто в этом не было ничего особенного.

— Так для меня все складывается намного лучше. Потому что, видишь ли, Хейден, мне удалось сделать то, чего я жаждал годами. Мне удалось отнять у тебя самое важное, и я могу видеть, как ломается твое лицо, пока я это делаю. Мэдди, блять, мертва.

— Ты врешь… — Я проигнорировал это жуткое, тошнотворное чувство в желудке, сосредоточившись вместо этого на том, как сильно я ненавижу этого ублюдка. Я хотел убить его своими голыми руками. На этот раз, в этом месте, я никому не позволю меня остановить.

— Ты, блять, врешь!

— Разве, Хейден? — Тео был вне себя от радости, словно был готов развернуть подарок, которого ждал всю свою жизнь.

— Потому что я могу точно сказать тебе, где она была сегодня, что делала, во что была одета — и все это до того, как они ее забрали. Она говорила тебе, что собирается пойти прогуляться с девчонками из Дома Феникса?

Я замер, тошнота в моем желудке снова опасно подступила к горлу.

— Она ходила в один из магазинов платьев здесь, в городе, с мисс Росс, Сойер и Андреа… на ней были эти ее рваные, убогие джинсы и черный топ с длинными рукавами. Она сидела на улице возле магазина на скамейке, такая хорошенькая на солнышке… никто не смотрел. Ты ведь знаешь, как легко было взять тебя? Представь, как легко было забрать ее. Все, что им нужно было сделать, — это подъехать на фургоне, сдвинуть боковую дверь и затащить ее внутрь.

— Нет, они этого, блять, не делали! — процедил я сквозь сжатые зубы, чувствуя жжение в глазах от картины, которую он нарисовал.

— Они это сделали. И ей было страшно, Хейден. Так, блять, страшно. Ты думаешь, ты единственный, кто понял, что она не любит, когда к ней прикасаются? Можешь представить выражение ее лица, когда эти парни схватили ее? Когда они прижали ее к полу, сорвали с нее одежду и…

— Заткни свой гребаный рот! — закричал я при мысли о том, как Мэдди борется за свою жизнь, о том, что ее подвергли такому насилию, от всего этого ужаса.

— Они не торопились, Хейден. — Тео ухмыльнулся.

— Я был должен это Айле с ее стороны. Остальное, ну, это было для

меня