Отголоски

Я собиралась поехать с ними за пиццей, но сразу после этого я сказала, что буду ждать, когда Хейден заберет меня. Мне нужно было увидеть его, рассказать ему о том, что наговорила Айла. У меня было предчувствие, что Тео снова что-то замышляет, и нам нужно быть начеку.

Было почти сумрачно. Светлячки то появлялись, то исчезали в кустах, росших вдоль границы территории Дома Феникса. Загорались первые звезды, и Венера была самой яркой из них. Я ждала Хейдена на крыльце перед домом, сидя на ступеньке и прислушиваясь, не послышится ли звук его мотоцикла. Но было тихо, если не считать сверчков и редкого кваканья лягушки из близлежащего пруда. Свет из окон дома отбрасывал прямоугольные лучи на лужайку; звуки смеха маленьких девочек во время игры успокаивали меня. Я оглянулась через плечо и увидела Кэрол-Энн — ту самую, которая так боялась снова увидеть своего отца, — она улыбалась в окно, пока они с другой девочкой играли со своими Барби. В последнее время ей стало лучше. Полагаю, это означало, что ее встречи проходили хорошо. Это вселяло надежду. Но этот печальный шрам на щеке всегда будет тяжелым напоминанием о ее прошлом.

И все же она улыбалась.

Я поймала себя на том, что уголок моего рта приподнялся при этой мысли. Исцеление, казалось, было долгим, трудным, бесконечным путешествием. Временами оно казалось почти невозможным. Однако каким-то образом начали появляться маленькие признаки, проглядывали крошечные крупицы надежды. И эти маленькие моменты, эти кажущиеся незначительными изменения почти оставались незамеченными, неоцененными. Но их присутствие было признаком силы, признаком того, что мы не сдались. И улыбка Кэрол-Энн была именно этим.

Я повернулась, чтобы продолжить ожидание, прекрасно зная, что мы договорились на семь вечера, и тем не менее Хейдена нигде не было видно. Я вышла сюда без пяти минут, и хотя мои пальцы перебирали воздух там, где они свисали с колен, я сказала себе подождать еще немного. Скорее всего, он был в дороге, и в любой момент я услышу рев его мотора, когда он покажется из-за поворота подъездной дорожки. Просто казалось, что время идет невероятно медленно. Он никогда не опаздывал, так что я просто проявляла нетерпение, говорила я себе. Но чем дольше я там сидела, а тишина тянулась без каких-либо признаков его появления, я не могла совладать с тревогой, которая начала сжимать мою грудь.

Что, если он застрял в пробке? Или хуже того, что, если он попал в аварию? Или… что, если он забыл обо мне? Что, если он дома со своей семьей и ему плевать на…

Заткнись, Мэдди! Я вскочила на ноги, мысленно сбросив эту мысль прямо со ступенек перед собой. Я не позволю этому мрачному голосу снова пытаться внушить мне, что я ничтожество.

Параноидальная Мэдди.

Испуганная Мэдди.

Одинокая Мэд…

НЕТ!

Я повернулась и направилась внутрь, позволив сетчатой двери захлопнуться за мной со стуком.

Мисс Росс, которая сидела в кресле в гостиной и занималась вышивкой крестиком, приглядывая за младшими девочками, бросила на меня неодобрительный взгляд. Она терпеть не могла, когда мы хлопали сетчатой дверью. Я бросила на нее виноватый, извиняющийся взгляд и поспешила на кухню, где висел домашний телефон. Жить без сотового телефона — это определенно не то, к чему привыкло большинство людей, но я никогда не знала ничего другого. Мне легко давалось запоминание телефонных номеров, и номер Хейдена я знала наизусть. Поэтому я быстро набрала его, ожидая, пока шли гудки, длинные… и длинные.

Он так и не подключил голосовую почту к своему телефону, и после того как гудки продолжали идти снова и снова без ответа, мне в конце концов пришлось повесить трубку. Он мог просто ехать за рулем, будучи не в состоянии ответить, так как на мотоцикле это невозможно. Но что-то не давало мне покоя на задворках сознания. Что-то казалось неправильным.

Так же быстро я снова подняла трубку и набрала номер Мины. Она дала мне свой номер на прошлой неделе, и я видела его много раз до этого, так как он был прикреплен на холодильнике здесь. Она была одной из главных покровительниц Дома Феникса, и ее номер висел там с тех пор, как я приехала. Я знала его так же хорошо, как и номер Хейдена.

К моему облегчению, она ответила на второй гудок.

— Алло? Мисс Росс? — ее голос донесся с другого конца провода, явно совершенно не ожидая меня.

— Нет, извините, это Мэдди.

— Мэдди! Как дела, милая? Вы с Хейденом хорошо проводите время?

… что?

Я почувствовала, как мое сердце остановилось от ее слов, все мое тело оцепенело, словно я превратилась в камень, но я быстро отогнала это чувство, успокаивая себя вслух:

— О, нет, извините, думаю, это значит, что Хейден уже в пути. Я просто гадала, где он. Он сказал, что будет здесь в семь, а уже почти четверть восьмого…

— Погоди, что ты имеешь в виду? В пути откуда?

И снова я почувствовала, как моя кровь превратилась в лед. Недопонимание между нами заставило меня почувствовать себя так, словно мне на грудь положили тяжелые гири.

— Из вашего дома. Он сказал мне, что заберет меня после ужина, — произнесла я, констатируя это как очевидный факт.

— Что? Нет. Его не было дома с тех пор, как он уехал сегодня утром, чтобы выполнить поручение для Кинана. Я решила, что он отвлекся и все это время был с тобой, готовился к завтрашнему экзамену. — Голос Мины стал ровным, слегка повысившись лишь в самом конце, словно она надеялась, что ее слова были правдой. Словно я просто шутила с ней, и Хейден был со мной. Вот только… его не было.

— Нет, я не видела его весь день. Я ходила с девочками выбирать платья для бала, а после того, как мы поели пиццы, мы вернулись сюда. Хейден сказал мне вчера вечером, что заберет меня в семь… — мой голос затих, пока я изо всех сил пыталась вспомнить наш разговор. Я была уверена, что именно об этом мы и договорились.

Мина молчала на другом конце провода две секунды, прежде чем внезапно закричать:

— КИ!

— Подождите, что происходит? Вы правда его не видели? — спросила я, крепко сжимая телефон в руках.

— А ты видела?

— Нет, я…

… и ты будешь танцевать в одиночестве…

Слова Айлы вернулись, подобно преследующей меня песне, и я замерла, когда все, что она сказала ранее, всплыло в моей памяти.