Отголоски

— Я сейчас приеду! — Я повесила трубку, не дожидаясь ее ответа, и сорвалась с места, распахнув сетчатую дверь и позволив ей захлопнуться за мной со стуком, за чем последовал сердитый окрик мисс Росс. Но я проигнорировала ее, устремившись к опушке леса; темнота, которая когда-то остановила бы меня на месте, все еще казалась пугающей и ужасающей, но я упрямо шла вперед, уже достаточно хорошо зная тропинку, и мчалась сквозь деревья, направляясь к его дому. Моя паника гнала меня вперед. Хейден гнал меня. Ветки цеплялись за мои поношенные, порванные джинсы, убирая пряди волос с моего лица, пока я пробиралась вперед.

К тому времени, как я добралась, выбежав из леса на большую, просторную лужайку дома Кинана и Мины, я тут же была встречена ими обоими, когда они выбежали с заднего двора мне навстречу. Мина держала телефон у уха, словно обзванивала всех подряд, пытаясь найти своего сына, но Кинан подбежал прямо ко мне, помогая мне дойти до дома, пока я шла шатаясь.

— … уже в пути… — говорил он, пока мы входили внутрь, но я дышала слишком тяжело, держась за заколовший бок, а в моей голове бушевал настоящий ураган хаоса.

— А? Кто?

— Джеймс. Он едет сюда, — повторил Кинан, пока Мина бросилась к раковине, прижимая сотовый телефон к плечу и щеке, разговаривая с кем-то на другом конце провода, пока наливала мне большой стакан воды, который я осушила залпом. — Так, Мэдди, мне нужно, чтобы ты хорошенько подумала… когда ты в последний раз разговаривала с Хейденом?

— Вчера вечером, — выдохнула я, ставя стакан на стол. Я опустилась на один из стульев, в то время как он занял стул рядом со мной, повернув его так, чтобы смотреть на меня прямо. — Мы планировали встретиться-встретиться сегодня вечером. В семь. — Я тяжело дышала, пытаясь изо всех сил сосредоточиться, прокручивая наш разговор снова и снова.

— Он упоминал что-нибудь о том, где будет сегодня?

— Только то, что он поужинает с вами, перед тем как-перед тем как приехать и забрать меня, — сказала я, восстанавливая контроль над своим дыханием. — Его последний экзамен завтра, так что, насколько я знаю, у него не было никаких дел в школе или чего-то подобного. Он должен был весь день учиться. Он говорил что-нибудь об этом?

Кинан покачал головой, пока Мина вешала трубку и быстро звонила кому-то еще, меряя шагами кухню взад и вперед. Она говорила быстрыми фразами, прежде чем повернуться обратно к нам и сказать:

— Его мотоцикл все еще у строительного магазина Джо, Ки.

Челюсть Кинана то и дело сжималась.

— Значит, дотуда он, по крайней мере, добрался. Но на этом след обрывается. Я решил, что он не вернулся домой с деталью, потому что отвлекся с тобой, милая, — сказал он мне, проводя рукой по лицу, причем гусиные лапки в уголках его глаз стали глубже, когда он погрузился в свои мысли. Шрам на щеке потянул за собой уголок одного глаза.

— Что мы думаем по этому поводу? — спросила я. То, как они себя вели, только подпитывало мои панические мысли.

— Тео Эбер. — Это было все, что сказал Кинан, когда в комнату вбежал Маверик, держа в руках игрушечный самолетик и делая вид, будто летает на нем по комнате. Ки встал, осторожно взял своего маленького сына за руку и увел его наверх, в то время как Мина продолжала вешать трубку, делать звонок, прежде чем снова повесить трубку, чтобы позвонить кому-то еще. Ее зеленые глаза были яркими, дикими, а на лице был написан абсолютный страх. Я никогда не видела ее иной, кроме как спокойной и собранной, за исключением того единственного раза в офисе, когда она выглядела готовой наброситься на мистера Прайса, так что видеть ее такой было тревожно.

Затем Кинан вернулся спустившись по лестнице, мимоходом шепнув Мине, что Шарлотта присматривает за их младшим, и снова сел на стул рядом со мной.

— Мэдди, подумай хорошенько. Слышала ли ты сегодня что-нибудь, что могло бы дать нам хоть какое-то представление о том, куда он ушел? Хоть какую-то мелочь, которая…

— Айла, — сказала я сразу же, так как разговор, состоявшийся всего пару часов назад, с грохотом всплыл в памяти.

— Айла? — спросила Мина, отнимая телефон от рта и оборачиваясь. — Кто это?

— Айла Савар, она дружит с Тео Эбера.

Она тут же повесила трубку и бросилась к нам, скрестив руки на груди и глядя на меня сверху вниз, нахмурив брови от беспокойства.

— Что насчет нее? Что произошло?

Я закрыла глаза, изо всех сил пытаясь вспомнить, что именно она сказала, возвращаясь к самому началу разговоры, когда я пыталась пережить его во всех деталях.

— Она спросила меня, иду ли я на выпускной бал. Я попыталась просто проигнорировать ее, так как это не ее дело, но потом она сказала…

Даже если бы ты пошла, ты все равно была бы там одна, в любом случае, сказала она мне. Я прямо вижу тебя… бедная маленькая сиротка Мэдди… одна на балу в каком-нибудь поношенном платье… без друзей… без парня…

— Она пыталась спровоцировать меня, — сказала я им. — Типа, было очевидно, что она хотела, чтобы я разозлилась. Я решила, что она хочет, чтобы я напала на нее, чтобы у меня возникли неприятности или какая-нибудь глупость в этом роде. Я держала себя в руках, пока она не упомянула его биологического отца…

Вы оба вылезли из дерьма. То есть с тобой-то все очевидно, но Хейден… ну, его папаша был психопатом-убийцей, который трахал собственную сестру. Это лишь вопрос времени, когда Хейдена закроют…

— Она упомянула Шея? — тихо спросила Мина. Я открыла глаза и увидела, что она стоит рядом со мной с таким видом, словно ее только что ударили под дых, а боль кричала из самой глубины ее глаз.

Я кивнула, протягивая руку, чтобы взять ее за руку.

— Я попыталась ударить ее, но ее подруги схватили меня тогда, и-и… — Я осеклась, когда осознание внезапно поразило меня, словно пощечина. Моя другая рука взлетела к груди, вот только… металла армейских жетонов там не было. Вещь, которой он так дорожил и которую подарил мне, исчезла с моей шеи, и воспоминание о провокации, заставившей меня наброситься, и все ради того, чтобы Нова и ее подруга вцепились в меня, чтобы удержать… они забрали армейские жетоны.

— Они забрали их… — прошептала я в ужасе, пытаясь понять, зачем.

— Забрали что? — спросил Кинан, сбитый с толку выражением моего лица.

Я повернулась к нему, чувствуя себя так, словно у меня был полон рот песка.