Страница 97 из 127
— Не думаю, что ты действительно знаешь, она плакала до тех пор, пока не засыпала, днями. Ксавьер был почти настолько отчаян, что хотел попросить лунную ведьму о заклинании забвения. Он даже думал о том, чтобы самому организовать встречу со своей матерью, чтобы взять ее в плен, ставя под угрозу все существование Карнивалленда. Мои способности заставляли меня чувствовать ту же боль, что и она. В то время как такие эмоции со временем в основном превращаются в ненависть или жажду мести, она вместо этого стала чувствовать отвращение к себе. Она пропускала ужины и избегала карнавальных праздников, хотя Спарроу устраивал их все в ее честь. Чувствовать себя отвергнутой своей истинной парой было самым ужасным чувством в мире. Ее крики, ее стыд, беспомощность — это было невыносимо. Ты понятия не имеешь, сколько раз я хотел превратиться в дракона, чтобы найти Линан и разорвать ее на куски, несмотря на риск раскрыть себя как морского бога перед моим отцом. Гвендолин думала, что ты никогда не сможешь прикоснуться к ней, не думая о сексуальном насилии со стороны этой женщины-монстра. Так что, пожалуйста, брат, никогда не делай вид, что знаешь, что она чувствовала.
— Моя главная цель — защитить ее от Линан. Ты понятия не имеешь, на что она готова пойти ради власти.
— Тогда почему ты не расскажешь мне, что она сделала? Я твой брат. Если ты не доверяешь ни мне, ни своей паре, кому ты вообще сможешь доверять?
— Я доверяю вам обоим. Я просто не мог вынести жалости. Я не хочу видеть, как моя женщина страдает, поэтому я буду осторожен в своих действиях и информации. Я не переживу чувства, что я стал причиной ее боли.
— Брат, тебе действительно стоит перестать беспокоиться о том, что она не выдержит. Гвендолин гораздо сильнее, чем мы думаем. Намерение Линан, когда она пытала тебя, состояло в том, чтобы твоя травма вбила клин между тобой и Гвендолин. Ты думаешь, что принял правильное решение, чтобы защитить ее, зная, что она связана с тобой судьбой. Она была создана, чтобы видеть все наши самые темные стороны и любить их.
Возможно, мой брат был прав. Все это время я не хотел, чтобы она видела всего меня, так как думал, что это запятнает ее красивую душу. Мне никогда не было возможно представить, что я войду в ее жизнь, сначала полностью незнакомый, и что я когда-нибудь стану таким важным для нее. Связь или нет, мне было все равно. И хотя мы знали друг друга лично лишь недолгое время, я чувствовал, что моя душа уже любила ее целую вечность.