Страница 115 из 127
— Тебе приходилось стучать, когда ты была дома? — спросил он так, будто мог чувствовать каждую эмоцию, каждое воспоминание, которое я все еще носила в себе. — Ну, теперь ты здесь, малышка, и ты больше никогда не постучишь в мою дверь, хорошо? Единственные звуки, которые я хочу слышать от двери, — это те, что вызваны тем, как я трахаю тебя о нее.
— Это твоя игра? Взять меня у двери? — спросила я, забавляясь, но его улыбка не совсем достигла его глаз, когда пальцы Малакая собственнически коснулись моего лица.
— Готова к нашей маленькой игре?
Я нервно кивнула.
— Ты побежишь в сад... а я буду преследовать тебя, и если я поймаю тебя... — Малакай не закончил предложение, но я, очевидно, знала, что он подразумевал.
— Малакай, — упрекнула я его. Мое дыхание стало короче, почему присутствие моих пар оказывало на меня такое сильное воздействие?
—
Лети, моя маленькая малиновка
, как прекрасная птица, которой ты являешься. Как только я найду тебя, я перегну тебя и возьму в любых существующих формах, — ответил он, усмехаясь, и убрал несколько прядей моих волос назад.
— Это так нечестиво для ангела, Малакай.
— Это вопрос перспективы, тебе не кажется? По моему мнению, я просто почитаю тебя так, как ангел связывает себя со своей парой.
Я почувствовала, как его руки крепко сжали мои бедра, явно на грани, а затем он прильнул к моим волосам, шепча:
— Ты моя, не забывай об этом. Ты связана с моим братом и с Ксавьером, да. Но твоя душа все еще связана с моей. Нет более сильной связи, чем связь с ангелом. Я мог чувствовать тебя еще до того, как ты узнала обо мне.
Волнение и нервозность разлились по мне, и все мое тело стало горячим. Я никогда не думала, что из всех моих пар Малакай будет тем, кто будет преследовать меня в лесу.
— Хорошо, — прошептала я. — Можно мне фору?
— Одна минута, не больше.
— Всего одна минута? Но это нечестно!
— Это не прятки, малышка, это беги и трахайся. Я не могу больше ждать, чтобы прикоснуться губами к твоей киске.
Жар собрался в моем центре, мои ноги дрожали в предвкушении, когда я сделала первые шаги за дверь.
Я понятия не имела, какой путь будет лучшим вариантом, поэтому я просто побежала. Солнце уже зашло, и деревья отбрасывали пятнистые тени на землю. Когда я металась между высокими деревьями в саду, я задавалась вопросом, решит ли Малакай преследовать меня бегом или полетом. Я даже не была уверена, видела ли я когда-нибудь, как он использует свои крылья для полета. Мне было интересно, позволяют ли ему его раны все еще делать это.
—
Моя маленькая малиновка
, ты не можешь убежать от меня. — Я услышала голос Малакая позади себя. Я оглянулась, но там никого не было. С приливом энергии я побежала налево, петляя по саду, мои ноги едва издавали звук. Волнение погони посылало адреналин по моим венам. Я хотела его, он был мне нужен, и я чувствовала, что он очень близко.
— Поймай меня, если сможешь, — поддразнила я, мой голос был таким игривым, когда я ускорилась. Это было так не похоже на меня. Застенчивая девушка дома никогда бы не сделала ничего подобного. Но здесь, в Карнивалленде, я чувствовала, что моя душа наконец может достичь своего пика, и я могу быть тем человеком, которым всегда хотела быть. Думаю, потому что я наконец нашла свою семью.
Я заметила теневое движение надо мной, подняла взгляд и увидела Малакая, летящего вниз ко мне. Вид его был захватывающим, я все еще не могла поверить, что он мой.
— Вот ты где, — сказал Малакай, забавляясь, когда его ноги коснулись земли, озорная улыбка на его совершенно потрясающем лице. И все, чего я хотела, — чувствовать жар его кожи на своей, чтобы он сдержал свое обещание и взял меня целиком, в любой форме, которую изберет его желание.
Он бросил меня на землю, его тело прижимало меня вниз, будто он хотел покрыть всю мою кожу своей. Я почувствовала, как он сжал мою киску, заставляя меня ахнуть.
— Черт возьми, ты плачешь от малейшего прикосновения, — пробормотал Малакай с кривой усмешкой, скользя пальцами между моими дрожащими бедрами, заставляя меня беспомощно содрогаться.
— Откройся, — сказал он. Его команда вибрировала по всему моему телу. Каждая конечность, каждая кость, каждый дюйм моей кожи горели.
Медленно, послушно, я раздвинула ноги шире для него, и Малакай не терял времени, стягивая нежное кружево моих трусиков. Я подавила нервный смешок, мое сердце бешено колотилось от дикого возбуждения от его грубости. Его большой палец сильно нажал на мой клитор, заставляя мою спину мгновенно выгнуться в ответ.
За долю секунды он освободился от своих брюк, его член был твердым и набухшим, когда он втолкнул его в меня. Как только он начал двигаться, его член пульсировал глубоко внутри меня. Я ахнула, мои глаза расширились от шока, когда я почувствовала, как его пирсинг касается самых глубоких частей меня. Должно быть, он был очень осторожен в первый раз, когда мы занимались сексом, потому что на этот раз я могла чувствовать все. Словно Малакай пытался сдерживаться так долго, только чтобы наконец показать мне, что скрыто глубоко внутри его ангельской оболочки.
Без предупреждения Малакай схватил меня и перевернул, усадив меня задом наперед к себе на колени, моя спина прижалась к его груди, когда он входил в меня сзади.
— Скачи на мне, малышка, — прорычал он мне в ухо, его руки крепко сжали мои бедра, направляя меня в ритм, который быстро стал отчаянным, голодным.
— Ты самое горячее зрелище... именно так, — тяжело дышал он мне в ухо, после того как запрокинул мою голову назад, захватывая мои губы.
— Неважно, как часто я смотрю на тебя, я никогда не привыкну к тому, что ты моя, — прохрипел он, сжимая обе мои груди, когда его бедра толкались в меня мощными движениями. Все мое тело было в лаве.
— Твои стоны, малышка... Ты понятия не имеешь, как сильно они сводят меня с ума. Всякий раз, когда я слышу эти звуки, и это
не
мой член внутри тебя вызывает их, мне хочется делать очень нечестивые вещи.
— Какие вещи?
— Иногда мне хочется наказать тебя.
Признание разбило что-то внутри меня… не от страха, а от всепоглощающей потребности.
— Какое наказание? — осмелилась спросить я, мой голос едва слышен, любопытство нарастало в моем животе, как жар.
Он усмехнулся на мой вопрос, его пальцы вплелись в пряди моих волос. Мне стало любопытно.
— Наказание, которое я никогда не попробую с тобой, — сказал он.
— Почему?