Страница 32 из 67
Глава 9. Княжна
Ещё через час прибежал мальчишка лет десяти, сам перепуганный, и говорит, едва не заикаясь:
— Тётя Аня, вы нужны в деревне! Моего брата бандиты поймали и требуют вас.
— Спокойно, — резко сказал Генри. — Чувствую, ты должен был как-то по-другому сказать, а не
сразу вываливать, что бандиты удерживают твоего брата.
— Да, но я не хочу врать. Тётя Аня сразу поймёт. Дядя, вы поможете?
— Брат... — тихо попросила я.
Генри взял артефакт связи и связался с Михаилом, сообщил о бандитах в деревне и о заложнике
— пока что одном.
— Не торопитесь идти к ним. Мы с солдатами недалеко, дайте десять минут.
— Нам идти минут пятнадцать, не спеша. Только если бежать — то пять, — ответила медведю.
— Молодец, Анна, правильно рассуждаешь.
Брат сходил к себе в комнату, взял меч и пояс к нему. Я взяла несколько сборов для
успокоения нервов — брат это оценил улыбкой. После этого пошли. Мальчик то убегал вперёд, то
возвращался.
Когда дошли до деревни, застали взволнованных людей возле своих домов, и одна женщина
голосила возле дома. Увидев меня, она упала на колени:
— Госпожа Анна, спасите моего мальчика!
— Слушай сюда, женщина, — тихо рыкнул появившийся Михаил. Женщина на мгновение затихла. —
Чуть в стороне вой, не возле дома. И давай сейчас — погромче и попротивней, отвлеки их.
Её просить дважды не стоило. У меня сердце от его плача сжалось. Меня сунули к старосте со
словами:
— Если её умыкнут или поранят — удавлю.
Меня завели в дом старосты, а брат остался возле дома, на улице, с мечом в руках. Мы с
женой старосты заварили успокоительный сбор на полдеревни. Я сразу выпила одну порцию,
женщина, посмотрев на меня, тоже выпила.
Послышался вопль, из которого я поняла, что ребёнок уже у матери, а бандитов скрутили. Жена
старосты вышла с чашкой отвара и напоила голосившую женщину. Потом ещё несколько
перенервничавших зашли к ней.
— Аня, идём домой, — строго сказал брат. — Чувствую, это ещё не всё.
Не успели зайти в дом — нас окликнули. И что-то мне подсказывает: это не обычные бандиты,
слишком хорошо одеты.
— Кто вы и что вам нужно?
— Так тебе и сказали, княжич: его убить, девку мне привести.
Я спряталась за брата, он стал в стойку. А я, прикрыв глаза, настроилась на лес. Было
ощущение, словно меня направляют. Сразу услышала волчий вой — его услышали и в деревне.
— Анька! — обеспокоенно сказал Миша. — Этих повесить, мы — к дому травницы. Чую, там ещё
банда.
Сельские мужики быстро справились с оставленными им бандитами. Михаил с солдатами поспешил
к нам. А после — волки, которые не только завыли, но и появились рядом с домом. Они стали
возле меня и вплотную к брату, обнажив внушительные клыки.
— Я, конечно, слышал, что в нашем роду были ведьмы, но думал — это байки, — сказал он.
С неба спикировала большая хищная птица и распорола горло одному из крайних бандитов.
— Сестра, главарь нам нужен живой.
— Постараюсь, — сказала я, чувствуя напряжение. Управлять животными было сложно.
У меня под юбкой хорошо устроились трое маленьких щенков. Те, что постарше, стали по бокам,
рядом с их матерью. Бандиты не знали, как нападать, когда тут — большая волчья стая и
несколько хищных птиц, только и ждущих, когда кто-то зазевается.
Так мы и дождались Михаила с солдатами. Вот тут бандиты оживились и попытались напасть на
солдат, но мигом поплатились, попав под когти птиц.
— Вон того взять живым! — крикнул Генри и швырнул в него неизвестно откуда взятым камнем.
Он даже попал ему в спину. На него кинулись волки, повалили, укусили за ноги и руки и стали
на спину, не давая подняться. Часть сдались, бросив оружие. На таких волки не кидались, но
заставляли сесть на землю. Бандитов согнали в кучу и окружили. Солдатам помогали волки.
Допрашивали их тут же, на месте. Оказалось, всё банально: отца нашего хотят свергнуть и
убить его наследника. А я должна остаться единственной наследницей и стать женой следующего
правителя.
Не знаю, что будет с этими бандитами — их забрали в темницу. А ко мне подошли Генри с
Мишей, и взгляды у них были весьма серьёзные.
— Что?!
— Ты едешь жить в замок, — строго сказал брат. — Или хочешь за непонятно кого выйти замуж?
Поверь, будет хуже, чем с Рихардом. — Брат заметил, как я побледнела. — Не хочу тебя пугать,
но тут тебе слишком опасно находиться. Закрывай дом на замок. Потом решим, что делать с
домом и твоим добром.
— Мне переодеться нужно. Не буду же я голыми ногами сверкать!
Князь, выслушав моего брата, согласно покивал. Но он видел, что я напугана своим
вынужденным возвращением в замок.
— Что же ей пришлось пережить за тот неполный год, что теперь она боится возвращаться в
любой замок.
— Предательство, — коротко сказал брат. — Тот, кто должен был защищать, предал доверие в
первый же месяц. Сколько бы потом ни извинялся — она помнит о неоправданном обвинении, боли
и унижении. Я мельком видел её спину, пока она костюм для верховой езды надевала — на ней
нет целого участка, всё сплошной шрам. И после такого не выживают.
— Но мы — не они.
— Да, обжёгшись на молоке, дуешь на воду. Она просто боится повторения. Дар — это хорошо,
вытащил с того света трижды, но страх и память о пережитой боли никуда не делись. Мишке
нужно хорошо постараться, чтобы преодолеть баррикады из страхов. Причём не нахрапом, ломая
всё к чертям, а осторожно — разбирая завалы.
— Да понял я, — буркнул рядом парень. — Вот думаю, с чего начать.
— Дай ей несколько дней — и она что-то да выдаст.
Выдала не я, а деревенские — через три дня. То ли самой смелой, то ли самой отчаянной
оказалась жена старосты. Она пришла вежливо, с поклонами и почтительным обращением. Чуть ли
не на коленях просила вернуть им травницу и целительницу. Потому что детки стали болеть, у
стариков кости ноют, а даже травок целебных попросить не у кого.
Я стояла недалеко, наблюдая за этим действием, и смотрела на реакцию князя. Тот, заметив
меня, спросил:
— Что посоветуешь, княжна?
— Я могу днём быть в том доме, делать зелья и ходить к деревенским. А ночевать — тут, у
вас.
— Сама? — удивился мужчина. Я пожала плечами, давая ему выбор.
— А ты, сын, что скажешь?