Страница 58 из 163
Я не стал просить пояснений.
Я знал, что он имел в виду.
— И ты смог? — спросил я, а он лишь пожал плечами.
— Это так чертовски сложно, Чарли, — признался Люк слабым шёпотом.
Бармен молча отошёл в другой конец пустой стойки, занявшись протиранием бокалов. Удовлетворённый тем, что сегодня в его баре не будет кровопролития.
— Знаю, — сказал я.
Люк закрыл глаза и покачал головой.
— Нет, ты не знаешь. Ты даже не представляешь, насколько это тяжело. Это как если бы на твоём плече сидел дьявол каждую секунду каждого чёртового дня и всё время с тобой разговаривал. Просто трещал, трещал, трещал без остановки. Звал тебя по имени, провоцировал сделать это, находил миллион причин на всей этой проклятой планете, чтобы ты сказал: «Да пошло всё к чёрту».
Мне стало дурно, пока я слушал его, впервые, наверное, осознавая, насколько он беззащитен и сломлен перед веществом, которое держало его на поводке. Всё это время я думал, что он просто эгоистичный упрямец, сосредоточенный только на себе. Но всё было совсем не так.
Где-то по пути Люк потерял свою силу.
Он отдал её целиком болезни, о которой никогда не просил.
— Так почему ты не сдаёшься? — спросил я, не желая звучать язвительно, но искренне любопытствуя. — Если всё так сложно, почему бы просто не опустить руки?
Люк вздохнул и вяло пожал плечом.
— Потому что она уйдёт, Чарли. А я не знаю, что, чёрт возьми, буду делать без неё.
Он говорил о Мелани, конечно. Но пока Люк произносил эти слова, я подумал о Джерси. Потому что, боже правый, я любил её — и любил так сильно, что вынужден был опуститься на табурет рядом с братом и уставиться на полки с разноцветными бутылками алкоголя за барной стойкой.
«Что бы я сделал, если бы Джерси меня бросила?»
Да, мы вместе всего несколько месяцев. Да, мы оба ещё довольно молоды и не слишком опытны. Но я всегда слышал, что, когда находишь ту самую, ты просто знаешь это. И разве количество времени и опыта имеет значение в этом уравнении?
— Люк.
Он взглянул на меня, выглядя как потерянная, грустная собака.
— Что?
— Как ты понял, что Мелани — твоя судьба?
Он прищурился, пристально посмотрев на меня. Взгляд был настолько напряжённым и непонятным, что я одновременно почувствовал себя защищённым и смущённым. Внезапно я пожалел, что спросил, и уже хотел сбежать, но тут его губы медленно растянулись в широкой глупой улыбке.
— О-о-о, охрене-е-е-еть, — протянул Люк. — Чарли, ты хочешь сказать, что я скоро познакомлюсь с девушкой твоей мечты?
Я начал отступать.
— Нет. Я..
— Она заставляет твоё жуткое маленькое чёрное сердце трепетать?
С стоном я сполз со стула.
— Ох, ради всего святого. Забудь, что я сказал.
— Подожди, подожди, подожди. Я что, скоро познакомлюсь со своей будущей невесткой? Потому что, чувак, если так, может, мне стоит постараться произвести хорошее впечатление.
— Я тебя ненавижу, — пробурчал я, качая головой и поворачиваясь к двери.
Люк хохотал, явно наслаждаясь моментом, пока я краснел и жалел, что не предвидел этого, прежде чем раскрыл свой глупый рот. Мы вышли на улицу и вместе перешли дорогу к машине, а Люк всё смеялся, а я размышлял, не поздно ли отменить ужин вообще.
Только когда я завёл машину и тронулся с места, Люк, наконец, перестал смеяться. Он потянулся к кнопкам радио, выключив альбом The Cure, чтобы поискать что-нибудь послушать, и наконец остановился на чём-то, что, как мне показалось, ни один из нас не знал.
Затем он провёл ладонью по губам и сказал:
— Это было, когда я понял, что без неё моя жизнь не будет иметь смысла.
Я промолчал и повернулся, чтобы посмотреть на него.
— Вот как я понял, — сказал Люк тихим и хриплым голосом, как будто ему было стыдно произносить эти слова вслух. — Ты.. э-э.. ты чувствуешь то же самое по отношению к.. мм..
— Джерси, — подсказал я.
— Точно, — кивнул он, похлопывая себя по бедру. — К Джерси. Ты её любишь?
— Да, — признался я. — Очень люблю.
— Тогда сделай себе одолжение и держись за неё. Делай всё, что нужно. Только не отпускай, — сказал Люк, утвердительно кивая, словно знал лучше всех.
И, чёрт возьми, судя по всему, он и правда знал.
— Хорошо.
Люк хлопнул меня по плечу и сжал его, и я невольно улыбнулся. Именно по таким моментам я скучал больше всего, и даже когда они прошли, я осознавал, насколько они были драгоценны и мимолётны.
— Эй, Чарли.
— Да? — отозвался я, остро ощущая, как сильно я соскучился по брату, хотя мы и жили под одной крышей.
— Не говори Мелани, что ты нашёл меня в баре.
Я сжал челюсти, стиснул зубы и сдержал протест. Мелани никогда не обманывала меня, поэтому я взял за правило никогда не врать ей, да и Люку, если уж на то пошло, по крайней мере в последнее время. Мысль о том, чтобы сейчас соврать ей, да ещё о таком серьёзном деле, легла в животе тяжёлым трёхтонным грузом.
— Я не пил, — напомнил он, глядя на меня с мольбой, читавшейся в каждой морщинке вокруг его глаз и в опущенных уголках бровей.
— Люк.. — Я потёр подбородок, качая головой.
— Чёрт возьми, Чарли, я не прошу тебя врать, — повысил он голос, звуча отчаянно. — Я просто прошу не рассказывать Мелани. Если она, блин, спросит, тогда выкладывай всё как есть. Только не беги к ней с этим, как только мы переступим порог, ладно? Ты можешь это сделать?
Я вцепился в руль, всё ещё сомневаясь. Это казалось неправильным; так подсказывала мне интуиция. Это было плохо. Но паника Люка была очевидна, и я знал, что, если Мелани когда-нибудь узнает, где я его нашёл, она никогда больше не сможет доверять ему. Я даже не был уверен, что доверие между ними вообще восстановилось, но это точно стало бы ещё одним гвоздём в крышку гроба.
Чёрт, может, даже последним.
— Ну давай, приятель. Пожалуйста, — умолял он, и наконец я кивнул.
— Я ничего не скажу, — пробормотал я. — Но если она спросит..
Люк выдохнул с облегчением и кивнул, откинулся на сиденье и вернувшись к кнопкам радио.
— Точняк, да, — ответил он. — Если она спросит.