Страница 44 из 66
22.00. Впереди светится пирамида. Должно быть, шестая. Это на самой середине водохранилища. Подплываем поближе — иначе не увидеть номера. Стая чаек, напуганная шумом мотора, улетает прочь от трехметровой треноги со щитом. Вот где, оказывается, ночуют чайки!
22.12. Прямо по курсу пирамида № 4. Мигает обоими глазами. Только глаза разные — то белый, то красный. От этого знака два судовых хода — на Рыбинск и на Углич. Где-то тут затопленный город Молога. Жаль, что плывем не днем. Говорят, в хорошую погоду можно разглядеть под водой улицы и площади бывшего города.
23.10. Впереди серебристые всплески маяка. На горизонте алмазные точки огней. Встречные суда, пирамиды, бакены, уходящие в стороны от главного фарватера, береговые створы — все светится своими огнями, подмигивает, поддразнивает… Как бы не заблудиться в этом маскараде. А где фарватерные сигналы?
23.40. На воде яркие блики. От ослепляющего сверкания ночь кажется еще чернее. Мы с удивлением обнаруживаем, что плывем мимо близких берегов. Каким-то чудом в этом безмолвном концерте огней находим пирамиду под № 1. Это финал. Где-то близко Рыбинский шлюз — ворота на Волгу.
Возникает идея отметить переход через водохранилище и отправить в небо ракету. Пусть в этой мозаике светлых точек блеснет и наша искорка. Дискуссия по этому поводу ни к чему не приводит: один — за, другой — против. Тем не менее рулевой, пользуясь правом капитана, разряжает ракетницу.
Счастливый выстрел! Подобно молнии вспышка ракеты освещает каменную дамбу. На ней высится скульптура женщины с прекрасным лицом. Она простерла руки навстречу нам. Ну конечно! Это монумент в честь матери рек русских. Волга! Вот как встретились мы с тобой! Здравствуй, труженица!
23.56. Подходим к шлюзу. По бокам шпалеры огней, отраженных водой. Ворота раскрыты. Очевидно, ждут кого-то. Только не нас. Так и есть! Откуда-то сверху раздается суровый голос:
— Моторный катер… Моторный катер… Если у вас нет разрешения, шлюзоваться не имеете права. В шлюз не заходите.
Вот тебе раз! Прошли два свирских шлюза. Отсчитали двадцать две «ступеньки» на «Мариинке». В трех новых камерах Волго-Балта швартовались. И везде счастливого плавания желали. А тут: «если у вас нет разрешения…»
Мы все-таки вошли в шлюз. Прибегает дежурный. Перегибается через парапет, допрос нам учиняет, разрешение требует.
— Простите, чье разрешение?
— Горсовета.
— А разве горсоветы руководят шлюзами?
— У нас есть указание, — настаивает дежурный.
— А у нас есть маршрут. И Рыбинский шлюз нам никак не объехать.
Пусть будет скандал. Но постоим за себя и за наших последователей, которым суждено пройти этот шлюз.
24 00. Повезло. Про нас, очевидно, забыли. Мы шлюзуемся, как и все. На равных правах. И со шлюзом ровным счетом ничего не случится, когда выйдем из него. Зачем же людям омрачать такой праздник, как свидание с Волгой?
17 июля. 00. 05. Да, мы торопились к тебе, великая река. Сколько нелегких километров оставили позади. А сейчас с удовольствием зачерпнем кружкой твоей водицы, чтобы напиться после долгого пути.
Не скроем: мы чувствуем себя чуть ли не героями. Прошли все-таки Рыбинское. Плыли без берегов. Не испугались ветра. Вели катер с точностью бывалых штурманов. Нет, не зря балтийские моряки разговаривали с нами на «ты». И пожелание их относительно трех футов под килем… Под днищем что-то заскрежетало. Мотор взревел. Катер конвульсивно дернулся. Размечтавшийся рулевой окаменел. Над рекой повис истошный вопль:
— Выключай!..
Выключен газ. Молчит мотор. Волга равнодушно течет мимо. Предательски мигает слева красный бакен. Тишину нарушает диалог в катере:
— Кажется, тут трех футов нет…
— Пожалуй…
Течет Волга
Расплата за самонадеянность
Винт задел за что-то твердое. Мы почувствовали это сразу. Где-то внизу предательски загромыхал подшипник. Тело катера задрожало. А кругом непроглядная тьма. И она отняла у нас былую уверенность.
Глупая авария. Может, это расплата за самонадеянность?
Прости, слава! Но нам не до тебя. Нас заботило только одно: скорее бы найти безопасное место и выбраться на берег. Сразу одолела усталость. Мускулы онемели. Десятичасовой напряженный путь через водохранилище дал знать о себе.
Позади остались бетонные стены выходного канала. Катер очутился в естественном русле Волги. Впрочем, было бы весьма смелым утверждать, что мы знали, где находимся. Нас окружала такая темень, что сказать с уверенностью, куда течет река, было невозможно.
Сзади послышался сильный шум. Оглянулись в тревоге. Что-то огромное, в огнях, надвигалось на нас. Пароход! Он надвигался, будто целясь в корму «Горизонта». Неужели рулевой не видит нас?
Развернули катер под прямым углом, отступая перед шлепающим колесами чудовищем. И тут же глухой удар сотряс корпус «Горизонта». Мель… Неумолимые силы инерции швыряют нас к ветровому стеклу. Падая, видим рядом огромные лопасти пароходных колес… Только выбрались на палубу, как подкравшаяся волна с остервенением хлестнула по катеру и смыла нас, словно мыльную пену, за борт.
Совершив замысловатое сальто, мы очутились в реке. Меховые куртки оказались не лучшими плавательными костюмами. В тот момент мы не могли продемонстрировать ни одного из известных стилей плавания. Правда, скоро заметили, что брасс или кроль здесь совсем не к месту. Коварная волна неожиданно покинула нас, оставив экипаж лежать на суше подле своего судна.
Ага! Теперь все ясно как белый день. Интересно все же: берег это, остров или коса? Впрочем, какая разница!
Поднялись на ноги. Нестройно прокричав: «раз, два взяли», толкнули «Горизонт». Катер даже не вздрогнул. Эти полторы тонны не для нас!
Грустно и смешно. Снова авария! Сначала царапнули винтом о дно. Теперь сели на мель… Но кто виноват? Пароход? Вон, кстати, и он. Яркой гирляндой повисли его кормовые огни над рекой. Красиво! С какой уверенностью ведет рулевой громадину по совершенно темному водному коридору. Разве ему попять сидящих на мели?
Черт возьми, не ночевать же в самом деле на этом пляже!
Резкий гудок ударил как заряд тока. Ну, это уж слишком. Из шлюза выходило еще судно. Судя по высоте топовых светильников, оно не из мелких. Скользнул по воде прожектор. Опять жди беды. А может, волна снимет нас с мели? Попробуем?
Занимаем позицию по бортам катера. Судно уже близко!
— Готовьсь!