Страница 88 из 168
У меня уходит несколько секунд, чтобы не кинуться на мерзко ухмыляющегося Ваню. Я вдыхаю потрескивающий от мороза воздух, пока кровь не возвращается к нормальной температуре. Он не желает мне зла. И поиск компромиссов — это правильно. А бешусь я потому, что Рома повысил на меня голос. До сих пор не по себе. Из-за чего?
Даже если я убью кого-то, он не имеет права на меня орать!
Никто не имеет.
Но я промолчала, потому что Рома болеет. Меня перекручивает от нервов. Зависимость от чьего-то настроения мне чужда. Я привыкла, что мы с ребятами одни, а мое мнение — единственно верное.
— Я пойду. Роме нужно делать укол. Спасибо. И еще…
— Не волнуйся. Не скажу я твоему Ромео про бассейн.
В квартиру я возвращаюсь на скорости света. Запыхавшись, стягиваю похожий на плащ-палатку пуховик и шагаю на кухню, где недовольно бухтит Рома, зависший над варочной панелью.
— Чайник электрический, — мягко подсказываю я, прислонившись головой к дверному косяку.
— Я знаю.
В чем-то Ваня прав. Болеющий Рома похож на маленького капризного ребенка. Ввиду невозможности улететь и вершить великие дела, он хватается за все, включая незнакомое, и из-за этого психует.
— Просто форма такая, похож на обычный. Иди ложись. Я заварю тебе ромашку.
— Я сам.
— В лечебных целях, — настаиваю я и хватаюсь за чайник. — У тебя укол не сделан, а ты скачешь. Помнишь, что лекарство надо только на голодный желудок?
Рома зависает на несколько минут, после чего разжимает лапки и щурится.
— Обманываешь, Барби?
— Нет, хочешь — ставь, — пихаю я посуду ему в руки, а крышечка недовольно подпрыгивает. — Сейчас набегаешься, к вечеру растемпературишься.
— И что? — Рома возмущенно шмыгает носом. — Запертый торчу, какая разница?
— Ничего, — наигранно пожимаю плечами я и грохаю чайник на подставку. — Просто получается, зря я детей отправила к Ване на выходные. Ни сериальчик посмотреть, ни растереть тебя в стратегически важных местах…
Рома давится кашлем, и я победоносно щелкаю кнопкой.
— Ты уже наводишь укол?
— Барби, я умер и в раю, или ты намекаешь на…
— На минет, милый, — улыбаюсь я, наблюдая, как в его глазах загораются огоньки. — А дальше — как пойдет. Если поднимется температура, конечно, ничего не получится…
— Я два укола наверну! — раздается крик с другого конца коридора. — Не отвертишься!
Честно говоря, я и не собираюсь. Чтобы заставить Рому лежать, нужно лечь вместе с ним. Заодно пропотеем.