Она в твоем сердце

Глава 38

Рома

Свет вспыхивает в тот момент, когда мы, целуясь и стягивая друг с друга остатки одежды, переступаем порог спальни. На задворках сознания бьется мысль, что я поступаю плохо. Мои обещания не прикасаться к Кате, не тащить ее в кровать, не пытаться перенести наши отношения в горизонтальную плоскость, сгорают в пламени вспыхнувшей страсти.

— Я знала, что они широкие, — вздыхает она, проводя ладонями по моим плечам. Её бессмысленный комплимент, как и последующие слова, вызывает у меня улыбку. — Боже, ты хоть представляешь, как красив?

Я прохожусь дорожкой поцелуев по изгибу изящной шеи, сжимаю талию и касаюсь груди. Острые соски вызывают желание взять их в рот, а впалый живот манит гладкостью кожи. В Кате прекрасно все — глаза, губы, фигура и даже запах. Тонкий, свежий, лишь слегка разбавленный ароматом шампуня.

— В такие моменты вроде как принято хвалить девушек, нет?

— Поцелуй меня, — вместо ответа просит Катя и привстает на носочки, чтобы прижаться губами к моим.

Эта спальня — единственное место в квартире, где закончен ремонт. Посреди нее стоит широкая кровать, при виде которой Катя замирает. А когда я щелкаю выключателем, она громко выдыхает и с восторгом смотрит на темный потолок и стены с изображением звездного неба. Сияющие огоньки вокруг нас, словно мы посреди космического пространства из картинок в интернете.

Под ногами чуть поскрипывают деревянные доски. Мне нравится этот звук. Почему-то он ассоциируется у меня с уютом. Так же, как нравится отсутствие мебели, кроме пары тумб, напольного зеркала и белых светильников по бокам кровати. Едва заметная дверца ведет в ванную комнату, а оттуда — в гардеробную.

Но самое важное, что Катя смотрится здесь очень гармонично. Она идеально вписывается в интерьер, словно живет тут много лет. Такое чувство, что мы вместе планировали эту спальню. Теперь она с одобрением осматривается.

— Нравится? — на всякий случай уточняю я, подходя к ней со спины. Мои ладони ложатся на крутые бедра и очерчивают идеальные изгибы под протяжный вздох.

— Очень. Сам продумывал дизайн?

— Да, по первости хотелось разбавить скучные серые и темные оттенки чем-нибудь ярким.

Я убираю длинные волосы, чтобы построить себе дорожку от изящного плеча к ее уху. Маленькая сережка ложится на язык, пока я играю с мочкой и с удовольствием прислушиваюсь к тихим стонам. Мы никуда не торопимся. Нет желания гнать на полной скорости, когда дорога открыта. Хочется вкусить удовольствие от этого путешествия.

— Почему не продолжил ремонт?

Я вздрагиваю и замираю. Это не та тема, на которую я готов разговаривать в такой момент. Хорошо, что Катя незримо чувствует мое напряжение, поэтому просто поворачивается и закидывает руки мне на шею.

В глазах отражаются звезды, а вид из панорамных окон дополняет ее волшебный образ.

— Завтра поговорим, — выдыхаю я, после чего зарываюсь пальцами в ее волосы и жадно целую приоткрытые губы.

Больше мы не разговариваем и не останавливаемся. Шаг — падение в пропасть. Матрас, точно облако, окутывает нас вместе с постельным бельем из мягкого хлопка. Подушки летят в стороны, следом за ними пытается сбежать одеяло.

Я сжимаю тонкие запястья и одним толчком вхожу в Катю. В этот момент врубается система предупреждения — сука, защита! Катя прикрывает глаза и прогибается, а я чувствую, как ее мышцы буквально сдавливают меня. Не хочется портить такой момент, тем более мое сознание висит на волоске от полной капитуляции.

Еще чуть-чуть, и выбросит белый флаг. Откажется от всех претензий и покинет черепную коробку под ручку с мозгом.

— Котенок, — хрипло выдыхаю я в попытке остановить побег этих предателей, отвечающих за мою разумность. Но сегодня, похоже, мною управляют не они, а тот парень, что нежится во влажном тепле.

— Я на таблетках, — шепчет Катя и шипит сквозь зубы. — Уф… ты и там… большой.

— По сравнению с кем? С Егором?

Блядь.

Выключите мне речевой аппарат, пожалуйста. Реально, иногда надо фильтровать разговоры. Это самый неловкий момент во время секса. Даже мой первый раз не был настолько тупым и неуклюжим, как сейчас.

К счастью, Катя все понимает. Или мне хочется так думать?

— У меня было только два парня, — она царапает ногтями мой затылок, отчего по телу проносится нестерпимый жар. — Ты будешь третьим.

— Больше никого не будет.

Клятва оседает на наших телах невидимым клеймом. Подхватив Катю под бедра, я врезаюсь в нее с новой силой и слышу громкий крик. В нем — смесь восторга, боли, наслаждения и невысказанного страха.

Она боится… Не знаю чего. Что после этой ночи мы расстанемся? Да, возможно.

Я понятия не имею, куда нас заведет судьба и какими будут наши отношения через неделю, месяц или несколько лет. Но я уверен, что готов попробовать, вопреки собственным клятвам не ввязываться ни в какие серьезные отношения.

— Рома! — кричит Катя в приступе подступающего оргазма.

Быстро.

Я не успею ею насладиться.

Острые ноготки оставляют царапины на плечах, искусанные губы приоткрываются, когда я делаю последний выпад. Как снайпер, попадающий точно в цель. Катя содрогается, затем осоловело моргает и, тяжело дыша, падает на постель, а ее волосы, словно взбитое облако, контрастируют по цвету с черной простыней.

Не церемонясь, я отстраняюсь и переворачиваю разгоряченную, но с трудом двигающуюся Катю на живот. Мягкие пряди, как паутинки, оплетают пальцы, когда я собираю их в кулак. Следующий порыв куда жестче, жарче. В нем нет места прелюдиям и ласковым словам — только механика и скорость, где после финиша наступает ослепительное преображение огрызающейся милашки в дикую тигрицу.

Катя сжимает простыни, прогибается в спине и откидывает голову назад. Ее податливость заводит и пробуждает самое темное, но в то же время такое сладкое томление. Последний выпад — взрыв.

Ее крик тонет в моей ладони, а тело содрогается в очередном приступе оргазма.

Мне мало.

Хочу еще и еще. Чем больше, тем лучше.

— Ро-о-ом, — протяжно стонет Катя, когда я даю несколько секунд передышки и провожу ладонями по ее взмокшему телу.

— Знаешь, что такое восточный темперамент, котеночек? — Я с усмешкой наклоняюсь и с удовольствием вдыхаю ее аромат.

— Когда женщина впадает в кому после секса?

Мой тихий смех вибрирует где-то в районе ее затылка.

— Практически. Я с тобой не закончил.

Катя против?

Нет.

Она только за.