Попаданки

Хлоя молчала, прижав руки к груди. Лив уже не могла остановиться: она мерила комнату быстрыми, злыми шагами, словно пыталась убежать от собственных воспоминаний.

— А что, если с возвращением не выгорит? Что тогда? Осколки? Да это же просто местные легенды. Сказки. Кто вообще знает, что в них правда! А даже если эти дурацкие кристаллы и способны нас перенести обратно — где гарантии, что завтра работорговцы или еще какие-нибудь отморозки не отберут у тебя шмотки, деньги и твой драгоценный Осколок?

— Они… забрали твой Осколок? — Хлое стало до тошноты страшно.

— Да, забрали. Здорово, правда? — Лив горько усмехнулась и остановилась прямо перед ней. — Напомни, как тебя зовут?

— Хлоя.

— Очень приятно. Так вот, Хлоя, что ты будешь делать, если прямо сейчас останешься абсолютно одна? У тебя есть деньги? Понимаешь, как их заработать? Куда ты пойдешь? Что ты вообще знаешь об местных людях, законах, опасностях?

Хлоя поджала губы, потому что Лив была права. И эта правота ранила больнее всего.

— Я научилась выживать, — тихо закончила она. — А ты?

Хлоя отвела взгляд. Ей нечего было сказать. Истина щипала глаза слезами: все ее «выживание» держалось на Ноксе, без которого она бы не протянула и дня.

— Так я и думала, — Лив закатила глаза. — Милая хорошая девочка, которой повезло наткнуться на парня, сдувающего с нее пылинки.

Она ткнула пальцем в сторону Хлои.

— Так что не рассказывай мне про опасность. Я о ней знаю побольше твоего. Это уж точно.

— Я смогу выжить сама, если потребуется. — Хлоя упрямо вскинула подбородок, хотя внутри все сжалось от обиды.

— Ну так докажи, — Лив широким жестом обвела открытое окно. — Всего одна ночь. Экспресс-курс по выживанию от Лив. Обещаю, к утру верну тебя в целости и сохранности.

Хлоя нервно заломила пальцы, хрустнув суставами. Взгляд против воли метнулся к двери.

— Нужно хотя бы предупредить ребят…

— О, боги, — простонала Лив, запрокинув голову к потолку. — Ты хоть раз в жизни делала что-нибудь рискованное? Неправильное? Безопасное, но морально осуждаемое?

— Лив, это глупо…

— Да! Так и есть! — Та махнула рукой. — Но это суть жизни! Хватит трусить и бояться всего подряд. Ничего не случится!

Хлоя перевела взгляд на скрученную веревку. Потом на зияющий темнотой оконный проем. Затем — на саму Лив, чьи глаза азартно блестели. И очень медленно, взвешивая каждое слово, произнесла:

— Обычно, когда кто-то с такой уверенностью говорит «ничего не случится»… случается абсолютно все. И ты сама об этом говорила.

— Справедливо, — легко согласилась Лив. — Но ты вольна выбирать, как именно встретить неизбежный кошмар. Если настраивать себя на худшее, оно, конечно, бахнет. А если не настраивать — все равно бахнет, но до этого момента ты хотя бы успеешь повеселиться.

Это была на удивление жизнерадостная философия для человека, который прошел через самую жестокую школу выживания.

— Ну так что? — Лив уже перекинула ногу наружу. — Я в любом случае иду. С тобой или одна. Но с подружкой как-то душевнее, согласна?

Она задорно подмигнула, но Хлоя заметила, как сильно Лив сжала пальцами ремень своей сумки. Она не хотела идти одна. Без мужчин — да, это был ее принципиальный бунт на сегодня. Но одиночество ее пугало, ведь именно в этом проклятом городе на нее нацепили кандалы месяц назад. А такие воспоминания, точно тараканы, любят выползать из углов толпой сразу с наступлением темноты.

— Куда мы пойдем? — обреченно вздохнула Хлоя.

Лив мгновенно просияла, растеряв всю свою мрачную суровость:

— Пока мы с Вейлором выступали, я краем уха услышала, что йети открыли новую пивнушку неподалеку.

— Йети?

— Ага! И, если верить слухам, они варят лучший пряный эль во всем этом долбаном королевстве. Ты вообще когда-нибудь видела йети?

— Только слышала…

В памяти Хлои моментально всплыла Нелли, которая с диким восторгом расписывала достоинства своих рукавиц из шерсти йети.

— О-о-о, это вообще отдельный вид культурного шока, — воодушевленно протянула Лив. — Тусуются так, будто у них каждый день выпускной. А главное — они абсолютно, совершенно равнодушны к человеческим женщинам.

Она мечтательно прижала ладони к груди.

— Понимаешь, что это значит? Можно спокойно накидаться, устроить тотальный дебош и ни разу за всю ночь не объяснять какому-нибудь настырному кавалеру, почему ты вежливо улыбнулась, но знакомиться с ним не собираешься.

Лив уже ухватилась за канат из простыней и уперлась ногами в стену. Хлоя снова перевела взгляд с нее на дверь. Где-то там, внизу, остался Нокс, который, когда обнаружит ее пропажу, скорее всего, будет очень волноваться.

— Я… ну… не знаю…

— Все, мне надоело тебя уговаривать, — притворно застонала Лив. — Ровно пять минут жду под окном и ухожу. Решайся и догоняй.

И прежде чем Хлоя успела сформулировать хотя бы один взрослый, взвешенный и логичный аргумент в пользу того, чтобы остаться, Лив ловко скользнула вниз.

В комнате воцарилась тишина. Хлоя переступила с ноги на ногу, глядя на пустой подоконник, а затем чертыхнулась и полезла в окно.