Грани

Глава 21

Горделиво смотрелся в волнующиеся воды залива, стоя́щий на якоре фрегат «Святой Антоний». Его величественные паруса, словно крылья застывшей птицы, обещали своим пассажирам приключения и дальние странствия. Поднятый на его корме флаг, с золотым крестом на синем поле, безмолвно свидетельствовал о принадлежности судна к могущественной торговой компании самодержавной Швеции.

Его хозяин, вероятно, и не подозревал, на что дал согласие пожилой и всеми уважаемый капитан этого судна. Да и мистеру Гордону, капитану «Святого Антония», конечно же, и в голову не приходила мысль о том, что на борт его судна, буквально два часа назад, спешно, но уверенно взошла та, которую по приказу самой императрицы Российской империи разыскивают слишком многие.

Жизнь, она, увы, непроста. Что и говорить. Порой мне кажется, что она подобна удивительной огранки бриллианта: какой гранью ни разверни – свой сюжет, своя история, своя драма. Вот и сейчас, в этот самый момент, когда «Святой Антоний» готовится к отплытию, другие истории этого романа разворачиваются на суше, набирая стремительный ход.

От заставы с Россией, словно вихрь, мчится экипаж, сопровождаемый конным отрядом. Я представлю вам этого человека. Будьте знакомы - князь Латынин Николай Григорьевич — человек с лицом, будто застывшим в гримасе ожидания и принятии твёрдого решения. Рядом его сын, юноша с горящими от тревоги глазами. Он всё душой верит в невиновность старшей сестры. Они неумолимо спешат в Кёнигсберг. С ними приказчик Антон Степанович, чья деловитость сегодня граничит с небывалой нервозностью.

Ведь цель так близка!

Верхом сопровождают экипаж - посланники канцлера Бестужева, чьи лица скрыты под широкополыми шляпами. В сердцах путешественников по-разному засела трепетная надежда и холодный расчёт. Я так скажу: - у кого – что. Но мечты всех неразрывно были связаны с ценными бумагами покойного шевалье из Франции. И в своих ведениях многие мысленно везут беглянку Анну Латынину в столицу. Анну, чья судьба сегодня висит на волоске, Анну, для которой царица Елизавета вынесет свой приговор. Приговор, который они, князь и его спутники, всеми силами пытались смягчить.

Мужчины даже не подозревают, что их цель, под своим именем, гордо сейчас ступает по палубе «Святого Антония». Молодая и неопытная, чья жизнь, подобно бриллианту, хранит в себе множество граней: от блеска придворных балов до теней тайных интриг, от шёпота любовных признаний до грохота политических заговоров.

Анна! Так и не смогла её укрыть Софья Алексеевна Романова. Но зато позволила стать совсем иной.

Кажется, история Анны только начинается. Как же не хочется думать о том, что она подходит к своему трагическому финалу.

В другой же грани бриллианта - солнце, склонилось к закату. Оно окрашивает небо в нежные оттенки розового и золотого, бросая длинные тени на мостовую. Именно в этот час, когда мир словно замирал в предвкушении ночи, по набережной спешила пара. Она не сильно бросалась в глаза обывателю. Ведь к тому времени на набережной было чрезвычайно людно. В хорошо одетом юноше, чьи движения были точны и уверены, вряд ли кто-нибудь узнал вчерашнего крепостного из подмосковной деревушки. Его сюртук сидел безупречно, а начищенные до блеска сапоги отражали последние лучи солнца. Он поддерживал свою спутницу очень галантно, но взгляд его был устремлён только вперёд, в только ему известное направление. В глазах Стефана читалась решимость, граничащая с тревогой. Он понимал, что не имеет права на ошибку.

Ведь цена провала была слишком высока.

«- Дорогой герр Стефан», - звучал мелодичный голосок девушки. Она была одета в платье с небольшим шлейфом, поверх которого была накинута элегантная накидка. На голове красовалась шляпка, украшенная пером и лентой в тон. Модная фрау, что и говорить. Её осанка, манеры, даже лёгкий румянец на щеках – всё говорило о благородном происхождении. Молодая чета, казалось, была готова отправиться в свадебное путешествие. А увидев нужное им судно, пришвартованное у пристани, они ускорили шаг совсем уже не обращая внимание на объёмную ручную кладь в руках молодого человека. Ведь их ждал и высматривал матрос, стоя́щий на страже у трапа, его лицо было загорелым и обветренным, а плечи широкими как у викинга. Он был заранее уведомлен о прибытии секретаря её светлости, той, что моложе. Но тоже очень важной. По судну уже пошел слух, что она родственница госпоже виконтессе, ведь неразлучны они были уже который час, словно две половинки одного целого.

****

А вот и окна! Да, мой уважаемый читатель! Те самые окна. Они смотрели на улицу из тёмных проёмов дома напротив, ничего не подозревая. Но никто уже не подходил к ним. Потому как затаившиеся мужчины, сидя в креслах, ожидали в съёмной квартире, когда наступит темнота. Ждали возможности попасть на чужую территорию, как тени, как воры. Ждали момента, чтобы завладеть молодой княжной и вывезти её с документами буквально наутро из Пруссии.

Как же много выгоды буквально для всех в этом действии! Стоит ли о том говорить? В этой игре замешаны не только личные амбиции, но и политические интриги, семейные тайны и, возможно, даже мирные отношения целых государств.

Юноша, вчерашний крепостной, теперь играл роль герра Стефана, секретаря княжны. Его задача была: - обеспечить беспрепятственный отъезд мадемуазель Анны из страны. Девушка Магда, чьё благородное происхождение было лишь маской, была тем самым удивительным связующим звеном, которое им подкинула судьба.

Тот, кто ждал в окнах напротив, были лишь исполнителями приказов, они следовали за невидимыми нитями сложной паутины.

Итак, - набережная, залитая вечерним солнцем - сцена для этой драмы.

Пара, спешащая к судну, просто пешки в большой игре. Но и пешки порой, дойдя до грани, могут стать важными фигурами.

Окна, тёмные и безмолвные …

*****

А, впрочем, отдав швартовые, судно уже точно не стояло на месте, оно неукоснительно двигалось на выход из залива.

Ничто его уже не могло остановить.

В небольшой каюте сведя брови княжна Анна Николаевна строгим голосом, подбирая немецкие слова, отдавала распоряжения своей новой камеристке Магде.

- За непослушание у нас в России секут провинившихся. Так и знай Магда, я не потерплю в своём окружении своеволия. Герр Стефан, наречённый вам. И только! Сейчас буквально всё зависит от вашего поведения. Иначе вышлю обратно в Кёнигсберг из Лондона! Ни копейки не заплачу жалования! В хорошем доме будете служить без рекомендаций, цените это!

- Слушаю вас госпожа.