Грани

Глава 10

Антон Степанович, приехавший из дальнего Муромского имения, устало поведал мне истину, которую я «недоглядела» оттого что будто не в себе была почитай, как три с небольшим года. Итак, соседи от нас отвернулись – в немилости князья Латынины у государыни. А всё моя влюблённость виновата, шутка ли, против императрицы пойти.

Слушала я недоверчиво речи, думая о своём.

- Батюшка ваш Анна Николаевна поговаривает, что осталось одно – попытаться хоть как-то исправить положение. Он решился обратиться к своим многочисленным друзьям при дворе, просить их заступничества перед императрицей. Канцлеру Бестужеву писал намедни. И, если потребуется, готов принести повинную за дочь свою старшую самой Елизавете Петровне. Лишь бы спасти честь семьи и будущее братца вашего Никиты Николаевича Латынина. Явиться для службы государевой ему скоро предписание придёт. А вдруг на передовую пошлют? А ежели с османами воевать придётся?

- Спасти честь семьи? Неужто я её так запятнала? О чём идёт речь я не пойму?

- Государыне всюду заговоры чудятся.

Приказчик, отводя глаза, пожимал плечами, недоговаривая что-то. Это мне буквально на мгновение показалось. Показалось и кануло в пустоту.

Как я поняла, ни в Питер, ни в Москву мне нельзя было отправляться, потому как под арест меня определили на долгое время. Бессрочное заключение у меня – домашнее.

Противоречивый характер Елизаветы Петровны, мне ли его не знать, вот и про любимую фрейлину она не хочет более слышать! Эта удивительная женщина запросто покидала бальную залу. Она могла всю ночь наслаждаться карнавалом, а после нисколько не уставшая, спешила к заутрене. Могла прервать охоту и удариться в богомолье. Рядиться в мужские костюмы и превращать благочестивые путешествия в увеселительные поездки. Она умела помнить обиды врагам внутри страны и при этом много внимания уделять внешнеполитическим проблемам. На её счету будет две серьёзные победы России - в Русско-шведской и Семилетней войнах. Несмотря на могущество Пруссии, русским войскам удалось захватить значительную часть её земель.

Увы, в дальнейшем они будут возвращены Петром III, занявшим престол после Елизаветы.

«- а ведь она будет править ещё практически десять лет, что же мне делать»?

Я много всего перечитала в будущем про это время. Понимала, что судьбина моя схожа с жизнью Софьи Алексеевны Романовой. Родной брат её не пожалел в своё время. И пусть потомки назовут его Великим Петром: да только «ни жарко и не холодно» от этого таким вот как я.

- А что сестрица моя?

- Обручилась-таки с графом Заводовским – наречённым вашим, в Петербурге обосновалась. Батюшку вашего знать не хочет, всё норовит прибрать ваши имения к рукам. Графиня ныне она. Поговаривает, про то, что неспособной вас принять надобно.

- Неспособной к чему?

- К правлению землями, что от матушки вам достались.

В голове у меня буквально всё встало с ног на голову. Как же так могло всё произойти?

- А вдовствующая княгиня?

- Её милости, Анастасии Алексеевне я послал казачка с запиской тайной о том, что вы в себя пришли. Под видом того, что в усадьбу свою собирается, прибудет она скоро.

*****

Мечтала я свидеться с бабушкой. Очень. Оттого и дни пролетали как птицы, которые, будто предчувствуя изменения, кружили стаями в небесной синеве. Каждая новая утренняя заря приносила с собой отблески надежды и горечь осознания ускользающего времени.

«- так и июль закончится, август придёт с жарой и комариным писком по ночам, что же мне делать»?

В саду, с заросшем диким виноградом и забытыми розами, бродили тени воспоминаний, шепча истории о былой любви и утраченном счастье. Под сводами родового поместья, где старинные часы отбивали каждый неумолимый миг, размышления и мечты переплетались с реальностью и хлопотами по имению. Лица же предков на портретах в зале, словно живые, наблюдали за происходящим. Они точно молчаливо осуждали меня.

Так мне казалось по вечерам, в минуты анализа прожитого дня.

Подстреленная мною бабища, придя в себя молчала и смотрела недовольно волком на всех. Грозила своим взглядом, обещая кары небесные, но рта не открывала. Её сторожили крепостные мужики по очереди. Особенно старались те, кто настрадался от её «правления», кого секли розгами по её приказам.

Я же недоумевала отчего князь Латынин всё на самотёк пустил в отношении старшей своей дочери. Почему не приезжает к ней. Почему мне докладывают местные о том, что за рекой вблизи имения бродят соглядатаи-чужаки.

Спустя ещё примерно неделю, устроив строгий пост прежде всего для себя любимой, обойдя пешком округу до самой дальней деревеньки, я попросила приказчика на мосту через реку учредить охрану, но так, чтобы это неприметно было.

- Как только бабушка прибудет часть моста обрушить надобно и не спешить с его починкой.

- Что же вы задумали Анна Николаевна?

- Не должны чужие в имение проникнуть. Не должны влиять буквально ни на один момент в нашей жизни. Лес кругом и река. Не будет моста, не будет сообщения с внешним миром – пока так. Строго настрого накажи жителям деревень ежели кого увидят из чужих сразу доложить должны об этом. Жену твою Настасью с дочерями старшими приблизить хочу. Пусть управляет в доме. А то порядка нет нигде. Урожай с полей и огородов схороним отдельными частями, я после покажу как. Излишки в стаде не спешите забивать, нужно морозов дождаться.

- Засуху в августе обещают. Прокормим ли животину?

- От наличия моста этот вопрос не зависит. Однако, возле сливов от крыш, у каждой избы бочки должны стоять, воду принимать дождевую. Колодцы нужно прочистить, глубину увеличить. Понимаю - мужиков не хватает, и всё же. В каждой деревне должно стоять два полных колодца. Те, что у леса застыли поднятыми журавлями, на них особое внимание обратите.

И вновь дни бегут один за другим. И в зеркало на меня смотрит уже не рыхлая толстуха с грязными патлами, а справная, ещё полноватая, но очень милая девушка с чисто русской внешностью. По утрам, проснувшись рано и отворив окно я занимаюсь спортом практически до седьмого пота. Вспоминаю всё что читала из будущего делая утреннюю гимнастику. После принимаю водные процедуры, завтракаю и начинаю свой обычный рабочий день. Главная моя задача пройти как можно больше и везде «засунуть свой всё знающий нос». Конюшни, подворье, сад …, а после огороды и поля.

Просто иду иногда, совсем не замечая, как за мной Даринка и Степан смело вышагивают – дочка и старший сын приказчика.