Страница 39 из 61
Она вернулась в дом, чувствуя, как от усталости подкашиваются ноги. Бросив быстрый взгляд на неподвижного Хару, девушка поплелась на второй этаж. Проходя мимо двери Саюри, она на мгновение задержалась, но потом решила, что им обеим сейчас будет лучше побыть в одиночестве и отдохнуть после пережитого кошмара.
Кана легла на кровать и практически сразу провалилась в глубокий сон без сновидений. А утром, едва открыв глаза, сразу же бросилась в гостиную.
Хару сидел за столом, держа в руках чашку с чаем, а бабушка стояла перед ним, уперев руки в бока, и отчитывала его, как нашкодившего школьника.
— Ты хоть понимаешь, что натворил?! — говорила она строго. — Ты слишком молод, чтобы использовать силу дракона! Ты мог погибнуть!
Кана так и застыла на нижней ступеньке лестницы, боясь пошевелиться. Откуда бабушка вообще могла разбираться в подобных тонкостях? Получается, Хидэко изначально все знала о духах и скрытых мирах? Почему тогда не рассказала, когда Кана говорила с ней о Токоё?
— Доброе утро, Кана, — поприветствовал ее Хару, заметив у двери.
Бабушка резко обернулась и строго посмотрела на внучку, поджав губы. Кана искренне не понимала, какая муха ее сегодня укусила и почему она так себя ведет.
— А вот и она, — Хидэко смерила девушку презрительным взглядом. — Я так понимаю, именно на нее ты пытался произвести впечатление?
— Что происходит? — спросила было Кана, но Хару остановил ее жестом руки.
— Простите, госпожа Аямэ, — Хару почтительно поклонился. — Такого больше не повторится.
— Учти, Хару, — бабушка снисходительно на него посмотрела. — Еще один промах — и я отзываю наш договор. Ты прекрасно знаешь, чем это грозит.
Хару молча кивнул, плотно сжав губы. В следующее мгновение Хидэко вдруг резко обмякла, ее плечи опустились, а колени подогнулись. Она ухватилась за край стола, тяжело задышала и начала растерянно оглядываться по сторонам, часто хлопая глазами.
— Бабуля? — Кана подскочила к ней, подхватив под локоть, чтобы та не упала. — Бабуля, с тобой все в порядке?
— Я… да… — она выглядела потерянной. — Что-то у меня голова совсем кругом пошла… Ничего не помню. Пойду-ка я, пожалуй, прилягу у себя.
— Я провожу! — подала голос сидевшая на диване Саюри и с неодобрением посмотрела на Хару. — А твой друг пусть тебе пока все объяснит.
— Что происходит? — Кана посмотрела на него в упор. — Что ты сделал с моей бабушкой?
— В нее временно вселился дух болотной ведьмы, — Хару тяжело вздохнул и устало потер переносицу. — У меня с ней что-то вроде договора.
— Какого договора?
— Прости, Кана, но я не могу рассказать детали. Это одно из его условий.
— Хорошо, — Кана опустилась рядом с ним на диван, стараясь сохранить хладнокровие. — Главное, ты жив. С остальным потом разберемся. Кстати, тебя просил позвонить Кэнго, когда ты очнешься.
— Да, конечно, я сейчас наберу ему, — Хару мягко, немного виновато улыбнулся и потянулся к лежащему на столе смартфону. — Кстати… а почему вы еще не в универе? Разве сегодня выходной?
— Как-то не до учебы, — буркнула Кана. — Уверена, Саюри тоже не особо настроена идти сегодня на пары.
— Насколько я понимаю, мы уничтожили уже четверых демонов и даже опережаем наш график, — сказал Хару. — Идите на занятия, сегодня точно не будет никаких путешествий в другие миры.
Кана глубоко вздохнула, но спорить не стала. Она заглянула в спальню к бабушке. Та лежала в своей кровати, укрывшись одеялом до подбородка, и крепко спала. Убедившись, что все в порядке, Кана наскоро перекусила на кухне остатками вчерашнего риса и оделась.
Вместе с Саюри они вышли на улицу и молча зашагали к автобусной остановке.
Людей практически не было. Только какой-то мужчина стоял, уткнувшись в планшет, а на скамейке сидела женщина с маленьким сыном.
Мальчик крутился на месте, рассматривая все вокруг, и вдруг подбежал прямо к Кане.
— А это вам! — он широко улыбнулся, протягивая ей тонкую веточку сакуры, на которой розовели три едва распустившихся цветка.
— Акира, ну-ка иди сюда! — строго позвала его мама. — Сколько раз говорить, нельзя приставать к посторонним на улице!
Мальчик еще раз улыбнулся Кане на прощание и послушно отошел к матери.
Вскоре подошел автобус. Девушки зашли в салон через заднюю дверь и сразу прошли к последнему ряду сидений, чтобы держаться подальше от редких пассажиров. Обсудить им нужно было слишком многое, а лишние уши были ни к чему.
— Кана, прости меня, пожалуйста, — виновато начала Саюри, глядя на свои колени. — За то, что я сначала тебе не поверила и считала все это глупостью.
— Да ладно тебе, ты-то как раз хотя бы попыталась разобраться, — отозвалась Кана, повернув голову к окну и наблюдая, как мимо проплывают серые здания. — А вот Рин и Мидори…
— Но ты же должна понимать, почему они так отреагировали. Представь себя на их месте, как бы ты поступила?
— Наверное, ты права, — неохотно согласилась Кана. — Ладно, проехали.
Тем временем автобус подъехал к остановке рядом с университетом и остановился. Кана спрятала веточку сакуры в сумку, и они вместе с Саюри вышли на площадь перед входом. Студенты плотным потоком тянулись к дверям, и прямо у массивных стеклянных ворот Кана заметила знакомые фигуры Мидори и Рин.
Мидори демонстративно повернулась спиной и прошла внутрь, даже не повернув головы в их сторону. Рин на секунду поколебалась, затормозив на пороге, но в итоге тоже скользнула в двери, опустив глаза в пол.
— Ух какие, — возмутилась Саюри. — Вот уж я им задам! Будут знать, как нос задирать!
— Не надо, — мягко ответила Кана. — Пусть сами решают, не дави. Не хотят общаться — и ладно. Для меня важнее сейчас спасти наш мир, а уже потом можно будет и подумать, как помириться.
Все мысли Каны были о Токоё и о том, что их ждет дальше. Первого демона ребята победили довольно легко. Но с каждым последующим становилось все труднее и труднее. В последней битве Кана вообще чувствовала себя ненужным балластом.
— О чем задумалась? — над самым ухом раздался знакомый звонкий голос.
Кана вздрогнула и отвела взгляд от огромного окна студенческой столовой. Перед ней, прижимая к себе поднос с обедом, стояла Рин. Кана никак не ожидала, что та подойдет первой после утреннего бойкота.
— Я… ты больше не злишься на меня? — растерянно спросила Кана.