Страница 52 из 76
Дядя задумчиво вспоминал про залежи серебра, которые они так и не смогли до конца разработать с Готье.
У всех были свои интересы, мы менялись. Нас менял этот мир. Росли потребности, увеличивалась семья.
Старшая няня Лоран, осенив себя крестным знамением, потупив взор, внимательно прислушивалась к словам мужчины. Женщина со своей семьёй, как говорится, натерпелась от религиозных конфликтов, возникающих то тут, то там. Она с удовольствием доверилась бы воинственным монахам. Пусть хоть весь уголь заберут взамен.
Когда дядюшка отправился ещё летом исследовать графские земли, пожалованные ему Людовиком, он с удивлением столкнулся с несколькими разорёнными поселениями, лесами, сопками, болотами, залежами торфа, разрушенными католическими церквями и опустевшим городком. Католики отсиживались в лесах, а иные и вовсе подались на север, конечно же, веруя, что в Париже их минует злая доля.
Из поездки граф привёз два семейства горожан, они прятались в развалинах старинного графского особняка и раньше служили при нём. Пожилые женщины и мужчины, потерявшие веру в наступление лучших времён, были благодарны за их спасённые жизни.
В глазах женщин застыл страх, они рассказывали жуткие вещи. Я всегда была уверена, что на ведьм охотилась только святая инквизиция. Однако протестанты поражали разум, их жестокость по отношению к землякам однозначно кем-то поддерживалась. За всем этим стояла чья-то злая воля. Национальное единство французов всегда было непреложной истиной, их девиз гласил: «Один король, один закон, одна вера».
Это явно мешало кому-то, страну разрывали на части, стараясь лишить её сил в войне, которая всё длилась и длилась. Не зря её потомки назовут тридцатилетней.
Осторожно, ни говоря больше ни слова, я вслушивалась в речи дядюшки, предполагая только одно возможное решение.
«- не желаю воевать, мои дети должны жить без страха за свою жизнь».
«- самое время отправиться во Фландрию, родные стены замка помогут укрыться от невзгод, как говорится».
Будто слыша мои мысли, дядя Бенуа, просил меня после обеда, во время дневного сна малышей, остаться на семейный совет в его большом кабинете.
***
- Нам необходимо принять предложение монахов, а после передать имение им в хозяйственное владение.
- Как в принципе орден и предполагал, изначально оказывая нам всяческую помощь.
Маркиз кивнул в согласии на моё замечание. Он говорил тихо. Кабинет дяди вместил нас всех.
- Это означает просто отдать его им. В который раз святая церковь не скрывает своих намерений.
«- так ли не правы протестанты в своих мятежах»?
«- однако ситуацию нужно использовать с умом».
- Начнём осторожно сборы. В конце января мы покинем имение, оставив в нём тех, кто не подойдёт нам в Венеции. Погода восстановится, дожди и непогода уйдут на север. Будет прохладно, мы смешаемся с паломниками и переселимся в начале инкогнито в Альби. А после…
- Я рассматривала на роль укрытия от восстаний замок во Фландрии.
Мой голос был сдержан, я вновь слышала про Венецию.
- Во Фландрии рядом будет поддержка испанских Южных Нидерландов, которые сами по себе подразумевают католицизм. Там безопасно.
- Это так, но как же близок в таком случае Париж. И, я думаю, настоятельница в данный момент, привечает всех страждущих и беженцев, а это значит эпидемии и болезни.
Аргументы Клэр вызвали дрожь во всём теле. Я не хотела везти крестников Его Величества в Париж, боялась не только для своих детей, не желая им оспы и тифа, переживала и за всех остальных.
- Я предлагаю Венецию. Скромное палаццо на острове Лидо, укрытое от взглядов всего мира, утопающее в зелени. Солнце, тихое море. Надеюсь мы успеем к закрытию карнавала. Уверен, будет дан бал и синьор Франческо Донато, а именно он сейчас на посту главного князя управляет республикой, так вот он не поскупиться на грандиозность, и с роскошью встретит новое десятилетие века.
Что-то встрепенулось внутри в ожидании чуда. Лишённые праздников в детстве мы с Клэр как две маленькие девочки потянулись мысленно к друг другу.
Мой взгляд вопрошал её:
«- ты точно переборешь себя и взойдёшь на судно, доверив в дальнейшем себя и своего сына океану, ветру и той волне»?
- А ты?
Шептали её губы.
«- Рискну. И, возможно, именно тогда мы встретим в жизни главный наш рассвет. А здесь в имении, слушая про очередное восстание протестантов, боясь, что нас так или иначе коснутся военные действия, мы превращаемся в кумушек — наседок. И вскоре будем неинтересны не только мужчинам, которые нас окружают, но, возможно, и собственным детям».
***
- Сборы к переезду — это процесс, который требует тщательной подготовки и организации. Первым шаг: - стоит составить список всех необходимых вещей, которые вы планируете взять с собой. Помните это.
Собрав всех, смотря им в глаза, старалась понять, кто возьмёт паузу и попросит оставить его персону за такой надёжной серой стеной, что видна была каждое утро из окна.
Тишина.
Не дождавшись просьб и глаз, которые с неловкостью слушавшие отводили бы в сторону, продолжала.
- Поделите все вещи на группы: - одежда, бытовые предметы, посуда и так далее. Такой подход, надеюсь, поможет нам избежать путаницы и лишних словесных и энергетических затрат на перевозку ненужных вещей.
Утвердим списки и начнём поиск упаковочных материалов, коробов, сундуков и ящиков. Учитывая, что с нами много детей, решим, какие вещи должны быть под рукой в первую очередь…
Так, я говорила месяц назад, в основном, надеясь на опытность мадам Марты и ей супруга. Они готовили нас каждый раз. Однако я удивилась Марку, который мне казалось одним из первых описал все свои специи и любимые кастрюли. Он помогал Клэр с её флаконами, стараясь сделать всё возможное, чтобы отъезд состоялся как можно быстрее. Занимался в свободное время с близнецами, давая мне время спрятать всё самое ценное и разобраться с документами.
Мы будто сроднились с ним в эти дни. Наши душевные раны не рубцевались, они не имели срока давности. Настойки синьоры Ромины не помогали.
«- Мари не вернётся», - шептали губы Марка.
«- мы с детьми не нужны Ему», - мой разум был неумолим.
Вместе с нами уезжали все, кто начал это безумное движение ещё с Парижа. Оставались в имении только те семьи, которые приехали с графом Бенуа совершено недавно. Верный Тибо совсем уже старенький, просил его не оставлять в этой глуши.
- Сгожусь я вам ещё, ваша светлость. Поверьте, мне.