Страница 53 из 76
- И то верно мессир, кто ещё как не вы расскажет юным де Антрага о том, как их матушка метко целилась во врага, и не покидая седла верного скакуна, повергла недостойного в придорожную пыль. Готовьте сборы, я не разбрасываюсь верными людьми.
Все эти события встали вдруг в памяти, как только мы взошли на борт судна, нанятого супругом Клэр на весьма долгий срок. Маркиз Диего, буду его звать так, и дядя, казалось, предусмотрели всё. И нам предстояло всего-то из порта Франции - Нарбонн морем добраться до Флоренции.
Именно там я хотела задержаться, возможно, отыскав бабушкину родню, и отправить в Ватикан прошение о расторжении своего совершенно не мысленного брака.
Невозможно было разрушить того, чего не было.
Два месяца отношений – ничтожно мало.
Я и дети нуждались в заботе. И это делали все, кроме их биологического отца.
Заручилась в этом нехитром деле поддержкой настоятеля мужского монастыря, которому всё же пришлось передать имение в управление.
Я надеялась на то, что в скором времени стану скандально разведённой герцогиней де Антрага. Не желала повторить судьбу бабушки Надин и мириться с любовницами супруга.
Во всяком случае я мечтала о свободе, вот уже несколько недель.
Доверив пожилому мужчине, что содержал монастырь и орден в полном порядке историю появления на свет близнецов, описывая, как покинул нас их отец, отбыв в Новый Свет, я нисколько не лукавила, прося его опросить маркиза Диего дель Вильена и его супругу. Он долго беседовал с дядюшкой.
И их решение для меня было словно освобождением от сложных умственных перипетий.
Дядюшка вдруг очень торжественно взял все обязательства по воспитанию Матео на себя. Маленький испанец -бастард, вдруг становился наследником графа Бенуа и барона Готье. Он был родовит, умён, в будущем титулован, а главное, любим всеми.
Настоятель монастыря хотел знать всё. И я предоставила ему документ, подписанный супругом, наверное, в момент его слабости. Согласно заявленного я была единственным опекуном всех его детей, а также хозяйкой всего имущества супруга в Испании. Разумеется, в случае его смерти. Таким образом, интересы детей соблюдались полностью. Они были в законе.
Обещала письменно, что, воспитав до совершеннолетия наследников столь благородных фамилий, определив их будущее, как только им минует двадцать лет, я приму монастырский сан и удалюсь на служение Господу.
Вздохнула. Развод давался нелегко.
Святая церковь желала обогатиться за мой счёт ещё и в будущем.
Приписка, написанная мной, носила характер постскриптума. Я действительно приму церковный сан и стану настоятельницей монастыря во Фландрии через двадцать лет, в том случае, если к тому времени ответственность за меня не возьмёт какой-либо мужчина.
Лёгкая улыбка скользнула по губам прелата.
- Дитя, развод – это скандал. Я сомневаюсь, что кто-то из благородных мужчин рискнёт после этого пойти с вами под венец. К сорока годам вы и сами, разочаровавшись во всём, решите удалиться на покой. Вашего друга в моём лице уже не будет в этом мире. Но вы мне будете благодарны за это решение. Уверяю.