Страница 20 из 76
- Я никому не говорила, даже сестре: - два дня назад кто-то был в моей спальне ночью. Я проснулась от шороха его шагов и от жуткого страха.
- Этого не может быть!
- И всё же отослав прислугу и Мари, закрыв двери в коридор, сделав вид, что засыпаю, я перейду к вам. Хорошо? То были вы тогда? Признайтесь, именно так вы хотели быть ближе ко мне?
- Никогда не стал бы пугать вас, Рашель. Поверьте, мне.
- Тот, кто пришёл, он задул свечу.
- Я не тушил бы её, зная, как вы не любите темноту.
Говорят, что глаза — это зеркало души. Странно, но я верила ему в тот момент. В его глазах я искала ответы на вопросы, которые осмеливалась только что задать. Мы были близки по духу в ту минуту. Мир вокруг словно замер.
Он не просто смотрел — он хотел, чтобы я верила, старался достучаться до самых потаённых мест в моей душе, о которых я даже не подозревала.
- Обопритесь на мою руку и расскажите мне всё.
***
В ту ночь…
Его вздрагивающие пальцы касаются волос. Мягкий свет свечи. Убаюканная, кажется, засыпаю. И сквозь сон чувствую, или снится, как его рука, легко... И вот невесомая ткань шёлка сдвигается и скользит по плечу, оголяя. Лёгкие движения, его дыхание. Настойчивое. Сон исчезает, а сердце, словно падает ему под руку, пытаясь защититься.
Пульсирует желание. Выгибаюсь неосознанно и очень отзывчиво и попадаю в страстные объятия. К логическому концу он шёл медленно, наслаждаясь. Мои руки заведены вверх, Он неутомимо повсюду. Ритм, который задаёт его тело, он создан самой вселенной…
Под утро, я, познав его страсть, уснула в объятиях супруга. Он не оставил мне выбора, сметая все наши уговоры. Вокруг нас, казалось, царило лишь молчание — мы были одни во всей вселенной. Тело горело от поцелуев.
- Вы говорили, сеньор…, обещали.
- Франциск, зовите меня именно так.
- Что самое сокровенное…
- Самое сокровенное, конечно, будет позже, а сегодня я лишь помогу вам избавиться от страхов.
Мi bella Do
Его шёпот преследовал меня, заставляя сердце биться чаще. Лунный свет мягко окутывал наши тела, придавая моменту особую магию. Его руки и губы наполняли каждую грань моих ощущений томлением; это была не просто страсть — это было что-то большее, глубокое и волнующее.
И когда утренний свет постепенно начал проникать в наши окна, я проснулась с ощущением, что часть меня навсегда осталась в этой волшебной ночи.
И всё же я позволяла себя любить…
Смотрела на своё отражение в зеркале и понимала, что позволяла.
Мне хотелось проснуться.
Хотелось отдать этому мужчине не только своё тело…
Прислушивалась, делая вид, что ничего не происходит: - они с маркизом обследовали будуар, соединяющий наши спальни. Старались это делать практически бесшумно. Лаз в стене за пристроенной колонной и вешалкой для нарядов, а за ним и ступени, которые ведут во двор был найден.
И муж исчез на полдня.
А затем просто оказался в моей комнате.
- Во внешней стене совсем неприметная дверь под растениями, которые оплели стену. Она выходит в отдельный дворик. Там сохнет бельё…
- И можно пройти к выходу, что ведёт к реке. Прачки там поласкают стирку. А охрана отводит глаза, потому как негоже им смотреть на то, что дамы носят под нижними юбками.
- Вы знаете, где это?
- Получается, что знаю. Про это место знают все. Но про потайную дверь никто никогда и не догадывался, потому как она сокрыта густыми листьями дикого винограда.
- И через неё может пройти очень невысокий человек. Ребёнок или дама.
«- кто же это мог быть»?
А он смотрел на мои губы и на декольте платья.
И больше ничего не видел.
- Вы напряжены, я помогу…, вам понравиться это делать днём.
Его руки…
Они распустили мои волосы, шнуровку.
Его пальцы нащупывают через тонкую ткань то, что искали, и маленький бутон плоти напрягается под их нежными, но настойчивыми прикосновениями. Не зная преград, они проникают в вырез платья и ловят маленький сосок.
- Сеньор…, о!
- Франциск, моя прекрасная Донна…, вы обещали.
Он сходил с ума от страсти, и я боялась, что так мы можем совершенно нечаянно пропустить венчание сестры, а возможно и всю жизнь.
Уже совсем не понимала, где день или ночь.
В голове в очередной раз бились колокола, внизу живота происходил сладкий взрыв, словно огромная морская волна всей своей неистовой силой обрушивалась на неприступные скалы и разлеталась по всему телу тысячами горячих осколков.
Мой сладкий стон…
Мне казалось, я слышу его одна.
- Дорогая, мы переедем в Венецию. Как только виконтесса станет маркизой дель Вильена, через несколько дней. Это мой подарок для вас, моя Донна.