Страница 35 из 57
Я повела его к машине, усадила, сама за руль. По дороге он молчал, я — тоже. Не потому, что не о чем было говорить — просто слова казались лишними.
Мы подъехали к его дому. Тёмный, двухэтажный, с высокой крышей. Он показал рукой:
— Вот здесь. Спасибо вам, Вика. Вы меня сегодня… не знаю даже. Спасли — это не громко.
— Бросьте, — сказала я. – Владистав.
— Влад, — поправил он. — Просто Влад.
— Влад, — повторила я. — Завтра будете нормально?
— Думаю, да. Если что — я знаю, где искать.
Он помолчал.
— Зайдете на чай? Если для Вас не очень поздно.
Я посмотрела на часы на приборной панели. Десять вечера.
— Поздно, — сказала я. — У меня завтра смена. И выспаться надо.
— Понимаю, — кивнул он. — Тогда… спасибо ещё раз.
— Не за что, — ответила я. — И вам спасибо. За колесо.
Он усмехнулся. Вылез из машины, пошёл к калитке, обернулся, махнул рукой. Я дождалась, пока он войдёт в дом, загорится свет в окнах, и поехала.
Сделала круг — через посёлок, чтобы вернуться к своей калитке с другой стороны, хотя могла развернуться и проехать прямо. Но почему-то захотелось проехать мимо его дома ещё раз. Окна светились. Значит, он там, живой, дышит. Всё хорошо.
Я зашла в дом. Кот сидел на диване, смотрел на дверь. Увидел меня — моргнул, потянулся.
— Всё нормально, — сказала я ему. — Гость ушёл.
Кот соскочил, потёрся о ноги. Я погладила его, сходила на кухню, поставила чайник. Села за стол, обхватила кружку руками.
Влад, — думала я. — Владислав. Сосед. Тот самый, который менял колесо. Теперь он знает, где я живу. И я знаю, где он.
Я чувствовала — это не конец. Что-то начнётся. Не роман, не дружба — что-то другое, простое, человеческое. Два одиноких человека в зимнем посёлке, которые встретились дважды и помогли друг другу.
Спать не хотелось.
Я подбросила дров в печку, села на диван, взяла в руки конспекты. Но читала не анатомию — смотрела в окно на тёмное небо, на звёзды, которые редко видны в городе, и думала.
Завтра на работу. Надо будет взять с собою печенюшек, Эмма обрадуется. Татьяна Прокофьевна, наверное, спросит, как дача. Солнце дольше светит, снег рыхлый, кошки линяют. Жизнь продолжается.
Кот запрыгнул на колени, свернулся, заурчал. Я гладила его, слушала печку и думала о Владе. О том, как он сказал: «Вы не только красивая, но и отзывчивая». Просто, без намёка. И как смотрел — устало, но с теплом.
Мне было приятно. Не щекотно, не тревожно — просто приятно. Как от горячего чая, когда замёрзла. Как от бабушкиного пледа, когда укрываешься с головой. Как от кота, который мурчит и запускает когти в джинсы.
Я улыбнулась — сама себе, печке, коту, этим новым, незнакомым ощущениям.
— Вот так, — сказала я тихо. — Жизнь идёт.
Кот мявкнул — коротко, утвердительно. Я засмеялась, потрепала его за ухом и пошла мыть чашку.
Спать легла далеко за полночь. Но уснула легко, без тревожных снов, чувствуя, что завтра будет новый день. И в нём будет много всего — больница, работа, Эмма, печенье, весна, и, возможно, ещё одна встреча. Просто встреча. Без подтекста. Без обязательств.
Просто — человек человеку.
За окном таял снег. Печка догорала. Кот спал в ногах.
Я была дома.