Страница 10 из 82
Глава 6. Блокнот.
Тем не менее, на следующий день, через день, даже через два, я все еще ходила в этот чертов парк.
Просто ноги сами несли меня туда каждое утро, как будто у них появился новый маршрут, который я не выбирала.
Выхожу из дома — поворот направо. Прохожу мимо круглосуточного магазина. Пересекаю улицу — и вот он, парк.
Сакура уже понемногу отцветала. Лепестки устилали дорожки розовым ковром, и каждый шаг казался слишком громким — шелест, шорох, маленькие вихри под ногами.
Он сидел на своей скамейке.
Каждый день. В одно и то же время. Серое пальто, термос, взгляд в сторону старой ивы у пруда.
Я сидела на своей.
Мы больше не разговаривали.
Он не смотрел в мою сторону. Я старалась не смотреть в его. Получалось плохо.
Иногда я ловила себя на том, что слежу за ним краем глаза. Как он наливает чай — медленно, аккуратно. Как поправляет воротник плаща— левой рукой. Как иногда, закрывает глаза и подставляет лицо солнцу.
На третий день я заметила женщину.
Она подошла к его скамейке беззвучно — я не слышала шагов, просто вдруг увидела, что она уже там стоит. Пожилая, в садовом фартуке поверх юбки и кофты.
Она что-то сказала Чанхо.
Он кивнул. Ответил — коротко, без жестов.
Она села рядом.
Они говорили минут десять. Я не слышала слов, да и не прислушивалась - неприлично лезть не в свое дело. Но я видела, как изменилось его лицо. Стало жёстче. Тревожнее.
Женщина коснулась его плеча. Он не отодвинулся.
Потом она встала и пошла. Мимо меня.
Я опустила голову — уткнулась в свой термос, сделала вид, что очень занята чаем.
Она прошла мимо.
Я смотрела ей вслед. Фартук был перепачкан землей. На плече — лепесток сакуры.
Я перевела взгляд на Чанхо.
Он сидел, сжав пальцы на термосе так, что побелели костяшки.
Я отвела глаза.
Не моё дело, я все равно ничем не могу помочь.
На четвёртый день я уронила блокнот.
Я перекладывала его из сумки в руку — хотела сделать набросок, пока светло. Зацепилась за лямку, блокнот выскользнул, упал на землю и раскрылся.
Страницы зашелестели на ветру. Чертежи, расчёты, пометки на полях — всё, что я начертила за последние дни, норовило разлететься, если бы ветер был сильнее.
Я поспешила поднять потерю. Но не успела, Чанхо встал со скамейки, нагнулся и поднял мой блокнот, отряхнув от прилипших лепестков. Протянул мне.
— Вы обронили.
Голос ровный. Спокойный. Но в его позе была странная неуверенность. Будто он сомневался, что поступил верно.
Я взяла блокнот.
— Спасибо.
— Не за что, — этот неловкий диалог немного выбивал из колеи.
Он не ушёл сразу. Постоял секунду, глядя на обложку блокнота — потёртую, в пятнах от кофе.
— Вы мастер артефактов? — спросил он. Я удивленно подняла на него глаза.
— Была, — сказала я.
Он кивнул.
— Я случайно заметил наброски в вашем блокноте. Прошу прощения, — сказал он.
— Все хорошо, — от неловкости хотелось провалиться под землю.
Повисла пауза.
Я не знала, что сказать. Он, видимо тоже.
— До свидания, мисс Хан.
— Д-да, господин Ли…
Вежливо попрощавшись, он пошел по аллее вдаль, лепестки танцевали под его ногами.
Мое сердце стучало где-то в горле. Из-за его вопроса? От пронзительного взгляда золотистых глаз на прощание?
Когда я убирала блокнот в сумку, из него что-то выпало.
Картонный прямоугольник, пожелтевший по краям., похожий на визитку. На лицевой стороне надпись: «Чайная "Сакура". Ул. Парковая, 12. Скидка 10% на первый заказ».
Но я помнила, что раньше здесь не было никаких лишних бумаг.
Я посмотрела на аллею.
Чанхо уже уходил — длинный серый плащ, спокойная походка, термос в руке. Он не обернулся.
Я смотрела на картонку в своих руках. Потом на блокнот. В голове мелькали сцены недавнего:
Он поднял мой блокнот. Закрыл. Отдал. И вложил билет?
Когда? В тот момент, когда протягивал?
Я не заметила. Покрутила в руках неожиданный “подарок”. На обороте тонким красивым почерком было выведено:
«Ююча с мёдом. Рекомендую».
Я усмехнулась.
Он рекомендует мне чай.
Странный. Очень странный.
Положила записку в карман плаща.
Но почему-то настроение улучшилось, словно из-за туч после дождя вышло солнце, в груди стало теплее.