Страница 41 из 71
Я не удержалась и прыснула в чашку.
Дима медленно обернулся.
Марк поднял ладони.
— Всё. Теперь точно молчу.
— Ты это уже говорил.
— Я стараюсь. Но атмосфера располагает к комментариям.
— К каким?
Марк посмотрел на меня.
— Например, София явно оказывает положительное влияние на микроклимат в доме.
Я закрыла лицо ладонью.
— Марк...
— Что? Я же интеллигентно.
Дима поставил передо мной чашку кофе.
— Ешь.
— Это приказ?
— Забота.
— У тебя они звучат одинаково.
Марк довольно хмыкнул.
— Вот. Я давно ему говорю.
Дима бросил на него короткий взгляд.
— Ты сегодня особенно разговорчивый.
— Потому что в доме наконец появилась женщина, которая может сказать тебе то, что я говорю годами.
— И что же?
Марк откинулся на спинку стула.
— Что забота и командный тон — это разные вещи.
Я медленно подняла чашку.
— Поддерживаю.
Дмитрий посмотрел на меня поверх своей кружки.
— Вы сговорились?
— Нет, — сказал Марк.
— Пока нет, — добавила я.
Марк довольно улыбнулся.
— Вот теперь мне нравится это утро.
Дима покачал головой, но я видела: ему тоже нравится.
Не разговоры.
Не шутки.
А то, что в доме впервые за долгое время было похоже на обычную жизнь.
Пусть странную.
Пусть с охраной за воротами, угрозами и слишком большим количеством тайн.
Но всё же жизнь.
Марк ушёл после звонка.
Точнее, сделал вид, что ушёл по важному делу.
Перед выходом он остановился у двери и посмотрел на Дмитрия.
— Через сорок минут звонок с юристами.
— Помню.
— Через час встреча по второму объекту.
— Помню.
— Через два часа ты должен быть в офисе.
— Марк.
— Всё, ухожу.
Он посмотрел на меня и хотел еще что-то сказать, но Дима его остановил.
— Марк.
— Ушёл.
Дверь закрылась.
Мы остались вдвоём.
Сразу стало тише.
Дима убрал чашки в раковину, потом вернулся к столу. Движения у него были спокойные, но я видела: утро закончилось. Он постепенно возвращался в свой привычный режим.
Война.
Контроль.
Звонки.
Решения.
Я смотрела на его руки.
На пальцы, которые вчера держали меня так, будто я была чем-то хрупким.
На запястье с часами.
На напряжённую линию плеч.
— Что будет теперь? — спросила я.
Он остановился.
— Между нами.
Вопрос прозвучал тише, чем я хотела.
Дмитрий сел напротив.
Не сразу ответил.
И от этого стало тревожно.
— Скажи честно, — попросила я. — Только не так, как ты обычно говоришь с людьми.
— А как я обычно говорю?
— Будто уже всё решил.
Он усмехнулся краем губ.
— Разве нет?
— Дмитрий.
— Дима.
Я моргнула.
— Что?
— Ты утром пыталась решить, как меня называть.
— И?
— Дмитрий теперь звучит так, будто я снова где-то ошибся.
Я смотрела на него несколько секунд.
Потом не выдержала и улыбнулась.
— Хорошо. Дима.
Его лицо почти не изменилось.
Но взгляд стал мягче.
Тишина снова стала тёплой.
Но вопрос никуда не исчез.
— Так что будет теперь? — повторила я.
Дмитрий положил руки на стол.
— Не знаю.
Я выдохнула смешок.
— Очень обнадёживает.
— Зато честно.
— И это всё?
— Нет.
Он посмотрел прямо на меня.
— Теперь я хочу, чтобы ты не боялась оставаться рядом со мной.
В груди стало тесно.
— А если буду?
— Значит, буду исправлять.
— А если у нас ничего не получится?
— Тогда мы узнаем об этом не сегодня.
Я невольно улыбнулась.
— Ты всегда так отвечаешь?
— Как?
— Будто проблема есть, но ты уже мысленно купил для неё лопату, бетон и людей, которые всё закопают.
Он молчал пару секунд.
Потом тихо рассмеялся.
Настоящим смехом.
Низким.
Коротким.
Но таким редким, что я снова замерла.
— Что? — спросил он.
— Ты умеешь смеяться.
— Иногда.
— Надо записать дату.
— Марк уже наверняка записал.
Я рассмеялась.
И в этот момент всё было почти хорошо.
Почти.
Потому что мой телефон лежал на краю стола.
Экран был тёмным.
Но я вдруг вспомнила другое сообщение.
Старое.
То самое, от которого внутри когда-то всё сжалось.
«Не доверяй ему.
Ты не первая».
Лера.
Имя словно вернулось в комнату без приглашения.
Я невольно посмотрела на телефон. Вспомнила сообщение.
Дмитрий заметил.
Конечно, заметил.
— Что?
— Ничего.
— София.
Я провела пальцем по краю чашки.
Нежность утра всё ещё была между нами, но теперь в ней появилась тонкая трещина.
— Дим...
Он поднял взгляд от телефона.
— Мм?
Я несколько секунд собиралась с мыслями.
Вопрос казался глупым.
Неуместным.
Особенно после такого утра.
Но он всё равно не уходил.
— Можно спросить кое-что?
— Можно.
Я провела пальцем по краю кружки.
— Лера...
Дмитрий едва заметно напрягся.
Настолько быстро, что другой человек мог бы и не заметить.
Но я уже научилась видеть такие вещи.
— Что Лера?
— Она была для тебя важна?
Вопрос прозвучал не так, как я хотела.
Не спокойно.
Слишком тихо.
Слишком уязвимо.
Дмитрий отвёл взгляд к окну.
И я сразу поняла: сейчас он опять закроется.
Не потому что ему нечего сказать.
А потому что сказать есть слишком много.
— Да.
Одно слово.
Короткое.
Тяжёлое.
Я кивнула, хотя внутри неприятно кольнуло.
— И всё?
— Что ты хочешь услышать?
— Правду.
— Правда редко помогает.
— Зато молчание помогает отлично, да?
Он посмотрел на меня.
Взгляд стал твёрже.
— Иногда да.
Я медленно откинулась на спинку стула.
— Вот сейчас ты снова стал Дмитрием.
Он сжал челюсть.
— София.
— Нет, я серьёзно. Только что был Дима, который смеялся на кухне. А теперь снова человек, который решает, что мне можно знать.
— Потому что есть вещи, в которые я не хочу тебя втягивать.
Он поднялся и прошёл к окну.
Я смотрела ему в спину.
Широкие плечи.
Прямая осанка.
Всё в нём снова стало закрытым.