Цена спасения

Глава 9. Не ваше расписание

Я проснулась от запаха кофе.

Горького, крепкого, свежего.

Я открыла глаза и несколько секунд смотрела в потолок, не понимая, где нахожусь.

Потом вспомнила.

Машина.

Тёплое пальто на плечах.

Голос Дмитрия:

— Марк, домой.

Его руки под моей спиной.

Дом.

Гостиная.

Плед.

Я резко села.

Плед сполз на колени. В комнате было тихо и светло: утро пробивалось сквозь большие окна мягким серым светом. На столике рядом стояла бутылка воды, стакан и сложенная стопкой одежда.

Не моя.

Я нахмурилась.

Одежда была аккуратная, новая, с бирками: мягкий домашний костюм тёмно-серого цвета, футболка, носки. Рядом — маленький пакет с зубной щёткой, пастой, расчёской и чем-то ещё, что я не стала рассматривать сразу, потому что лицо уже начало гореть.

Он подготовил.

Конечно.

Не спросил.

Не предложил.

Просто решил, что мне понадобится.

Я сжала край пледа.

И почему-то первое чувство было не благодарность.

А раздражение.

Очень живое.

Очень полезное.

Потому что раздражаться было гораздо проще, чем думать о том, как спокойно мне было просыпаться в его доме.

Я встала, нашла телефон на столике и увидела одно сообщение от Даши:

«Ты жива? Если да — пришли любой знак.».

Написала:

«Жива. Потом всё объясню».

Ответ пришёл мгновенно:

«Я записываю это “потом” в список твоих преступлений».

Я всё-таки улыбнулась.

И сразу почувствовала себя виноватой.

Но сегодня вина была тише. Не исчезла, но отступила на шаг. Может, потому что я знала: пока я здесь, Даша далеко от всего этого.

Я взяла одежду и пошла искать ванную.

Дом Вельского с утра казался ещё более чужим, чем ночью. Большой. Тихий. Сдержанный. Всё на своих местах. Ничего случайного. Никаких чашек в раковине, забытых книг на подлокотнике, старых тапочек у двери.

Дом человека, который не терпит хаоса.

И я в нём была явно лишней.

В ванной тоже всё было слишком идеальным: тёмный камень, большое зеркало, белые полотенца, аккуратные флаконы без ярких наклеек. Я умылась, почистила зубы, переоделась в принесённую одежду и сразу почувствовала себя предательницей.

Костюм оказался удобным.

Слишком.

Мягкая ткань легла по телу, как будто была моего размера. Футболка не висела мешком. Штаны не спадали. Даже носки были нормальные, тёплые.

Я посмотрела на себя в зеркало.

И разозлилась ещё сильнее.

Потому что выглядела почти уютно.

В его доме.

В его одежде.

Нет.

Не его.

Купленной им.

Но разница почему-то не помогала.

Когда я вышла, Дмитрий стоял на кухне.

В чёрных брюках и белой рубашке, рукава снова закатаны. Волосы чуть влажные после душа. На столе — кофе, омлет, тосты, фрукты и тарелка с чем-то, что выглядело слишком красиво для завтрака человека, который вчера обещал “решить проблему”.

Он поднял взгляд.

И замер на долю секунды.

Совсем коротко.

Другой бы не заметил.

Я заметила.

Его глаза скользнули по мне — быстро, но слишком внимательно. От волос до босых ступней в новых носках. Потом обратно к лицу.

— Доброе утро, — сказал он.

Голос был ровный.

Почти.

— Доброе.

Я остановилась у входа в кухню и сложила руки на груди.

— Это что?

Он посмотрел на стол.

— Завтрак.

— Я про одежду.

— Одежда.

— Дмитрий.

Имя сорвалось само.

Я уже почти привыкла к нему.

И это было плохо.

Он поставил чашку на стол.

— Тебе нужно было переодеться.

— И вы просто купили мне вещи?

— Да.

— Не спросив?

— Ты спала.

— А если бы мне не понравилось?

— Не надела бы.

Я открыла рот.

Закрыла.

Он говорил так спокойно, что спорить с ним было почти невозможно. И именно поэтому хотелось спорить ещё сильнее.

— У вас на всё такой ответ?

— Обычно да.

— Это ужасно раздражает.

— Ты уже говорила.

— Хорошо, значит повторю.

В его взгляде мелькнуло что-то тёплое.

Не улыбка.

Но очень близко.

— До меня обычно доходит быстро.

— Тогда почему вы продолжаете?

— Потому что ты всё равно надела.

Я посмотрела на себя.

На мягкий серый костюм.

На носки.

На собственные руки, которые вдруг захотелось спрятать.

— Потому что моя одежда пахла вашим пальто.

— Моё пальто тебя смущает?

— Меня смущает всё ваше.

Он чуть наклонил голову.

— Моё?

Я поняла, как это прозвучало.

Щёки вспыхнули.

— Не цепляйтесь к словам.

— Я стараюсь.

— Плохо стараетесь.

— Никто не жаловался.

— Значит, люди вокруг вас боятся сказать правду.

Вот теперь он улыбнулся.

Едва заметно.

Одним уголком губ.

И от этой почти улыбки в груди что-то предательски дрогнуло.

Я разозлилась на себя ещё сильнее.

— Завтрак, — сказал он.

— Вы всегда уходите от неудобных разговоров через еду?

— Только когда собеседник делает вид, что не голоден.

Я опустила взгляд.

Я села.

Не потому, что он победил.

Просто потому, что омлет пах хорошо.

И кофе.

Особенно кофе.

Дмитрий сел напротив.

Некоторое время мы ели молча. Я старалась смотреть в тарелку. Он — как будто позволял мне делать вид, что всё нормально.

Это тоже раздражало.

Его молчание.

Его спокойствие.

Его способность быть рядом и не давить — ровно до того момента, пока он не решит, что пора.

— После завтрака заедем в офис, — сказал он.

Я подняла глаза.

— Ваш?

— Да.

— Я думала, вы отвезёте меня домой.

— Нет.

Коротко.

Спокойно.

Как будто вопрос уже решён.

Я медленно положила вилку на тарелку.

— Простите?

— Сегодня ты со мной.

Внутри сразу вспыхнуло.

Не страх.

Злость.

Горячая, резкая, почти приятная.

— Я не ваша сумка, чтобы таскать меня с собой.

— Я заметил.

— Правда? А звучит иначе.

— София.

— Нет, подождите. Я очень благодарна, что вы помогли. Правда. Но это не значит, что теперь можно решать за меня, где мне быть, что носить, когда есть и куда ехать.

Он откинулся на спинку стула.

Слишком спокойно.

Это бесило.

— Закончила?

— Нет.

— Продолжай. Я слушаю.

Я растерялась на секунду.