Страница 2 из 63
Сори. Я знаю её. Это Сори. Служанка Хварин. В дораме она была всего в трех эпизодах, она хорошо относилась к госпоже, но не одобряла её поступков, и в финале именно она приносила Хварин последнее письмо в темницу.
Сори. Сори. Хоть что-то знакомое.
— Я… — начинаю я. Голос Хварин дрожит. — Я… плохо спала.
Сори ставит поднос на столик, торопливо поднимает зеркало, кладёт его обратно. Поправляет шкатулку, которую я случайно сдвинула. Потом оборачивается, смотрит мне в лицо, и на её лбу появляется морщинка.
— У вас лицо такое… — говорит она. — Бледное. Совсем-совсем. Дать вам воды?
— Да. Пожалуйста.
Она наливает воду в маленькую фарфоровую чашку, протягивает мне. Я беру. Пальцы слушаются плохо, чашка чуть не выскальзывает. Я делаю глоток. Вода холодная, с привкусом железа.
— Агасси, — Сори стоит на коленях напротив меня. — Может быть, послать за лекарем? Вы вчера легли поздно, и я знаю, мне не положено этого говорить, простите, но мне показалось, что вы плакали.
Я смотрю на неё.
Хварин плакала вчера? До того, как я… до того, как мы поменялись? Из-за чего?
— Я просто… — у меня перехватывает горло. — Сори, какой сегодня день?
Она моргает. Растерянно.
— Агасси… двадцать восьмой день первого месяца. Год Деревянной Лошади.
Год Деревянной Лошади. Это… какой? Я плохо понимаю что она вообще говорит. Где-то начало семнадцатого века, наверное. Сериал был в условном Чосоне, без точной даты.
— А что… что сегодня? — я пытаюсь говорить спокойно. — Какие у меня сегодня дела?
Сори смотрит на меня очень странно.
— Агасси… вы забыли? Сегодня банкет у вдовствующей королевы. По случаю первой полной луны. Госпожа Ким ещё неделю назад начала готовить ваш ханбок. Вы должны быть во дворце к часу Лошади⁷.
Банкет у вдовствующей королевы.
Первая полная луна нового года.
Я знаю эту сцену.
Я знаю эту сцену так хорошо, что могла бы её процитировать с закрытыми глазами. Вторая серия «Лунных хризантем». Чхве Суён впервые входит во дворец как сопровождающая своей тётки. Хварин видит её низкорождённую, провинциальную, скромно одетую и решает её унизить. Она «случайно» проливает на белый воротник Суён чашку красного чая. Все смотрят. Суён низко кланяется, извиняется, хотя это не её вина и уходит. А принц И Хван, стоявший неподалёку, смотрит ей вслед и впервые её замечает.
Сцена, с которой всё начинается.
И я должна её повторить сегодня.
Сегодня.
Через несколько часов.
— Сори, — говорю я очень тихо. — Помоги мне встать.
— Агасси, вы уверены, что вам хорошо? Вы какая-то…
— Я в порядке. Просто… просто помоги мне.
Она помогает. Берёт меня под локоть, поднимает с пола. Шёлк ночного
чогори
⁸ скользит по моим ногам то есть по ногам Хварин то есть по моим ногам теперь, и я едва не падаю обратно. Сори держит крепко.
— Агасси, — она смотрит мне в глаза снизу вверх, она ниже меня сантиметров на десять, — может быть, всё-таки лекаря позвать?
— Нет, — я качаю головой. — Никакого лекаря. Я… мне просто нужно подумать.
Я подхожу к окну. Раздвигаю узорную решётку оказывается, это не глухое окно, а что-то вроде ставен. За окном двор. Большой, просторный, выложенный серым камнем. По периметру здания с черепичными крышами, изогнутыми вверх. Высокая каменная стена. За стеной крыши других домов, и дальше, на горизонте горы. Настоящие горы. Зелёные и синие.
Это не сон.
Я знаю, как выглядят сны. Сны всегда расплывчатые и не такие реальные. В снах нет таких подробностей. В снах не пахнет шёлком и не болят колени от того, что ты упала на жёсткий пол…
Это не сон.
Это правда.
Я в теле Ён Хварин. В мире «Лунных хризантем». В первых сериях, буквально до того, как я должна испортить жизнь Чхве Суён и запустить сюжет, который закончится моей собственной казнью на площади.
— Сори, — говорю я, не оборачиваясь. — Принеси мне завтрак. И… подготовь ханбок. Я пойду на банкет.
— Конечно, агасси.
Она кланяется и уходит. Дверь за ней с тихим шорохом закрывается.
Я остаюсь одна.
Стою у окна и смотрю на горы. И впервые за всю свою жизнь я не знаю, что мне делать.
Знаю только одно.
Я не пролью чай на Чхве Суён.
Я ни за что в жизни не пролью этот чёртов чай.
¹
Чхима-чогори
традиционный женский комплект: юбка (
чхима
) и короткая блуза (
чогори
). Белый цвет траурный, его носили приговорённые к смерти. ²
Комунго
корейский шестиструнный щипковый инструмент, традиционно использовался для скорбной музыки. ³
Норигэ
традиционное корейское украшение-подвеска, которое крепится к ханбоку. ⁴
Ханджи
традиционная корейская бумага ручной работы из коры тутового дерева. ⁵
Йо
традиционная корейская постельная циновка, расстилаемая на полу. ⁶
Агасси
обращение к молодой незамужней девушке из благородной семьи; «барышня», «госпожа». ⁷
Час Лошади
традиционное корейское время, с 11:00 до 13:00 дня. ⁸
Чогори
верхняя часть ханбока, короткая блуза с длинными рукавами.