Страница 89 из 133
— Мой отец не особо любил пространные речи, — говорит Финн от дверей. Он подходит к небольшому столику с напитками и наливает нам обоим виски. — Больше всего я слышал от него, когда люди напоминали ему, что Макьюэн – это не только ирландская, но и шотландская фамилия, и тогда он пускался в историю Макьюэнов. Он мог говорить об этом часами. — Он протягивает мне стакан. — А потом умерла мама, и он замкнулся еще больше. Мне было двенадцать, но даже я беспокоился за него и о том, что он будет делать без нее. Когда теряешь такого человека, это все равно что внезапно оказаться на корабле без парусов. Ну, ты понимаешь.
Понимаю. Потеря Кэлли ощущалась точно так же. Словно тебя выбросило в открытое море после того, как ты так долго знал, куда идешь и как доберешься до цели.
— Но он все равно вставал каждое утро. Работал, заботился о нас, пытался готовить. — Он улыбается, и я тоже. — Он был отцом, даже когда не знал, как им быть. Любил нас так, как умел. И хотя я понимал, что он заслуживает счастья, я был чертовски зол, когда он встретил другую. Мне было семнадцать, и я проклинал его на чем свет стоит в тот день, когда он привел Ану домой. Еще одна женщина в доме моей матери? Это казалось неправильным, понимаешь? — Он засовывает руку в карман и отпивает свой напиток. — Я спросил его, как он вообще может любить после того, как в его жизни была такая женщина, как моя мать. Знаешь, что он ответил?
— Что? — спрашиваю я тихим голосом.
— Он сказал, что сердца созданы для того, чтобы их разбивали. — Он смотрит на меня с той любовью, которую только отец может испытывать к сыну, и впервые с тех пор, как я узнал, кто он мне, я хочу произнести эти слова. — Сердца сильные. Они должны быть изранены. У них должны быть шрамы от людей, которых мы любили так отчаянно, что их потеря разрывала саму ту мышцу, которая поддерживает в нас жизнь. — Я с трудом сглатываю, когда он подходит ближе. — Полюбить снова – не преступление. Попроси ее остаться.
Я вынужден отвести взгляд.
— Я не могу. Это нечестно.
— Тогда поезжай с ней.
— И оставить Холли? Ты же знаешь, какой Уайлдер. Сейчас он в порядке, но что будет, когда кто-то другой его взбесит? — Я качаю головой и делаю глоток виски, стараясь заглотнуть вместе с ним и желание кричать от груза ответственности. — Я глава своей семьи, Финн. Я не могу просто так уйти.
— Мы все можем присмотреть за Уайлдером. — Он сжимает мое плечо, и я встречаюсь с ним взглядом. — Твое сердце уже давно не здесь, парень. Никто не осудит тебя, если ты уйдешь.
Он прав. Ронан и Финн могли бы держать моего брата в узде.
Но это не изменит того, как сильно я буду скучать по Холли. Точно так же, как Денвер не может остаться, я не могу уехать. Как бы сильно я ни хотел быть с ней, моя семья здесь. Моя жизнь здесь.
Я сказал Рейнджеру, что она заслуживает счастья, и это так.
С чистого листа она будет счастливее.
Он допивает свой напиток.
— И мы оба знаем, почему Рейнджер называет ее маленькой птичкой. Может, тут замешана еще и судьба.
Моя улыбка получается натянутой.
— Не думал, что ты в это веришь.
— Я верю во всё, что подталкивает человека к правильному выбору.