Страница 48 из 133
Это похоже на мою маму. Она всегда была вспыльчивой, готовой бросить вызов моему отцу, когда это было нужно. Готовой бросить вызов кому угодно. Есть так много вещей, о которых я хочу спросить Хелену теперь, когда я здесь. Я ожидала напряженного разговора с Финном, но вместо этого мне подарили путешествие по переулкам памяти.
Пока Хелена пытается убедить Финна разделить с ней бутылку вина, Кольт кладет руку на спинку моего стула и понижает голос.
— Как ты?
Мою шею обдает жаром, когда я вспоминаю, как рыдала той ночью. Как кричала и била его, пока он держал меня.
— Я в порядке. А ты?
— В порядке? Поэтому ты мне не перезвонила?
Кольт тоже звонил? Я не заметила. Я поправляю столовые приборы, выравнивая их.
— Я была занята.
— Когда я заходил, Льюис сказал, что ты делаешь перерыв.
— Ты заходил? — шепчу я, широко открыв глаза. — Когда?
— На следующий день.
Я ерзаю на стуле.
— Тебе не нужно было этого делать.
— Я волновался. И куртка, которую ты украла, дорогая.
Я цокаю языком и толкаю его локтем, а он игриво дергает меня за хвост, прежде чем вернуть внимание к меню.
Пока мы ждем еду, Финн говорит:
— Нам, наверное, стоит обсудить, зачем мы устроили этот обед. — Я выпрямляюсь на стуле. — Капелли считают, что их человека убрал кто-то из наших.
— Но они будут думать так недолго? — предполагаю я.
Он кивает.
— Мы работаем над этим, но это сложно, когда половина ресторана видела, как рыжая застрелила его.
— Но они ведь даже не знают, что я в Нью-Йорке?
Он улыбается.
— Все знают, что ты здесь.
Что ж, это не радует.
Финн продолжает:
— Мы разберемся с этим и обеспечим твою безопасность, но нам также нужно обсудить Паука. — Мой позвоночник еще больше напрягается. — Он не делал никаких прямых угроз, но в последний раз его видели недалеко от города, и я не собираюсь рисковать. Пока ты здесь, я буду присматривать за тобой. Ты под моей защитой, пока не вернешься домой.
Мои щеки теплеют.
— Я ценю это, но могу нанять своих людей.
Финн качает головой.
— Ты в моем городе, а значит, ты моя ответственность.
Раздражение колет кожу, но он, вероятно, хочет как лучше, поэтому я облизываю губы и говорю тихо, уважительно:
— При всем уважении, «Розалия» даже не на твоей территории.
— Нет. На моей, — говорит Кольт.
Я смотрю на него.
— И твои люди мне тоже не нужны.
Хелена тихо хихикает рядом со мной, и похоже, что Кольт тоже сдерживает улыбку.
— Это не обсуждается, Денвер, — говорит Финн, и хотя он говорит это мягко, я фокусируюсь именно на словах. — Почему ты не хочешь обеспечить свою безопасность?
— Дело не в моей безопасности.
— Тогда в чем же?
— Я ушла от контроля одного мужчины не для того, чтобы попасть под контроль другого, — отрезаю я, и гнев проскальзывает в моих словах. Хелена сжимает пальцы, как будто хочет дотронуться до меня, но мне не нужна жалость, особенно когда дело касается моего брака — или того, что от него осталось.
Кольт говорит:
— Тогда пойдем другим путем. Я могу дать тебе контакты частного охранного агентства в городе, которому мы с Финном доверяем. Чарли — хороший парень. Если решишь, что это не подходит, он даст тебе другие имена. Как тебе такое?
Меня бесит, что он такой… рассудительный. Что по-детски с моей стороны, но я не могу отделаться от непреодолимого желания все равно отказаться. Но если моя безопасность под вопросом, мне нужна дополнительная помощь. Льюис не сможет защитить меня от итальянцев или Паука, не в одиночку. У нас даже оружия почти нет.
Я киваю.
— Это я могу принять.
— Хорошо. Раз договорились, давайте есть, — говорит Хелена.
Когда нам принесли еду, атмосфера разрядилась. Хелена рассказывает бесконечные истории о себе и моей маме — то, от чего я давлюсь пастой и жажду услышать еще. Она рассказывает, как они проходили в клубы по поддельным удостоверениям и как мама однажды угнала машину.
— Не может быть, — говорю я, широко открыв глаза, с застывшей у губ десертной ложкой.
— Еще как! — Хелена развернулась на стуле ко мне, забыв о своем кофе. — Твой дед был тем еще мудаком, и когда он услышал, что она все еще встречается с Нико, он забрал ее машину, но она уже договорилась встретиться с Нико, поэтому она угнала машину, чтобы встретиться с ним.
— Правда, не додумалась бросить ее, — говорит Финн. — Она припарковала ее, провела с нами весь день, а когда мы направлялись обратно на парковку, там уже была полиция.
— И что случилось?
— Они увидели Макьюэна и ДеЛуку. Как думаешь, что случилось? — спрашивает Финн, и я смеюсь. — Они арестовали нас, а девчонок оставили в покое.
Кольт смеется рядом со мной, а Хелена заливается хохотом.
— Финн тогда взбесил меня, так что я не особенно расстроилась, когда он ушел.
— Я не флиртовал с девушкой с аттракциона, — настаивает он.
— Тебе не нужно флиртовать! Ты просто смотришь на них, и они уже все понимают! — шипит она на него.
День проходит на удивление нормально. Но, несмотря на то, как много я смеюсь, и на истории, от которых у меня болят щеки из-за улыбки, в глубине души звучит тихий яростный голос, говорящий мне, что я предаю Рейнджера.
Но разве он не лгал? Он говорил мне, что Финн никогда не предлагал помощь, но Кольт сказал обратное. Между ним и принятием помощи стояла гордость Рейнджера, а не бессердечие Финна.
— Неужели уже пора? — Хелена выдыхает и берет меня за руку. — Не хочу, чтобы ты уходила.
— Я тоже, — говорю я, и это правда. Хелена напоминает мне маму, и осознание того, что у меня есть какой-то доступ к прошлому моей семьи… мне кажется неправильным просто уйти от этого.
— Может, заглянешь как-нибудь на обед? — с надеждой спрашивает Хелена.
Я улыбаюсь, уже зная, что не смогу.
— Может быть.
Когда мы прощаемся, Финн на этот раз пожимает мне руку, но не отпускает ее и напоминает, что он всегда рядом, если я буду в нем нуждаться. Когда он идет оплатить счет, а Хелена следует за ним, Кольт остается со мной.
— Ну что. Обед с Макьюэнами, — говорит он. — И ты выжила.
Я выдыхаю.
— Выжила, да? Молодец я.
Он улыбается.
— Я пришлю тебе данные охранной фирмы. Пожалуйста, скажи, что ты позвонишь им сегодня.
— Позвоню.
В ресторане тихо, посуду унесли, а передо мной стоит недопитый кофе. Я провожу кончиком пальца по краю чашки, сосредоточившись на этом.