Беглецы

Неохотно я достаю свои ключи, перебираю их, пока не нахожу ключ Джоди, и открываю дверь.

— Она действительно была добра ко мне, — говорю я им, когда мы заходим внутрь и закрываем за собой дверь. — Если бы не она, я бы сидела в тюрьме.

— Да, ты действительно преуспела, — говорит Тейт. — Ты знаешь, где оружие?

— Что? Какое оружие?

— Судя по всему, у нее куча оружия, — говорит он. — Судя по ее истории в социальных сетях, она их коллекционирует.

— Хорошо… зачем оно вам? Сайлас?

— Нам стоит поискать наверху, — говорит Сайлас. Он начинает подниматься по лестнице, по-прежнему отказываясь смотреть на меня. — Я не думаю, что оно было бы внизу.

— Пойдем, — говорит мне Тейт, кивая в сторону лестницы.

— Я не хочу. Может, я просто уйду?

— Спасибо, что спросила, но нет.

Я вздыхаю, опуская плечи, и следую за ним по лестнице.

— Я не собираюсь стрелять в тебя, если это то, о чем ты беспокоишься. Я бы не стал этого делать, это слишком обезличено.

— Спасибо, что прояснил это, — без энтузиазма отвечаю я.

Он слегка смеется.

— Оружие легко продать. Это быстрые деньги.

Я не утруждаю себя ответом, скрещиваю руки на груди, и когда мы добираемся до верха лестницы, он говорит:

— О, и Ноа?

— Да?

— Нам нужно искать везде, так что… тебе лучше искать снизу.

— Нет.

— Ноа... — Он улыбается так, что глаза не встречаются с моими, протягивает руку ко мне и большим пальцем приподнимает мой подбородок. — Я не спрашивал, детка, и думаю, ты это знаешь. Кроме того, Сайласу будет приятно увидеть, как ты ползаешь в этих обтягивающих штанишках для йоги. Может, ты могла бы потереться о его ногу, показать ему, что у тебя все еще есть немного мышц на заднице, это, может, поднять ему настроение.

— Нет, — говорю я более решительно. — Я не буду ползать по полу.

— Ты зря тратишь время, — говорит он. — Не делай вид, что подчинение не делает твою киску влажной.

— Мне уже не восемнадцать. И сейчас все по-другому.

— Ничего не изменилось. — Он проводит тыльной стороной ладони по линии моего подбородка, спускается по шее, прежде чем обхватить ею мое горло, но не сжимает. — Ты

всегда

будешь той восемнадцатилетней девчонкой, которая ползает у моих ног. Ты всегда будешь девятнадцатилетней, убегающей, спасая свою чертову жизнь только для того, чтобы в итоге оказаться на моих коленях и получить именно то, что ты, блядь, заслуживаешь. Ты

никогда

не сможешь двигаться дальше, и я думаю, ты это знаешь. Я думаю, это в некотором роде красиво, а ты?

У меня наворачиваются слезы, и он целует меня в губы, но, когда я не отвечаю на поцелуй, он злится и сжимает руку вокруг моего горла, кусая мою губу, пока я задыхаюсь. Затем он засунул другую руку под мои штаны, в трусики, его пальцы легко погружаются в меня.

— Так я и думал, — говорит Тейт, ослабляя хватку на моей шее. Мои щеки горят, когда он вытаскивает пальцы и держит их перед моим лицом, чтобы я могла увидеть. — Я же говорил тебе, что ты все та же девчонка. Это последний гребанный раз, когда я прошу, и потом ты это сделаешь, но я собираюсь разрезать эту сучку Джоди и заставить тебя смотреть. Мне и так не нравится, как ты о ней говоришь… будто она тебя спасла или что-то в этом роде.

Она действительно как бы спасла меня, но я не собираюсь ему этого говорить. Отведя взгляд, я медленно опускаюсь на колени и ползу к спальне Джоди.

— Это не так уж плохо, правда? — спрашивает он, следуя за мной. — Уверен, тебе стало лучше. Приятно сдаваться, не так ли? Точно так же, как это было вчера вечером.

Я опускаю голову и пытаюсь сделать вид, что не чувствую, как пульсирует мой клитор между ног, что каждый раз, когда он открывает рот, мне не приходится сжимать бедра еще сильнее.

— Есть успехи? — спрашивает он Сайласа, когда мы входим в комнату.

— Оружия здесь нет, — отвечает Сайлас, роясь в ящиках ее туалетного столика. — Но у нее много украшений. Где Ноа?

— Она стоит на коленях там, где ей и место, — говорит Тейт.

Я поднимаю глаза на Сайласа, встречаюсь с ним взглядом и наблюдаю, как напрягаются мышцы его челюсти и горла, когда он смотрит на меня.

Ему действительно нравится, когда я так себя веду. Может, это поднимет ему настроение.

— Иди сюда, — говорит он. — Скажи мне, какие из этих украшений она не носит часто и не будет скучать по ним какое-то время.

Я подползаю к нему, прижимаюсь к его ноге, прежде чем встать на колени, обхватываю рукой его бедро изнутри и заглядываю в ящик.

— Эм, ну, на самом деле она не носит украшений, — говорю я ему. — Если и носит, то что-то неброское. Она, наверное, не будет скучать ни по одним из этих громоздких сережек или ожерелий.

Он отступает на шаг от меня и моего прикосновения, садясь на табурет перед зеркалом.

— Я посмотрю в другом месте, — говорит Тейт. — Ей нельзя вставать.

Я закатываю глаза, потому что знаю, что он их не видит, и когда слышу, как его шаги удаляются по коридору, я заползаю в ванную Джоди.

Раз уж я вынуждена это делать, то могу взять что-нибудь, что мне нравится, а у Джоди здесь целая аптека.

Не знаю, кто такой доктор Сэмюэл Рутерфорд, но ему определенно нравится Джоди. У нее огромные запасы лекарств, которые не так-то просто достать, и она принимает их не так часто, чтобы заметить, если я прихвачу пару штук.

Я встаю, не особо беспокоясь о нарушении правил, Сайласу пришлось бы заговорить со мной, чтобы заставить остановиться, а сейчас он даже не смотрит на меня. Затем я перебираю бутылочки, стараясь запомнить, откуда именно я их взяла. Здесь всего понемногу: миорелаксанты, оксикодон, снотворное. Я высыпаю по несколько таблеток из каждой бутылочки на ладонь и запихиваю их в карман.

— Что ты делаешь? — спрашивает Сайлас.

От нервного напряжения и его голоса в тишине я вздрогнула, и крошечные белые снотворные таблетки разлетелись по полу ванной.

— Черт! — Я опускаюсь на четвереньки и начинаю их собирать.

— Думаю, тебе следовало оставаться внизу, как и положено, — говорит Сайлас, прежде чем опуститься на колени рядом со мной и помочь собрать таблетки. — Что это все такое? Я что, также превратил тебя в наркоманку?

— Нет, я не наркоманка. Я принимаю их не очень часто, только в очень тяжелые дни или когда мне действительно нужно поспать. Я плохо сплю.

Я не упоминаю о кошмарах.

— Наверное, это тоже моя вина, не так ли?

— Не совсем.

Сайлас усмехается, качая головой.

— Ладно, конечно. Я думаю, мы собрали их все.