Беглецы

— Виски, — говорю я, бросая на Кендалл убийственный взгляд. Если бы она была умнее, она бы испугалась, но вместо этого она отвечает мне тем же взглядом.

Это твой последний день на Земле, гребаная сука. Это последний день, когда ты смеешься над моей чертовой сестрой. Надеюсь, это того стоило.

— Ладно, ну, у нас его нет, — говорит Бриэль. — Мои родители разрешают держать в доме только прозрачные напитки.

Я фыркаю.

— Что?

Бриэль хмурится.

— Честно говоря, Чарли, я сделала для тебя исключение и разрешила пригласить друга, чего я никогда не делаю, но, если он будет вести себя неуважительно, вам обоим придется уйти.

Я невинно вскидываю руки.

— Я буду вести себя хорошо.

— Все, что у нас есть, находится внутри, за барной стойкой, — говорит она, прищурив глаза.

— Отлично, — говорю я. — Спасибо.

Я позволяю Чарли обнять меня за плечи и повести к дому.

— Боже, мне жаль, что так вышло, — говорит он, как только мы оказались вне зоны слышимости. Он улыбается и открывает мне дверь, будто это какое-то чертово свидание или что-то в этом роде.

Но, наверное, он и думает, что это так, да?

— Все в порядке, — говорю я ему, входя в дом.

— Я знаю, как ужасно это все прозвучало, но клянусь, Кендалл не стерва. Мне ужасно стыдно за то, что произошло, но… она

была

сумасшедшей преследовательницей. Похоже, у нас есть… ром, водка и джин.

Стиснув зубы, я отвечаю:

— Джин.

— Хорошо, а что касается смешивания... у нас тоже только прозрачные или светлые напитки.

— Просто дай мне бутылку. И откуда ты знаешь, что она была сумасшедшей преследовательницей?

Он подталкивает бутылку ко мне, а затем наливает себе водку с ананасовым соком.

— Ну, Зак – один из моих лучших друзей. Мы вместе играем в бейсбол, так что я видел его почти каждый день всю прошлую весну, и просто огромное количество сообщений и фотографий, которые она отправила Кендалл... я имею в виду, там были тысячи сообщений и сотни фотографий… было бы невозможно, чтобы он был так близок с кем-то еще, и никто из нас даже не знал об этом.

— Тогда откуда же все это взялось?

— Это фотошоп, — уверенно заявляет он. — Я фотограф, и я могу сказать, что все это подделка. Я сказал Кендалл, что могу это определить, это очевидно, если знаешь, на что обратить внимание.

— А, понятно, — говорю я. — Значит, раз ты его лучший друг, ты знаешь, принадлежит ли ему одежда на фотографиях и были ли они сделаны у него дома или в машине. Ведь фотошоп не знал бы, как все это выглядит.

— Ну, нет... — начинает он. — То есть, да. Но мне даже не нужно было смотреть на это с этой точки зрения, были и другие подсказки. И в видео она всегда была единственной, кто попадал в кадр.

— Понял, — говорю я, делая глоток из бутылки.

Сайлас входит в комнату через боковую дверь, останавливаясь лишь на секунду, когда замечает нас. Но Сайлас всегда спокоен, сдержан. Его удивление тем, что дом не оказался пустым, было бы заметно только тому, кто действительно его знает.

— Эм... привет, — говорит Чарли. — Кого ты ищешь?

— Вообще-то, это мой друг, — отвечаю я прежде, чем Сайлас успевает это сделать.

— О… я не знал, что ты приведешь кого-то, — говорит он, оглядывая Сайласа с ног до головы. В отличие от Сайласа, Чарли легко читать. Он неуверен в себе, что значительно облегчило мне задачу, и он сомневается, что мы с Сайласом просто друзья.

— Я Сайлас, — говорит он, садясь рядом со мной за стойку.

— Чарли. — Раздраженный, он поворачивается ко мне и говорит: — Можно тебя на минутку?

Я улыбаюсь. Это будет проще, чем я думал.

— Конечно.

— Эм, не стесняйся, налей себе выпить, — говорит он Сайласу, выходя из-за стойки.

Но его тон говорит:

Ни к чему, блядь, не прикасайся, придурок.

Я следую за Чарли в спальню на нижнем этаже и закрываю за собой дверь.

— Ладно, я не хочу ставить тебя в неловкое положение, но мы действительно сплоченная компания друзей, и мне пришлось умолять их позволить мне пригласить кого-нибудь еще, так что не думаю, что они будут в восторге от того, что ты привел гостя, даже не предупредив меня.

— Понимаю, но посмотри на это с моей точки зрения, ты для меня чужой человек, который пригласил меня в уединенный дом в лесу. Я смотрел достаточно телепередач о реальных преступлениях, чтобы знать, что это не всегда заканчивается хорошо. Я немного запаниковал и в последнюю минуту попросил кого-нибудь пойти со мной. Это же не такая уж большая проблема, правда?

— Наверное, нет, — говорит Чарли. — Он же не твой парень или что-то в этом роде, да?

— Нет.

Я поворачиваюсь и запираю дверь спальни.

— О... — говорит Чарли. Он садится на край кровати.

Я иду к нему, пока не оказываюсь между его ног.

— Я солгал, — говорю я ему. — Сайлас мой парень.

— О… ну… у вас что-то вроде договоренности? Потому что я думал, что это…

— Да, есть, — говорю я, хватая его за горло. Сначала он возбуждается, но потом я усиливаю давление, мой взгляд становится жестким, и он понимает, что должен испугаться. Это захватывающе… во всех смыслах. Мой член тверд как камень с тех пор, как я отсосал у Сайласа в машине, сейчас он пульсирует так сильно, что я удивлюсь, если не кончу в штаны.

Я мог бы заставить его сначала отсосать. Я мог бы перерезать ему горло, пока кончаю ему в рот.

Но он не заслуживает такой привилегии. И если я смогу подождать, пока мы закончим, боже… представляю, как это будет приятно.

— Договоренность заключается в том, что мы здесь, чтобы убить вас всех.

Именно в тот момент, когда он пытается что-то сказать, но не может извлечь ни звука, страх окончательно овладевает им. Он начинает сопротивляться, но я прижимаю его к кровати, зажав ему горло рукой и придавив коленом живот.

— Фу, тебе следует просто покончить с собой, мерзкая сука. Никому до тебя нет дела,

— цитирую я ему, и его глаза расширяются. — Это то, что ты сказал моей сестре. Это одно из

многих сообщений

, которые ты отправил моей сестре-близнецу на той неделе, когда она умерла.

Свободной рукой я вытаскиваю нож из кармана и открываю его движением запястья.

—

Я

заботился о ней. И она, блядь, не врала.

Я вонзаю нож в бок его шеи, и когда вытаскиваю его, из раны брызгает кровь. Она темнее и гуще, чем я ожидал, наверное, это связано с тем, что попал в крупную артерию, что для меня в новинку. Все еще прижимая его коленом к кровати, я наблюдаю, как он задыхается и извивается подо мной.