Беглецы

Но между всеми предыдущими случаями и сегодняшним есть одно существенное отличие – Мия тоже была там. Мия давно не появлялась, и без нее в наших отношениях что-то изменилось. Я не могу точно сказать, что именно, но это заставляет меня нервничать.

И раньше они никогда не заставляли меня нервничать.

— Что еще ты собираешься делать сегодня вечером, Ноа? Ты хотела пойти на вечеринку – мы отвезем тебя на вечеринку, — говорит Сайлас.

— Ты же не хочешь, чтобы эта развратная юбка пропала даром? — спрашивает Тейт.

— Это распутная юбка твоей сестры.

— Фу. Мы идем или нет?

Я смотрю на Сайласа, надеясь лучше понять, что происходит. Но если здесь кроется что-то более зловещее, он этого не показывает.

— Ладно, — сдаюсь я.

Тейт хлопает в ладоши, прежде чем встать.

— Круто, — говорит он. — Пойду переоденусь. Может, ты даже заведешь нового друга, который не будет Сайласом. Кстати, это было грубо.

Сайлас смеется и качает головой.

— Должно быть весело.

После того как Тейт переодевается, я спускаюсь за ними по лестнице и забираюсь на заднее сиденье машины Сайласа.

— Выпей, — говорит Тейт с пассажирского сиденья, когда Сайлас дает задний ход. Он протягивает мне руку, в кулаке которой сжимается горлышко бутылки виски. Я сдвигаюсь на середину сиденья и беру у него бутылку.

—

У тебя есть чем запить?

—

Нет. И я предположу, что ты не знала, что мы уже начали играть, так что в этот раз я не буду засчитывать нарушение правил, но это твое единственное предупреждение. Технически, это и колебание, и оспаривание моих слов, а игра называется «Повинуйся».

—

Ты отличница, Ноа, — говорит Сайлас. — Тебе следовало бы чуть лучше выполнять указания.

— Извини.

Я подношу бутылку к губам и делаю маленький глоток, морщась, когда с усилием выпиваю жидкость.

—

Это было разочаровывающе. Залезай сюда и садись мне на колени, захвати бутылку, — говорит Тейт.

Я не колеблюсь, но двигаюсь медленно, забираясь на центральную консоль, прежде чем он притягивает меня к себе на колени. Он берет бутылку из моей руки и подносит к моим губам.

—

Открой рот, — говорит он.

Я делаю, как он просит, и он наливает виски, пока жидкость не заполняет весь мой рот. Я кашляю, отстраняясь, и он прижимает ладонь к моим губам.

— Нет, — говорит он. — Не выплевывай. Проглоти.

Слезы наворачиваются на глаза, но я подчиняюсь, хотя мне требуется три попытки, чтобы проглотить все.

— Так-то лучше, — говорит он, убирая руку. — Теперь ты сделаешь то же самое с Сайласом.

— Он… — начинаю я, прежде чем Тейт поднимает проколотую бровь. «Он за рулем

»

чуть не говорю я. Но это нарушение правил, поэтому я молчу. К тому же до вечеринки осталось всего несколько кварталов.

— Открой рот, Сайлас, — говорю я, наклоняясь и поднося бутылку к его губам. В отличие от меня с Тейтом, он не позволяет мне заполнить весь его рот жидкостью, чтобы потом давиться, прежде чем проглотить. Он делает три больших глотка, прежде чем я убираю бутылку, а затем, облизывая губы, смотрит мне в глаза. Я не привыкла пить спиртное таким образом, и, должно быть, оно уже действует на меня, потому что мне приходится бороться с желанием наклониться и попробовать их на вкус.

Я прихожу в себя, задерживая дыхание, когда чувствую, как рука Тейта небрежно скользит вверх по задней поверхности моего бедра, пока не оказывается под подолом юбки, останавливаясь у обнаженной кожи чуть ниже моей ягодицы. Я привыкла к этому, к тому, что он прикасается ко мне вот так, потому что может, когда Мии нет рядом. Сначала это вызывало тревогу, и мой инстинкт всегда подсказывал мне отстраниться или каким-то образом создать, между нами, дистанцию. Сейчас это приятно… в плохом смысле – словно мы едва не переступаем черту, которую нам никогда не следует пересекать вместе, и это заставляет меня чувствовать себя живой. Я делаю вид, что не обращаю на это внимания, но уверена, он тоже замечает, что я все чаще позволяю ему так себя вести.

— Видишь? Вот как это делается, Ноа, — говорит Тейт. — Скажи Сайласу, какой он хороший мальчик.

— Ты действительно хороший мальчик, Сайлас, говорю я ему.

Сайлас смеется и слегка качает головой.

— Спасибо, Ноа, — говорит он, припарковав машину напротив дома Кэлвина.

Я открываю дверцу и выхожу на тротуар, прежде чем Тейт захлопывает ее за мной.

— Развлекайся, — говорит он через открытое окно.

— Подожди, ты не пойдешь со мной?

— Блядь, нет, — отвечает он. — Если я покажусь там, половина футбольной команды надерет мне задницу. — Дверь со стороны водителя открывается, и Сайлас выходит, закрывая ее за собой. — Сайлас пойдет с тобой, они его друзья.

— Они, блядь, мне не друзья, — возражает он.

— Неважно, —

говорит

Тейт, явно раздраженный. — Просто не забудьте проверять свои телефоны. И сделай еще один глоток. — Он протягивает бутылку виски через окно. — Сделай это как следует.

Уже чувствуя действие виски и будучи чуть более подготовленной, чем в первый раз, я наполняю рот и проглатываю жидкость одним большим глотком. Не уверена, что это был хороший глоток, но он выглядит довольным, когда я возвращаю ему бутылку.

— О, и Ноа?

— Да?

— В мое отсутствие тебе нужно подчиняться Сайласу.

— Без проблем, — отвечаю я и поворачиваюсь к дому.

— Ты собираешься рассказать мне, что происходит? — Спрашиваю я Сайласа, когда мы подходим к крыльцу.

— Кэлвин взял кое-что у Тейта, — объясняет он.  — Тейт хочет это вернуть… думает, что, может, если ему удастся проникнуть в дом сегодня вечером, пока тут полно людей, он сможет это найти.

— Что он взял?

— Деньги, — говорит Сайлас, открывая входную дверь. Войдя, мы попадаем в облако дыма, в воздухе витает запах марихуаны и прокисшего пива. В доме темно, шумно и тесно. Тейт, вероятно, мог бы войти внутрь, и никто бы этого не заметил. — Пару тысяч долларов.

— Что? Откуда у Тейта такие деньги? И откуда он знает, что их взял Кэлвин?

— Потому что он действительно взял их.

— Ты не ответил на мой первый вопрос. Вы что, наркотики продаете или что?

— Нет.

— Тогда откуда взялись эти деньги?

Сайлас поджимает губы, обдумывая ответ, прежде чем наконец заговорить.