Страница 31 из 33
Как только Шехар ушел, она набросила на статую Бастиана бархатное полотно, чтобы скрыть его от чужих любопытных глаз и тем самым избежать вопросов.
– Эдвина, ты теперь регент! – зашипел демон, кружась поблизости мраморного постамента. – Надень корону, а?
– Я не дотронусь до этой проклятой штуки! – сквозь зубы процедила Эдвина.
Поднявшись по позолоченным ступеням, она впервые села на королевский трон. Ощущения были странные. Эдвина чувствовала себя неуместно, поскольку без участия Бастиана это регентство было скорее наказанием. Лишь любовь к Эсминару заставляла ее не отказываться от этой роли.
– Раз не хочешь сама, тогда я вмешаюсь. – Анотей стремительно подлетел к Эдвине и быстро наколдовал на ее голове диадему. – Вот так уже солиднее! – довольно протянул он, и, немного подумав, добавил к диадеме расшитую вуаль, скрывающую прекрасное лицо девушки.
– Зачем ты все это делаешь? – Эдвина смерила его взглядом, полным безразличия.
– Забавы ради! Или ты думаешь, что за этот век у меня было много развлечений?!
– Если мои родные увидят тебя, представление будет недолгим. Потому что они в страхе убегут прочь.
– Не увидят и не услышат, – отмахнулся демон. Он приземлился на спинке трона, скрестил ноги и в предвкушении уставился на пока еще закрытые двери.
Из коридора уже доносились шаги.
Вскоре в зал вошли одетые с иголочки Мейфорды. И, конечно, больше всех шикарностью выделялся наряд Мирабель. Ее новое платье сверкало россыпью бриллиантов и искрилось, будто осыпанное инеем. Расшитое вручную, оно представляло собой величайшее достижение швейного искусства. Трудно даже представить, сколь много мастеров корпели над этим нарядом.
Многие девушки не могли и мечтать о том, чтобы хотя бы раз в жизни примерить нечто подобное. Однако выражение лица Мирабель отражало вовсе не счастье. Когда она вошла в тронный зал, ее лицо исказилось при виде Эдвины. Мирабель поняла, что на троне сидит ее младшая сестра, и теперь ее худшие опасения подтвердились.
А вот мистера и миссис Мейфорд, похоже, куда больше волновали горы золота, занявшие собой добрую половину зала. Просеменив в центр зала к мраморному постаменту, они то и дело метали жадные взгляды в сторону драгоценностей и все пытались оценить масштабы королевской казны.
Любезничать с этими людьми Эдвина не собиралась. А потому после их наигранного поклона сразу спросила:
– С чем пожаловали?
– Эдвина, доченька, – ласково произнесла миссис Мейфорд, и от неожиданности Мирабель уронила челюсть. – Я так рада тебя видеть!
– Что ты несешь? – тихо возмутилась Мирабель, но тут же получила толчок в бок. Ойкнув, девушка прикусила язык.
– Значит, ты теперь наша новая королева? – Миссис Мейфорд растянула губы в своей самой подхалимской улыбке.
Ничего не ответив, Эдвина продолжила с безразличием смотреть на тех, кто так и не стал ей настоящей семьей. Ей даже не было интересно, как низко они готовы пасть ради ее расположения, рассчитывать на которое они в любом случае не могли.
Следом в фальшивой улыбке расплылся и отец.
– Мы очень гордимся тобой! – сказал он. – Мы всегда знали, какой у тебя на самом деле потенциал!
– И, видимо, поэтому вы наказывали меня за малейшую провинность? – тускло спросила Эдвина. – Заставляли ночевать в темном погребе на сырой земле в компании крыс и кормили объедками со стола. Не разрешали выходить на прогулки в сад, чтобы я ненароком не попортила цветы. Нагружали работой по дому вдвое больше, чем слуг, которых у вас всегда было предостаточно. Хм, любопытная тактика, чтобы дать своему ребенку достойное воспитание.
– Но ведь сработало же! – Мистер Мейфорд как будто и впрямь верил в то, что говорил. – Трон твой, хотя в действительности это заслуга меня и твоей матери! Следует это признать, ты ведь выросла порядочной девочкой, верно?
– Чего вы хотите? – прямо спросила Эдвина, хоть ответ и был заранее известен.
– Видишь ли, доченька… – Мистер Мейфорд снял с головы котелок и нервно затеребил его пальцами. – Столичный совет прекратил финансирование нашего особняка, и нам больше не на что его содержать…
– Мы едва сводим концы с концами! – вторила его женушка.
– А как же вознаграждение, что вам уплатили за меня? – Эдвина приподняла бровь. – Там была весьма внушительная сумма.
– На эти деньги мы заказали наряды, чтобы предстать перед королем в достойном виде, – пролепетала миссис Мейфорд и шире раскрыла глаза для пущей убедительности.
– Вот именно! – прошипела Мирабель, злобно косясь на мать. – Перед королем!
Удостоившись еще одного толчка в ребра, она надулась и демонстративно сложила руки на груди.
Эдвина грустно усмехнулась. Если бы они только признали свои ошибки, если бы попросили прощения… Но нет. Ничего не изменилось. Никто из них так ничего и не понял.
– Я не дам вам денег, – огорошила она своим решением. – Можете уходить.
– Эдвина, опомнись! – взмолилась миссис Мейфорд и упала на колени. – Мы твоя семья! И у нас закончились деньги! Мы не можем продать дом, в котором провели всю жизнь. Или ты хочешь, чтобы мы ушли работать в шахты за копейки?!
– Эдвина, деточка, ладно я, но ведь ты обрекаешь на страдания собственную мать! – взвыл мистер Мейфорд и тоже свалился на четвереньки. – Мы уже немолоды, чтобы идти работать! Мы старые больные люди, и, что бы ты ни говорила, мы тебя не прогнали на улицу, а как-никак вырастили! Прояви хотя бы каплю благодарности! – Он махнул рукой на золото. – Здесь столько денег! Дай нам хотя бы немного, и мы уйдем!
Эдвина уже собиралась пресечь эту наглость, однако первой не выдержала Мирабель.
– Да что за бред здесь происходит?! – выкрикнула она во весь голос. – Ясно же: Эдвина захватила власть силой! Потому что король никогда бы не позарился на такую убогую дурнушку, на лице которой столько шрамов!
– Откуда же эти шрамы взялись, сестрица? – Эдвина вжалась пальцами в подлокотники кресла.
– Все и так знают откуда! Ты потащила меня к волкам! – привычно упрекнула сестра, однако впервые на лицах мистера и миссис Мейфорд проскользнуло сомнение. Они вопросительно посмотрели на Мирабель.
– Скажи им правду, Мирабель, – потребовала Эдвина, давая сестре еще один шанс искупить былые проступки.
– Какую еще правду?! Это и есть правда! – заорала та, срывая голос. – Ты заставила меня пойти в лес, за что и поплатилась!