Страница 30 из 33
Глава 16. Последняя жертва
– О чем ты, Анотей? – Бастиан всплеснул руками. – Заклятье спало, ты можешь быть свободен!
– Увы, мой господин, эти чары работают не так просто. – Анотей покачал косматой головой. В подтверждение своих слов он продемонстрировал серебряные нити, все еще опутывающие его тело. – Я дал вам достаточно времени, чтобы прочувствовать прелесть любви. Но вот беда: я так и не получил жертву за последний проведенный здесь год. Я голоден. Очень голоден. И позвольте напомнить: питаюсь я человеческими жизнями. Так что, если вы хотите быть вместе и жить долго и счастливо, можете догадаться, что делать дальше. В вашем распоряжении три дня.
– Мы не станем вести девушку тебе на закуску! – запротестовал Бастиан. – Народ Эсминара не должен расплачиваться за грехи моего отца! Мои люди заслуживают справедливого суда и должны отвечать лишь за собственные проступки. А тебе, Анотей, придется искать другой способ освободиться!
– Кажется, ты что-то попутал, король! – Анотей без страха пошел на Бастиана. – Я не занимаюсь благотворительностью! Решайся, иначе я заберу жизнь твоей возлюбленной!
– Не смей ее трогать! – Бастиан вырвался вперед, заслоняя перепуганную Эдвину. – Бери меня!
В тот же миг разгневанный демон превратил его в камень.
– Нет! – вскричала Эдвина. Слезы катились по ее щекам при виде прекрасной, неподвижной статуи любимого. – Что ты наделал, Анотей?! Что ты наделал?!
Демон равнодушно наблюдал за ее страданиями. За тем, как она бросилась обнимать каменный торс. За тем, как отчаянно она гладила пальцами серые скулы окаменевшего короля.
– Я просто устал от его дерзости и геройства, – скучающе пояснил Анотей. – Целый век вместе прожили, но так и не достигли взаимопонимания.
– Он просто хотел справедливости!
– А я хочу справедливости для себя! – огрызнулся Анотей.
Тягостное безмолвие обрушилось на тронный зал, пока Эдвина безутешно заливалась горькими слезами.
– Наверное, стоит оттащить эту статую к остальным? – издевательски проговорил демон, кувыркнувшись в воздухе. – Позови Шехара. Он тебе с этим поможет.
– За что ты так с нами?!
– Как?
Раскрасневшаяся Эдвина в истерике обернулась и закричала что было сил:
– За что ты отнял жизнь Бастиана?!
Анотей закатил глаза и громко, протяжно вздохнул:
– Расслабься уже. Я не отнимал его жизнь.
Эдвина опешила:
– Не отнимал?
– Нет. Я временно его утихомирил, чтобы не мешался. Не веришь? Прислушайся к его сердцу и поймешь, что не лгу.
Эдвина вновь посмотрела на каменную статую Бастиана, а после прижалась ухом к его груди. В тишине она отчетливо расслышала биение его сердца. Ритмичное и громкое. Бастиан действительно был жив.
– При всем желании, – продолжил демон, – я не могу забрать ни его жизнь, ни твою.
– Но почему? – Эдвина понемногу успокаивалась.
– Потому что это противоречит желанию покойного короля Торванда. А еще потому, что ваши души слишком добрые, слишком светлые, а значит, и горькие на вкус для всякого демона. Как бы я ни был голоден, вы для меня слишком невкусные. Несъедобные. Мне нужны такие, какие приходили сюда раньше, до тебя. Алчные, испорченные, влюбленные в себя и ни в кого больше.
– Я… я не хочу становиться палачом, – надтреснутым голосом проговорила Эдвина.
– Даже ради спасения Бастиана? – Демон сверлил ее крохотными черными глазками, но девушка растерянно молчала.
Взглянув в окно, Эдвина поняла, что тучи над Эсминаром так и не рассеялись.
– Так или иначе, дорогуша, жертва мне все равно нужна, иначе я не смогу покинуть мир людей. Приведи мне человека с гнилой душой и с ледяным сердцем, чтобы я полакомился его жизнью напоследок. И тогда я верну тебе любимого. А нет – тогда по твоей вине Бастиан останется камнем навечно!
Эдвина рухнула наземь от тяжести собственных мрачных мыслей. Предложение Анотея казалось ей очередной смертельной ловушкой. Если она обречет человека, пусть и с гнилой душой, на погибель, останется ли при этом ее собственная душа столь же чистой? Нет. Она точно так же станет запятнана грехом, и тогда ничто не помешает голодному Анотею забрать и ее жизнь тоже.
* * *
О случившемся с королем Эсминара Шехар узнал той же ночью, ведь Эдвина отчаянно просила у него совета.
– Мудрецы прошлого говорили: «Карта судьбы отражает отпечатки наших поступков», – холодная интонация советника, как всегда, была совсем лишена эмоций.
Однако его вековые знания и опыт колдуна никуда не исчезли. Эдвине порой казалось, что она общается с книгой, которая внезапно обрела человеческий облик. Между тем Шехар взглянул на нее спокойными помутневшими глазами и заключил:
– Судьба светла у тех, кто светит другим. И темна у всякого, кто накрывает других тьмой. Решайте с умом, госпожа. Я же поддержу любое ваше решение.
Озвученные Шехаром мысли были близки Эдвине. Хотя большую часть жизни судьба не была к ней благосклонна, в глубине души она всегда верила в справедливость. Невзирая на чужие издевки, она искренне заботилась о чистоте своей души лишь потому, что не видела себя в роли злодейки. Ей не хотелось мстить или наказывать. Она была честна со своей совестью, и для самоуважения этого хватало.
В конечном счете именно путь доброты привел ее сначала к Бастиану, а затем и покорил его сердце. Благодаря чистоте своей души Эдвина познала истинную любовь. Что это, если не высшая награда? А теперь демон желал, чтобы она предала себя, свою совесть и очернила свою душу. В решающий момент он предлагал перечеркнуть свои идеалы, обернуться хищником, выискать жертву и привести ее прямо в его голодную пасть. Иными словами, Анотей вынуждал ее совершить грех. Вот только сам Бастиан был против этого. И Эдвина тоже должна быть против – не только ради себя, но и ради любимого.
За столь короткое время она хорошо уяснила правила игры. И теперь, какие бы варианты Эдвина ни прокручивала в голове, Анотей каждый раз оставался в выигрыше, а они с Бастианом – в проигрыше.
На третьи сутки девушка больше не могла плакать. Слезы кончились. На смену им пришло холодное безразличие и покорность судьбе. Уж если судьба всегда являет человеку то, чего он заслуживает, значит, сегодня решится все.
– Госпожа. – Шехар вошел в тронный зал и низко поклонился Эдвине. – Ваши родственники пожаловали ко двору. Просят аудиенции. Я сообщил, что король не сможет их принять. Однако они настаивают на встрече с вами.
– Впусти их, – спокойно произнесла Эдвина.