Страница 18 из 47
Глава 8. МАЙК И АЙК
Бенсон находился в своем номере в отеле Эли. Макмерди, которому отвели смежный номер, тоже был там. Бенсон открывал небольшой, тяжелый пакет, который Макмерди забрал для него вчера.
Человек с неподвижным, белым лицом достал из массы упаковок два предмета. Один из них был ножом, другой — пистолетом. Но они не были похожи ни на нож, ни на пистолет, которые угрюмый шотландец когда-либо раньше видел.
Нож был длиной около восьми дюймов и практически не имел рукоятки. Лезвие было обоюдоострым, с укрепляющим шипом посередине. Когда Бенсон немного наклонил оружие, Макмерди увидел, что рукоятка представляет собой легкую полую трубку.
— Это метательный нож, который я разработал сам, — сказал Бенсон, едва шевеля губами. Он пристально смотрел на предмет: глаза — как ледяная сталь, лицо — мертвое, как ледяная маска. — Тяжелый в лезвии, легкий в рукоятке. Смотри.
Бенсон взял нож рукояткой вниз, примерно на уровне плеча, и подбросил его. В воздухе лезвие перевесило рукоятку и упало острием вниз. Даже такого короткого падения хватило, чтобы нож слегка вонзился в пол — настолько острым было острие и настолько легко оно вонзилось в ковер.
Бенсон снова поднял его и, как показалось, не глядя, бросил. Его рука даже не отдернулась до конца. Она метнулась вперед по укороченной дуге. И нож со смертоносным свистом срезал пуговицу с груди Макмерди, над его сердцем, и вонзился на два дюйма в дерево двери в ярде от него.
— Я немного заржавел, — сказал Бенсон. — Но прошло три года с тех пор, как я им пользовался, и десять лет с тех пор, как яванец научил меня этому трюку в Сингапуре. Я его еще освою.
***
Он взял в руки пистолет.
Это был пистолет 22-го калибра, но это был единственный стандартный калибр. Ствол был почти таким же длинным, как у пистолета для стрельбы по мишеням. Цилиндр, чтобы облегчить оружие, был небольшим и вмещал всего четыре патрона. Приклад был наклонен так, что находился почти на одной линии со стволом. В целом пистолет напоминал прямой кусок вороненой стальной трубы с небольшой выпуклостью для барабана и легким изгибом для рукоятки.
На нем был глушитель.
— Никогда не видел подобных, — сказал Макмерди, глядя на оба оружия.
— Вероятно, ты больше никогда не увидешь подобного, — ответил Бенсон, отрывистые слова сорвались с неподвижных губ.
Он закатал штанины брюк до колена. К внутренней стороне левой икры он пристегнул тонкие ножны, в которые просунул острый как бритва нож. На правой икре, так, чтобы она прилегала к выпуклости стальных мышц, он пристегнул почти такую же тонкую кобуру, в которую сунул крошечный пистолет.
— Майк и Айк, — сказал он, бледно-серые глаза сверкнули смертоносным светом. — Майк — пистолет. Айк — нож. Они настоящие друзья. Они много раз спасали мне жизнь. Я думал, что они мне больше никогда не понадобятся. Но теперь они снова на службе.
— Мон, вы не смогли бы убить достаточно быстро из этого пистолета, скажем, против 45-го калибра. Большой разнесет вас на куски раньше, чем маленький успеет ужалить настолько, чтобы лишить жизни.
— Я не убиваю из Майка, — возразил Бенсон. Но в данный момент он не утруждал себя объяснениями.
— Значит, таксиста, который отвез меня и мою жену в аэропорт в тот день, отследить не удалось, — сказал он.
— Верно, — хмуро кивнул Макмерди. — Если он и в городе, то прячется. Сейчас он не водит такси.
— Я скорее думал, что он пропал. Они подчищают концы, Мак. Водитель был не совсем понятен. Я или какой-нибудь следователь из моего штата могли бы добраться до него — и он в конце концов заговорил бы. Поэтому его убрали с дороги. Но зацепка, которую я получил, превратилась в нечто.
— Вы имеете в виду то, что услышали в машине, доставившей вас на ферму? Слова "Старый Айронсайдс"?
— Да, — сказал Бенсон. — Я узнал, кто такой Старый Айронсайдс. Это Лоуренс Хикок, богатый бизнесмен из Буффало. Он президент фирмы под названием Буффало Тэп энд Ди Works. Его прозвище происходит от его бакенбард, старомодных, железно-серых, кустистых.
Он подошел к шкафу, это был худощавый серый волк, только мертвенно-бледные глаза были живыми на его белом, мертвом лице. Он надел шляпу, тонко укрепленную проволокой, чтобы она могла принять и удержать любую форму, которую он пожелает ей придать. Он надел легкое весеннее пальто, которое в любую секунду можно было переодеть в совершенно другую одежду.
— Мы продвигаемся вперед, хотя и медленно, — сказал он шотландцу. — Пока что мы знаем следующее: Банда, стоящая за этим, несколько раз заказывала билеты на самолет в Монреаль, чтобы перевезти что-то, о чем никто ничего не должен знать. Этот предмет или эти предметы — отправлялись в сундуке, неизменно сопровождая банду. В определенном месте его доставали из сундука и бросали. Поскольку они не осмелились допустить, чтобы моя жена и ребенок увидели то, что было сброшено через люк, они... выбросили их из самолета первыми, той ночью.
Макмерди не был человеком, который соглашается. Он угрюмо покачал головой.
— Если бы они хотели что-то куда-то перебросить, то наняли бы частный самолет, не так ли? Зачем рисковать с большим общественным самолетом?
— На это тоже есть ответ. Им нужно было перебросить несколько вещей. Это означало несколько рейсов. Зафрахтованный самолет, вылетающий несколько раз в одно и то же место, могли заметить и, возможно, задать по этому поводу вопросы. Но никто не стал бы сомневаться в регулярном полете обычного самолета по коммерческому маршруту. Использовать такой транспорт было разумнее и менее заметно, чем нанимать самолет.
Он направился к двери. — Оставайся здесь для звонков, Мак. — Короткая агония, отразившаяся в глазах Бенсона, была ужасна. Но белое, неподвижное лицо не отражало никакого выражения. — Я все еще надеюсь, что за Алисию и девочку могут потребовать выкуп. Ты будешь здесь, если это произойдет.
— Вы собираетесь встретиться с этим человеком, Хикоком?
— Да, — ответил Бенсон и вышел, плавно ступая.
Звонок в офис Хикока выявил, что его там нет. Тогда Бенсон отправился в дом магната.
Старина Айронсайдс, названный членом этой банды! Неужели этот человек, столь уважаемый в городе, столь обеспеченный, был одной из сил, стоящих за этим заговором? Или он был жертвой?
***
Вскоре выяснилось, что он был жертвой. Жертва!
Женщина средних лет с бешеными карими глазами появилась в дверях, когда Бенсон попросил мистера Хикока принять его.