Страница 79 из 97
Но Лука выглядел настолько непреложно невозмутимым, что, казалось, вообще не беспокоился о смерти.
— Просто делаю наблюдение. — Его лицо покраснело, когда я перекрыл ему воздух. — Но если у тебя действительно есть чувства к моему брату, убийство его дона, вероятно, не лучший способ вернуть его.
Я ослабил хватку на его шее, отступая.
— У тебя есть что-то обсудить со мной? — Он поправил воротник, невозмутимый. — Сделаем это за шахматной партией. Это помогает мне яснее мыслить.
Десять минут спустя мы были в его кабинете, расставляя фигуры на доске. Мы подбросили монету. Мне выпало быть белыми. Мой первый ход — пешка короля на две клетки вперёд, освобождая путь королеве и слону.
— Очень в стиле Бобби Фишера. — Лука отпустил снисходительную улыбку, оглядывая свои пешки. Его улыбка имела неестественное качество ИИ-персонажа, пытающегося имитировать человека. Он всё ещё не спросил, зачем я здесь. Он двинул коня на f3.
— Как бизнес? — спросил я.
Он неопределённо пожал плечами.
— Как долго, думаешь, ты сможешь это продолжать?
— Долго, — уверенно сказал он. — Мой тесть только что дал мне хороший заём. Я могу пережить тебя, если захочу.
Если захочет? Интересно…
— Можешь разгадать одну загадку для меня, Лука?
— Уверен, могу. Выберу ли я это сделать, ещё предстоит определить.
— Ты одарённый шахматист. Рациональный гений. Всегда на семь шагов впереди. И всё же ты не смог предвидеть ни одну из катастроф, обрушившихся на тебя. Ни Братву, ни ФБР, ни даже твой катастрофический брак.
Его челюсть дёрнулась, когда я перечислил его последнюю неудачу. Он ритмично постучал по краю шахматной доски.
— Что заставляет тебя думать, что я не предвидел все три? — спросил он снисходительно.
— Тот факт, что твоя жизнь — дерьмовое шоу.
— Это так, — согласился он. — По замыслу.
— По замыслу? — Я наклонил голову.
— Верно. — Он агрессивно двинул ладью к моей королеве. — Ты рассматривал, агент Ротвелл, что, возможно, уйти — единственный оставшийся вариант, чтобы сохранить жену?
Я поднял взгляд от доски. Он сдержанно улыбнулся.
— Подумай. Братва в ярости и жаждет мести. ФБР ближе, чем когда-либо, дышит нам в затылок. Моя жена не может остаться с членом враждебной организации — не тогда, когда её первенец — следующий дон Каморры, и ещё один Ферранте на подходе. Ей придётся выбирать между защитой детей и Джереми Распутиным. — Его ухмылка исчезла, уступив место зловещей, холодной гримасе. — Она обратится за помощью к единственному мужчине, который пройдёт через огонь, чтобы спасти её детей. Ко мне. Идеальный предлог, чтобы собрать Софию, Чиро и моего нерождённого ребёнка и начать заново далеко отсюда, не так ли?
Этого я не ожидал. Полное и основательное разрушение всего, над чем он когда-либо работал, чтобы спасти единственное, о чём никто не предполагал, что Лука заботится.
Я изучал Ферранте годами и был под впечатлением, что Лука и София — не что иное, как брак по расчёту, и не успешный. Правда, я никогда не смотрел слишком пристально. Лука просто казался тем типом психопата, который не развивает чувств ни к кому. Я недооценил его.
Он задумчиво погладил подбородок, глаза всё ещё на шахматной доске.
— «Высшее искусство войны — подчинить врага, не сражаясь», — задумчиво произнёс он.
— Сунь-цзы. — Я сглотнул. — «Искусство войны».
Он обманул нас.
Он обманул всех нас, заставив думать, что у него нет слабостей, нет слепого пятна, нет сердца.
— Ты сожжёшь всё своё королевство ради жены? — Я изогнул бровь.
— Не выгляди таким удивлённым. Тот факт, что ты здесь, говорит мне, что ты сделаешь то же самое для моего младшего брата. Любовь — ужасная болезнь, Ротвелл. — Он цокнул языком. — И терминальная.
— Ты уничтожишь Каморру? — Я отказывался верить его словам. — Твой источник дохода?
— Я богатый человек, который может выйти на пенсию сегодня. Мои деньги будут продолжать делать деньги для поколений. Я делаю то, что делаю, из страсти, а не из необходимости. А мои страсти… — Он осекся, доставая сигарету из мягкой пачки и разглядывая её между пальцами. — Иерархия изменилась за последние месяцы. Моя жена теперь на самом верху.
— Она ненавидит тебя. — Это было очевидно из моего времени слежки за его молодой семьёй.
— Это прискорбная правда, — согласился он. — Но ничего, что несколько месяцев в неизвестном месте далеко от этого континента не исправят.
— Ты говоришь с агентом ФБР.
— Я нет. — Он закурил, откидываясь непринуждённо. — Я говорю с любовником моего брата. Человеком, который очень хочет, чтобы его возлюбленный остался рядом. У меня чувство, что ты придумал идею, как удержать всех нас здесь. Я готов её выслушать.
— Похоже, ты уже принял решение, — сказал я.
— Нет, Том. Жизнь как шахматы. Я никогда точно не знаю, что сделаю, пока не изучу все свои варианты. Я просто слежу, чтобы у меня было много из чего выбирать. Теперь давай. — Он жестом указал. — Дай мне своё лучшее предложение.
Был мой ход, так что я потянулся к коню.
Он цокнул.
— Я бы не стал.
— Почему?
— Куда бы ты ни пошёл с этим, это будет бессмысленно. Я уже победил.
Я снова уставился на доску. Он был прав. Какую бы фигуру я ни двинул, это был вопрос времени, а не «если», когда он поставит мне мат.
Я остановил игровые часы. Откинулся.
— Поставка наркотиков Братвы. Она происходит на следующей неделе.
— Я знаю. — Он выпустил дым из ноздрей, зажимая сигарету в углу рта с прищуром. — Тебе-то что?
— Слава — мой информатор.
Он долго затянулся сигаретой, приподняв одну бровь. Если он и был удивлён, то не позволил этому проявиться. Когда он погасил тлеющий остаток сигареты в пепельнице, я задался вопросом, не играет ли здесь более крупная игра. Лука не выглядел как человек, переваривающий новую, меняющую жизнь информацию. Я покончил с недооценкой его.
Он знал.
Каким-то образом этот ублюдок, блядь, знал.
— Значит, он всё это спланировал как приманку, — прохрипел Лука, невозмутимый.
Я медленно кивнул.
— Алекс не в курсе его плана. Слава хочет приманить Каморру, атаковать вас, захватить поставку и получить вас арестованными, пока тела ещё тёплые на земле. Потом он хочет вернуться в Вегас победителем, свергнуть Алекса и завоевать Нью-Йорк.
Тишина.
— Ты не выглядишь удивлённым, — сказал я наконец.
Как будто вспомнив, что у него есть роль, Лука откинул голову назад, смеясь в потолок. Я ждал, пока он выпустит это из системы. Он посмотрел прямо на меня.
— Что произойдёт, если мы не появимся?
— Ну. — Я переплёл пальцы, садясь вперёд. — Если вы не появитесь, Слава всё равно будет там, со своими солдатами, своей поставкой и своими наркотиками. У меня не будет выбора, кроме как арестовать их по этим обвинениям, конечно.
— Конечно. — Лука снисходительно ухмыльнулся. — В чём подвох?
— Арестовывать собственного информатора запрещено, так что мне придётся арестовать его людей и каким-то образом отпустить его. Тебе придётся избавиться от него для меня, прежде чем он откроет рот.
Подтекст слов осел между нами, живая, дышащая вещь.
Каморре придётся убить Славу, прежде чем он начнёт жаловаться на то, что я сделал.
Это всё ещё оставит меня убирать беспорядок с Зиком, Салли и остальным ФБР, которые будут задавать вопросы, но это устранит непосредственную угрозу моего разоблачения как грязного феда, сотрудничающего с Каморрой.
— Считай, что сделано, — сказал Лука.
— Это значит, ты останешься и не сбежишь? — Я изучал его. — Несмотря на Софию.