Страница 65 из 97
— Мы всегда можем остано…
— Начинай двигаться.
Он оттянулся, затем скользнул внутрь. Движение высвободило часть напряжения, ослабило жжение достаточно, чтобы это перестало ощущаться, будто он поджёг мою прямую кишку. Я также любил, что он внутри меня, с зрительным контактом, зная, что я тот, кого он трахает.
Не Катя.
Не Кэш.
Не кто-либо ещё, с кем, блядь, мне придётся конкурировать в будущем.
Просто. Я.
Он трахал мою задницу немного быстрее, нависая надо мной, дикие маленькие стоны вылетали из его рта с каждым резким толчком. Я видел его только трахаемым, а не трахающим, и мне нравилась эта оптика. Этот новый жеребец, Энцо. Тёмный, смелый зверь, который наслаждался пожиранием не меньше, чем быть пожранным.
— Держишься, Томкэт? — Смоляной локон упал ему на лоб, делая его более сердцеедом, чем кто-либо мог быть, и я кивнул, задыхаясь от нарастающего удовольствия.
— Мотылёк, блядь, да. Ты такой большой.
— Слишком большой?
— Идеально большой.
— Оуу, «слишком большой» лучше польстил бы моему эго.
Волна смеха заставила мой пресс дрожать, трещины удовольствия переплетались с ним. Я насыщался таким количеством радости, удовольствием настолько острым, что боялся, что оно физически меня заболеет.
Как он это делал? Как он заставлял меня смеяться, кончать и ныть от грусти одновременно?
Трение было восхитительным, и странное ощущение в основном прошло, сменившись глубоким, свирепым долблением.
Меня осенила мысль: так он трахал своих девушек. Так он будет трахать Катю.
— Иди сюда. — Я вцепился в его затылок и притянул его вниз, вбивая свой рот в его. Он пососал мою нижнюю губу, но быстро отстранился, роняя поцелуй на мою щёку и сильнее налегая на мою задницу. Одна его рука была на моём бедре, другой он собирал предэякулят с моего пресса и использовал его, чтобы дрочить мне. Мои глаза закатились в орбитах. Это было слишком интенсивно, слишком хорошо, чтобы быть правдой.
— Блядь, Том, твоя задница выдаивает из меня оргазм. Я близко.
Как раз когда он это сказал, он начал попадать в точку, которую я знал как свою простату. Каждый раз, когда он вдавливался до конца, интенсивность этого захватывала дыхание и выворачивала меня наизнанку, в ничто иное, как стонущий, мычащий беспорядок.
— Я кончаю, — выдохнул я.
— Хуй ты кончаешь, Томкэт. Где командный дух? — Он перестал дрочить мне и прижал большой палец к моей щели, не давая мне кончить.
Ещё несколько толчков, и он отпустил мой член, позволяя мне кончить вместе с ним.
Волна за волной тепла обрушилась на меня. Он только что подал мне самый интенсивный ёбаный оргазм, который я когда-либо испытывал и когда-либо буду. Я почувствовал, как горячая жидкость его спермы растекается внутри меня, и сжался вокруг него ещё раз, заставляя его застонать от удовольствия и рухнуть грудью на мою.
— Аааахх, блядь, да.
Я обвил рукой его спину, целуя макушку.
— Ты сделал это. Ты трахнул феда.
Он фыркнул, всё ещё внутри меня.
— Как ощущалось? — спросил я.
— Почти уверен, что увидел Бога за секунду до того, как кончил. Он дал мне краба и сказал, что на сто процентов одобряет всё происходящее.
Мои губы самодовольно изогнулись.
— Вот так хорошо, да?
Он приподнялся, схватил основание члена и медленно вышел из меня, затем упал рядом.
— Как было для тебя? — Он уронил поцелуй на моё плечо. Я любил, что он это делал. Что он всегда прикасался, обнимал, гладил и предлагал физический комфорт. Я замечал это в нём и во время слежки. Как он всегда клал защитную руку на свою сестру Лилу или предлагал объятия матери и даже своим демоническим братьям.
— Это было… феноменально. — Но и некомфортно. Я не думал, что когда-либо смогу принять такой уровень уязвимости.
— Феноменально достаточно для повтора? — Он приподнял бровь.
— Если хочешь, да.
Вот правда — я позволил бы этому мужчине вставить в меня что угодно, включая взрывчатку, если бы знал, что это поможет мне его удержать, даже если всего на чуть-чуть. Я был за пределами разума, достоинства и приличий. Да, мне нравилось, когда он меня долбил, но я всё ещё предпочитал быть активом. Я бы, однако, стал исключительно пассивом, если бы это было то, что нужно, чтобы иметь его.
Я не знал, когда произошёл тектонический сдвиг внутри меня, но подозревал, что во время одной из наших неуместных, дико идиотских текстовых цепочек. Какова бы ни была причина, Винченцо Ферранте теперь был вписан в саму ткань моей души. Я пойду на крайности, окаменевающие меры, чтобы защитить его. А те докучливые штуки под названием мораль, которые я держал на таком высоком стандарте раньше? Что ж, оказалось, они были более гибкими, чем мои чувства к нему.
Энцо накинул руку на глаза, зевая.
— Мне понравилось. Твоя задница была великолепна. Но…
— Есть «но»? — Я приподнялся на предплечьях, одаривая его предупреждающим взглядом.
Он хихикнул.
— Мне больше нравится, когда со мной обращаются. И мне не нужно трогать свой член, чтобы кончить, когда ты внутри меня. Может, всё ещё буду трахать тебя время от времени для разнообразия, но…по большей части я люблю быть на принимающей стороне.
Это была хорошая новость и для меня, и для моей задницы. Член Энцо не был создан для жизни актива.
— Видимо, ты был прав. — Он посмотрел на меня сверху вниз. — Я всё-таки пассив.
— Я всегда прав. — Я убрал прядь смоляных волос с его лба обратно наверх, зная, что это проигрышная битва, что через несколько минут она снова упадёт и заставит моё сердце пропустить удар. — Можешь мне кое-что пообещать?
Он ухмыльнулся мне.
— Всё что угодно.
О, как бы я хотел.
— Пожалуйста, помни это в следующий раз, когда я даю тебе совет, Мотылёк.
— Хм. Зловеще. — Он потёрся носом о моё плечо. Я отстранился, серьёзно глядя ему в глаза.
— Пообещай мне, Энцо.
— Обещаю.
— И всегда носи свою карту «выйти из тюрьмы бесплатно».
— Даже в туалет? — Он ухмыльнулся.
— Я серьёзно, детка.
Он растаял от слова «детка», закатывая глаза с мягкой улыбкой.
— Ты меня нервируешь. Да, Том. Я понял. Я буду слушать, когда ты даёшь мне совет.
— Обещай.
— Обещаю!
Я наклонился и захватил его губы, впитывая его обещание, и молясь Богу, в которого не верил, чтобы он не нарушил своё слово.
ГЛАВА 37
Том
Следующие пару недель я жил в двух параллельных вселенных.
Я знал, что в конце концов они столкнутся. На самом деле, лучшим исходом такого взрыва было бы, если бы я сам организовал неизбежное. Контролируемая детонация моего собственного изготовления.
И всё же я не мог заставить себя не видеть силовика Каморры каждую ночь, даже если проводил дни, часами сидя с информатором, который в конечном итоге передаст его мне.
Энцо балансировал на той же грани. Днём планировал свою свадьбу с Катей, а ночью скользил в мою постель. Пока моя жизнь разворачивалась в кучу-малу, мир продолжал вращаться. Точнее, моя нагрузка была длиной в милю, и преступников было предостаточно, требовавших моего внимания и терроризировавших улицы Нью-Йорка.
Я был занят завершением дела об убийстве, связанного с иностранным дипломатом, когда в дверь постучали. Я поднял взгляд и увидел Салли с довольной ухмылкой на лице.
Я изо всех сил старался держать всё профессионально с Салли после его стычки с Энцо, но это было сложно, учитывая, что мой обычный я и так был не слишком сговорчивым. Так что я, чёрт возьми, с моим парнем? Как вы можете себе представить, не совсем персик.