Страница 59 из 97
Его глаза не отрывались от моих.
— Но я уже не уверен, что способен вернуться к тому, как всё было раньше.
Я молча смотрел на него.
Слов не осталось.
— Проблема в том… — Том облизнул губы. — Ты привносишь в мою жизнь слишком много хаоса.
Он говорил медленно.
Очень спокойно.
— А то, что я не могу контролировать, я обычно уничтожаю.
Внутри всё сжалось.
— Не позволяй мне уничтожить тебя, Энцо.
— Не позволю.
Том вытащил косяк из моих пальцев, сжал фильтр и поднёс к губам.
Я приподнял бровь.
— Курение — отвратительная привычка.
Вернул ему его же собственные слова.
На губах Тома появилась горькая улыбка.
— Может, это ты меня портишь.
ГЛАВА 34
Том
На следующий день после визита Энцо я наконец оформил всю документацию по информатору Каморры.
Встретился с ним.
Принял показания.
И запустил процесс, который наконец должен был закрыть дело Ферранте.
— Долго же ты возился.
Зик просунул свою лысую голову в мой кабинет, а затем, как обычно, вошёл без приглашения.
— Я уже начал переживать, что ты вообще об этом забыл.
— Не забыл. Просто хотел всё проверить как следует. Как всегда.
Я взял со стола папку Ферранте и, листая её на ходу, направился в общую кухню.
— У меня ушло ровно столько же времени, сколько в прошлый раз, когда я вербовал информатора.
Зик шёл по пятам.
— Он кажется тебе надёжным?
— Настолько, насколько вообще может быть надёжным мафиози с кровью на руках, — пробормотал я. — Помогает то, что он не связан с Каморрой. Так будет больше шансов защитить его, когда дело дойдёт до суда.
— Этого достаточно, чтобы засадить братьев пожизненно?
— Если всё пойдёт по плану? Сомневаюсь, что они вообще когда-нибудь снова увидят дневной свет.
Бабушка всегда говорила, что в каждом нашем поступке мы оставляем частичку души.
И у меня было неприятное предчувствие, что следующим своим шагом я окончательно предам всю свою.
— Знаешь, если преподнесёшь Ферранте директору на блюдечке, это вполне может стать твоим золотым билетом в отдел контртерроризма.
Мы остановились у холодильника.
Я распахнул дверцу и достал обед.
— Продолжай так грязно со мной разговаривать, Мэддокс, и я, чего доброго, дам.
Я поставил остатки еды Тирни в микроволновку и выставил таймер на две минуты.
Этого блюда не было в моём заранее составленном списке допустимой еды.
Впрочем, с тех пор как Энцо бульдозером ворвался в мою жизнь, мало что шло по плану или укладывалось в понятие допустимого.
Или, если точнее, с тех пор как я сам вломился в его.
— Какой план?
— Братва собирается провести партию наркотиков под носом у Ферранте. Они не знают, что Ферранте уже всё выяснили и собираются накрыть операцию. Убить. Покалечить. Конфисковать. Полный набор.
Я захлопнул холодильник.
— А мы позаботимся о том, чтобы оказаться там и поймать их с поличным.
Зик тихо присвистнул.
— Все трое братьев будут на месте?
— Без сомнений.
Я постарался проигнорировать неприятное покалывание в груди.
Энцо я не лгал.
Мне действительно понадобилось несколько дней, чтобы понять, как именно реализовать сделку с информатором Каморры.
Меня слишком долго держали прижатым к ковру.
Пора было действовать.
А теперь, когда решение принято, отступать я не собирался.
Мне это будет стоить души.
Но я всё равно знал, что поступаю правильно.
— Кстати.
Зик привалился плечом к одному из шкафчиков и небрежно скрестил руки.
— Дениз всё ещё напоминает про ужин, который ты нам задолжал.
— Когда угодно и где угодно.
Я не отрывал взгляда от микроволновки.
— А ключи от дома на озере Джордж? — спросил Зик.
— Положил тебе на стол неделю назад. Ты их не видел?
— Видел. Просто не нашёл под ними благодарственной записки.
Потому что я её не писал.
И он, блядь, прекрасно это знал.
Я наконец оторвался от микроволновки.
Мы молча уставились друг на друга.
— Спасибо, — наконец сказал я.
Он удовлетворённо кивнул.
— Я забыл спросить, кого ты туда привозил.
— Не забыл.
Я улыбнулся, подумав, что Энцо гордился бы этой спонтанной мимической активностью.
— Просто знал, что я тебе не скажу.
— И чем вы там занимались?
— Катали сыр с холмов. Глостерский чеддер, знаешь ли, довольно тяжёлый.
Он рассмеялся.
— Всё серьёзно?
— Не-а.
Микроволновка пискнула.
Я достал тарелку.
— Так, небольшое развлечение, чтобы скоротать время.
— Обычно ты не возишь «небольшие развлечения» на целые выходные. Тем более в свой день рождения, — заметил Зик. — Не держи меня за идиота, и мне не придётся считать тебя лжецом.
Он был прав.
Пытаться втюхать начальнику из ФБР такую чушь — ошибка новичка.
Но подробностями о своём нынешнем увлечении я делиться не собирался.
Во-первых, это могло стоить жизни и ему, и мне.
Во-вторых, я никогда не предам доверие Энцо, когда дело касается его сексуальности.
Это была та черта, которую я не переступлю.
Я посмотрел на Зика с выражением абсолютного спокойствия и безразличия.
— Я не вешаю тебе лапшу на уши. Да, он для меня особенный. Но нет, ничего серьёзного между нами нет. У него есть другие обязательства. И, как тебе прекрасно известно, у меня тоже.
— Нет, Том. У тебя нет никаких других обязательств.
Зик наклонился ближе к моему лицу, пока я не увидел чёрные точки его зрачков.
— Мэтт мёртв. Уже давно. Живи дальше.
— Я и живу.
— Правда?
Он посмотрел прямо мне в глаза.
— Потому что отсюда это выглядит так, будто ты просто заменил его чем-то другим, чего тоже никогда не сможешь получить.
Он вышел из кухни раньше, чем я успел выдать уничтожающий ответ.
И, пожалуй, к лучшему.
Потому что ответа у меня не было.
Восьмая годовщина смерти Мэтта вряд ли была поводом для праздника, но, как ни странно, в этом году она ударила по мне не так сильно.
Я съездил на его могилу.
Сводил Айрис и Сайласа куда-нибудь перекусить и купил ей новую стиральную машину. Старая постоянно ломалась, и чинить её раз в пару месяцев обходилось дороже, чем просто заменить.
Я продолжал заботиться о том, что было важнее всего для Мэтта.
По-прежнему ставил день рождения Сайласа в приоритет — в этом году по организационным причинам его отмечали раньше — и даже высидел то душное празднование в боулинге.
Я купил ему новый велосипед, который он хотел.
Поддерживал наследие Мэтта всеми доступными способами.
Но больше не мог притворяться, что его смерть — достаточно веская причина для того, чтобы я сам не жил.
Я не лгал Энцо.
Когда несколько дней назад я занимался с ним любовью, думал я вовсе не о Мэтте.
Я думал о том, что мне предстояло сделать уже на следующий день.
Закрепить сделку с информатором.
А вместе с ней — и судьбу Энцо.
И насчёт нашей сексуальной химии я тоже был совершенно откровенен.
У нас с Мэттом всё было хорошо.
Но мы с Энцо…
Мы были чем-то совершенно другим.
Для того, что происходило между нами, ещё не придумали слова.
Как бы это ни называлось, я вот-вот всё потеряю, когда Энцо узнает, что происходит.
Но здесь и сейчас он всё ещё был у меня.
Мы вошли в приятную привычную колею.