Страница 44 из 97
Чтобы меня оставили в покое.
Так было лучше.
Первые три дня на Статен-Айленде я провёл, работая по дому, встречаясь со своим старым терапевтом после эпизода с Энцо и играя в мяч с Сайласом.
Ручной труд помогал. Он утихомиривал голоса, бушевавшие в голове.
Я установил бабушке посудомоечную машину, подстриг газон, выполол сорняки на заднем дворе и починил террасу. Съездил в город за припасами для её дома и для дома Айрис. А потом, когда моя помощь больше не требовалась, взял на себя инициативу поменять пожарные датчики в каждой комнате у бабушки, а также заменить все её лампы на светодиодные.
В четверг я оказался опасно близок к тому, чтобы написать ему, поэтому натянул походные ботинки и потопал в лес. Я добрался до границы с Джерси, прежде чем обрёл некоторое подобие контроля. Когда я вернулся в дом бабушки, она была в гостиной, вязала крючком, а пять кошек спали на разных участках её тела.
Она не подняла глаз, чтобы увидеть потного беспорядок, которым был её внук, только цокнула языком.
— Человек может убегать от правды дважды вокруг земного шара, но ему никогда её не обогнать.
— Глубоко, — отрезал я. — Где ты это взяла, в печенье с предсказанием?
— Ты не закончишь здесь всю неделю, не сбежав обратно и не вымолив у него прощения, что бы ты там ни сделал, чтобы его расстроить.
— Ба, пора определить тебя в дом престарелых. Ты больше не в себе когнитивно.
Она хихикнула, качая головой.
— Сходи в супермаркет, дорогой. Купи нам стейки. Это займёт тебя. Тебе это нужно.
Я не стал спорить. Было чем заняться.
Я пошёл.
В пятницу я ужинал с бабушкой, Айрис и Сайласом. Мы снова пошли в тот мексиканский ресторан, потому что Сайлас был одержим их alambre a la diabla. Я гонял свой салат с карнитас по тарелке. В прошлый раз он был вкусным. Сейчас я не чувствовал вкуса.
— Эй, Том, хочешь кое-что услышать? — Сайлас ухмыльнулся через стол.
— Что? — Я глотнул рутбира.
— Мама идёт на горячее свидание завтра.
— Сайлас Грегори! — Айрис швырнула салфетку на тарелку, становясь свекольно-красной. — Это чушь. Я… Ну, во-первых, оно вообще не будет горячим. Мы идём на каток.
— Кто счастливчик? — радостно воскликнула ба.
Я откинулся назад, улыбаясь впервые почти за две недели. Много моей вины растаяло от этой информации. Айрис была молодой, красивой и теперь состоявшейся учительницей, как когда-то была ба. Она заслуживала кого-то, кто делал её счастливой. Кого-то, кто принадлежал только ей.
— Да, кто это? — подначил я.
Айрис заправила локон за ухо и улыбнулась в колени.
— Его зовут Джошуа, и он не новое явление в моей жизни. На самом деле, я знаю его с пятнадцати лет.
— Джошуа, администратор церкви? — воскликнула ба.
— Да! — Сайлас вскинул кулак. — Наконец-то он набрался смелости пригласить её. Это становилось жалким. Знаешь, он готовил нам еду каждую среду и приходил, чтобы мы все ели вместе целый год, чтобы «проверить его кулинарные способности»? — Сайлас показал кавычки пальцами с фырканьем. — А мама была совершенно слепа!
— Ну, он сказал, что ему нужно практиковаться, — сказала Айрис с достоинством. — И, честно говоря, ему было куда расти. Я была рада помочь.
— Еда была настолько плохой? — Глаза ба засветились.
Сайлас изобразил рвотный позыв, и Айрис швырнула салфетку ему в затылок с возмущением.
— Начинай с доброты, Сайлас!
— Прямиком в McDonald's, — пробормотал Сайлас в свой кусок.
Ба чуть не упала со стула от смеха.
— Это здорово. Джошуа — видный молодой человек, знаешь ли.
— Спасибо. — Айрис была и довольна, и раздражена, судя по её цвету и неловкой улыбке. — А ты как, Том?
Я открыл рот, но ба опередила меня.
— Он всё ещё холост. Был кое-кто, но он просто не подходит.
— Почему? — Айрис нахмурилась.
— Потому что он не совсем подогнан под невозможные, хаотичные пропорции, в которые Том втискивает всё в своей жизни, чтобы оно идеально влезло.
Провокация заработала бабушке строгий укор головой.
— Том? — Айрис повернулась ко мне с вопросом в глазах. — Это правда?
— Это сложно. — Я снова потянулся за рутбиром. — Но нет, никого нет. Я рад за тебя, однако. Ты заслуживаешь немного счастья.
— Мама говорит, «сложно» — это то, как люди описывают вещи, когда не хотят смотреть правде в глаза, — вставил Сайлас, не обращая внимания на напряжение за столом, уминая еду. — Реальность — это просто и ясно. То, что мы чувствуем по этому поводу, — нет.
И чёрт возьми, если пацан не был прав.
ГЛАВА 25
Том
В субботу вечером я похлопал себя по спине за то, что не проверял его соцсети и не писал ему с тех пор, как Зик отправил меня в отпуск. Ба была неправа. Я не нарушил слово и не приполз обратно в Нью-Йорк вымаливать прощение.
Две недели мы с Энцо не контактировали.
Наконец-то я вернул полный контроль.
Я лежал в кровати в гостевой комнате, довольный тем, что завтра будет полно дел. Я вёл ба в церковь, потом разбирался с административными делами и шёл на ужин к старому приятелю.
Уверенный в том, что излечился от чумы по имени Энцо, я решил проверить, как он. Не потому, что мне всё ещё было не всё равно — или вообще когда-либо было, — а потому, что скоро я собирался вербовать своего информатора, так что стоило посмотреть, нет ли важных новостей о жизни Ферранте.
Я открыл свой фейковый Instagram, набирая первую букву его имени. Его профиль всплыл мгновенно. Я не использовал этот аккаунт ни для чего, кроме слежки за ним.
Я нажал на его имя и увидел, что вчера он выложил новую фотографию. Эта стала вирусной. Почти пятьдесят тысяч лайков.
Он был без рубашки, пресс на полном обозрении, с чёрной банданой с черепом, закрывающей всё от носа и ниже, — на крыше где-то в Манхэттене, судя по виду.
Бетонные джунгли, но я лев, а не мышь. #ненуженникто #яямойисам
Я тяжело сглотнул. Это было направлено на меня? Если да, я чувствовал себя дерьмово, потому что, очевидно, причинил ему боль. Если нет, я тоже чувствовал себя дерьмово, потому что это значило, что он двигался дальше.
Я кликнул на комментарии, прекрасно осознавая, что это глупая идея. Похотливые реакции выходили из-под контроля, хотя это было не ново.
Новым было то, что он начал на них отвечать. В реальном, блядь, времени.
Он никогда раньше не отвечал своим подписчикам.
ГорячаяШтучка28: Кажется, мы можем быть в одном районе…
ИтальянскаяКолбаска:?
ГорячаяШтучка28: Я диджею тут за углом. Больная вечеринка. Хочешь прийти?
ИтальянскаяКолбаска: Может быть. Скинь локацию.
Какое дело ему было отвечать на комментарии в Instagram в два чёртовых часа ночи? У него что, не было людей, которых надо убить? Каморра сама себя не управит. Я был в секунде от того, чтобы схватить телефон, позвонить Луке и сказать, что его силовик строит из себя последнего бабника по всем соцсетям вместо того, чтобы разбираться с Братвой.
ГорячаяШтучка28 ответил на его комментарий.
ГорячаяШтучка28: Пишу тебе в личку ?
Это была худшая форма пытки.
Я не мог контролировать дрожь в теле. Ярость пылала в груди, и у меня было отчётливое чувство, что я собираюсь сделать что-то очень глупое, например, узнать, где живёт этот идиот ГорячаяШтучка28, нанести ему визит и научить его не клеиться к чужим парням.