Падшая ладья

ГЛАВА 11

Том

Пацан: Привет. Я тебя разблокировал.

Я:?

Пацан: Когда мы снова встретимся?

Я: Я дам знать.

Пацан: Рассчитываю на это, Томкэт. ?

Пацан: Думаю подстричься по-новому. Вот так.

<Пацан отправил ссылку на Pinterest>

Пацан: Что думаешь?

Я: Что ты делаешь?

Пацан: Веду светскую беседу…?

Я: Я вижу. Зачем?

Пацан: Почему нет?

Пацан: Ради всего святого, просто ответь на вопрос.

Я: Твои волосы в порядке.

Пацан: Ну да. Они больше чем в порядке. Они роскошны. Но что если они могут стать ЕЩЁ более потрясающими?

Я: Ты когда-нибудь перестаёшь говорить?

Пацан: Нет?

Пацан: Так что?? Новая стрижка?

Я: Нет. Мне нравится текущая.

Пацан: Как хочешь. Ты носишь носки в клетку. Твоё мнение недействительно.

Я не ответил, надеясь, что это заставит его отстать. Носки в клетку вполне допустимы в сочетании с костюмом. К сожалению, моё острое отсутствие интереса к знакомству с ним ничуть его не обескуражило.

Пацан: Ты сегодня улыбался?

Я: ??

Пацан: Ты никогда не улыбаешься.

Я: Я улыбаюсь.

Пацан: Я заставлю тебя улыбнуться.

Я: Чрезмерное количество сообщений против правил. Мы встречаемся на моих условиях, помнишь?

Пацан: Бро, ты думал, что моё слово, пока твоя рука была на моём члене, что-то значило?! Я бы в тот момент отдал тебе обе почки и всех племянников.

Пацан:Открой следующее вложение.

<Пацан отправил изображение>

Я вздохнул и откинулся в офисном кресле. В том же самом офисном кресле, которое занимал последние семь часов. Прошла целая неделя с тех пор, как я довёл Энцо до оргазма. Я был по уши в деле. Не Каморра, а небольшая, хотя и жестокая, преступная семья из Бронкса, которая решила убить ребёнка, переехав его машиной, потому что его отец не заплатил долг.

Салли сидел рядом со мной, растирая висок и хмурясь на фотографию жертвы, лежащей на асфальте без признаков жизни. Мягко говоря, кровавое зрелище, и сегодня я отсюда не выберусь. Может, и завтра тоже.

Вопреки себе, я схватил телефон и открыл фотографию. Соврал бы, если бы сказал, что не думаю о том, что мы делали на поле для гольфа его родителей, ежечасно.

Это была фотография Энцо, сидящего — как я предположил — на своей кровати, абсолютно голого, с розой в зубах и дерзкой улыбкой. На груди у него было написано взбитыми сливками «СЪЕШЬ МЕНЯ», но из-за зеркального отражения телефона все буквы были перевёрнуты.

Странное ощущение овладело мной, и мой рот дёрнулся сам по себе.

— Ротвелл, у тебя что, инсульт? — проворчал Салли сбоку.

Я быстро перевернул телефон экраном вниз, бросив на него взгляд.

— С чего ты взял?

— У тебя рот сделал странную штуку.

— Ты имеешь в виду улыбку?

— Ты никогда не улыбаешься. — Он нахмурился, розовые пятна на его лице покраснели ещё сильнее. — Если это твоя улыбка, больше так не делай. Ты выглядишь как койот, пытающийся подружиться с чихуахуа.

— Отвали.

Несколько минут спустя я снова взглянул на сообщения. У меня было чувство, что это единственное, что поможет мне пережить ночь.

Пацан: Заставил тебя улыбнуться, да?

Пацан: Я ушёл примерять костюмы на свою свадьбу. Дай знать, если хочешь фото члена из примерочной. Там отличный свет.

Пацан: А, и загляни в мой Instagram. Пока. x

Я фыркнул. Он был не в себе, если думал, что я загляну в его Instagram только потому, что он так сказал.

Я проверил его Instagram десять часов спустя, когда наконец закрыл своё дело, выписал ордера и произвёл аресты. Это не облегчило боль и печаль, которые я чувствовал из-за ребёнка, но по крайней мере монстры, сделавшие это, больше никому не смогут причинить вреда.

От меня не ускользнуло, что все остальные мои дела шли гладко. Ферранте были занозой в моём боку. Я намеревался закрыть их деятельность до конца года. И Энцо был ключом к этому. Я начну задавать ему вопросы скоро. В следующий раз, когда мы увидимся.

Я не стал ждать, пока окажусь дома. Проверил телефон, как только оказался в уединении своей машины, вбил его ник, делая первый глоток кофе.

А затем разбрызгал кофе по всей своей одежде.

Должно быть, он сделал это фото в ту же сессию, что и снимок с розой в зубах, потому что был гол как в день своего рождения — смотрел в камеру, демонстрируя пресс, татуировки и общую возмутительную горячность, и только взбитые сливки прикрывали его роскошный, толстый член.

Подпись гласила:

Примеряю разные наряды для следующего свидания с моим зайкой. Это слишком?

#тызнаешьктоты #скучаю #заставилтебяулыбнуться

Во мне боролись несколько разных чувств.

Мне было забавно. И лестно. Энцо был роскошен, смешон, умён и по праву вызывал восхищение своей фигурой. И он хотел мою жалкую задницу, хотя я был ворчливым, циничным стариком.

Беспокойство — на обоих фото, что я видел, его внутренние запястья были скрыты от глаз. С ним всё в порядке? Я хотел, чтобы с ним всё было в порядке. И это плохо сочеталось с моим желанием посадить его в тюрьму.

Злость — я сказал ему не говорить о нас, прямо или косвенно. Он уже нарушал правила, оставаясь собой — легкомысленным и беспечным.

И последнее — мне, блядь, не нравилось, что он выставлял своё тело напоказ каждому Тому, Дику и Гарри.

Точнее — он мог показывать своё тело Тому. И члену Тома. Гарри и остальные могут идти на хуй.

Похотливые комментарии заставили меня поперхнуться кофе и обжечь язык.

Celia9289: Не спрашивайте меня, какого цвета что-либо ?

Nycbaby_$: нельзя выкладывать такое фото и задавать спокойный вопрос ?

Darrenday55: эй, кажется, мы ходим в один зал!! Надо поздороваться в следующий раз.

Jessiejordan: проверь личку.

Я был в шаге от того, чтобы пожаловаться на некоторых из этих извращенных отбросов.

Я знал, что это не ревность. Это не могла быть ревность, потому что я не возражал против его женитьбы на Кате Распутиной. Точнее, я считал, что этот союз не должен состояться, но не из собственничества. Она ему не пара. Он ставил семью выше своего счастья, а это глупо.

Я: Ты вообще когда-нибудь носишь штаны?

Пацан: Только когда вынужден. Штаны — это социальный конструкт.

Я уставился на слова, не зная, что сказать или сделать. Незнакомая территория. Я всегда знал, что сказать, и всегда знал, что делать.

Я: Ты нарушаешь все правила.

Пацан: Тебе это нравится.

Нет. Ни капельки.

Было уже достаточно плохо, что моё поведение рядом с ним было, мягко говоря, ошеломляющим — «хаотичным» было бы лучшим словом, хотя я бы ни за что его не употребил, ни живой ни мёртвый, — но даже наши текстовые перепалки были сумбурными. Моя фаза вербовки Энцо в информаторы началась катастрофически.