Страница 8 из 17
– Сестры говорят, что чтение – пустая трата времени, но что они понимают о времени… Ведь из книг можно узнать, что время относительно, что Земля вращается вокруг Солнца, что есть народы, которые живут иначе, не так, как мы, и у них можно многому научиться, и что…
Чудовище кашлянуло, прерывая ее.
– Вы можете читать сколько душе угодно. Я сам большой любитель книг и поэзии. Если вы не против, Белль, мы будем делиться впечатлениями о прочитанном за ужином. А теперь я вас оставлю…
И хозяин замка исчез, прежде чем Белль успела его остановить. Она покачала головой, огорченная тем, что их беседа прервалась так внезапно. Она взяла том, лежавший на столике, – «
История фей Острова Блаженства
» – и начала читать сначала одну главу, потом другую. Устроившись на диване, она погрузилась в чтение. В книге рассказывалось о фее, которая полюбила смертного и вышла за него замуж. И вопреки законам природы у них родилась прелестная маленькая девочка. Но королева фей весьма неодобрительно отнеслась к этому союзу и наказала влюбленную, заточив ее в пещере на морском дне.
Белль зевнула. Небылицы, от которых клонит в сон… Старуха-фея, противная, завистливая и бессердечная, сделала наказание еще более жестоким: дитя, рожденное от этого союза, должно выйти замуж за чудовище. Белль перечитала эти строки: «Ее дочь, позорный плод недостойной любви, должна сочетаться браком с чудовищем…» На этом сказка обрывалась. Белль пожала плечами: сама она, насколько ей известно, не дочь феи, да и почему любовь должна быть «недостойной»? Остаток дня она провела за чтением других книг: о направлении ветров, о течениях рек, о разведении шелкопрядов. Нарушая тишину, колокол пробил восемь раз – она и не заметила, как пролетело время. Колокол прозвонил снова, и Белль поняла: пора готовиться, приближается время ужина.
На своей кровати она обнаружила новое платье – на этот раз лунного цвета. Ей не пришлось надевать его самой, невидимые руки помогли ей. Те же руки причесали ее, вплели в волосы переливающиеся жемчужины, а на голову возложили диадему из перьев и серебряных нитей. Восхищенная этим волшебством, Белль не шевелилась. Она не была кокеткой, но тут уж пришлось признаться себе, что отражение в зеркале ей нравится. Когда колокол пробил девять, она уже сидела за столом. С девятым ударом позади нее возникло Чудовище.
– Нравится ли вам ужин? – спросил хозяин замка.
Белль обернулась.
– Прошу, садитесь рядом со мной. Я не смогу есть, зная, что вы стоите у меня за спиной.
– Ах… Белль, но ведь я вам противен!
Белль подумала, что это странное существо, кажется, вовсе не собирается ее сожрать или сделать из нее чучело. Скорее всего, ему просто скучно и одиноко и он ищет компанию.
– Вовсе нет, – ответила она. – И мне неловко. Я была бы рада видеть вас сидящим подле меня.
Чудовище склонило голову. Откуда ни возьмись появилось кресло, и хозяин занял место рядом с гостьей.
– Я давно отвык от бесед. Мне было бы интересно услышать ваши рассуждения о прочитанном, но сначала, прошу вас, поешьте.
Белль опустила ложку в белый сливочный суп, но ее ум переполняло все, что она прочла за день. Ей хотелось задать тысячу вопросов, и она не знала, с чего начать. И вот, несколько минут спустя она не выдержала:
– Известно ли вам, что шелкопряд, или шелковичный червь, родом из далекого Китая?.. Наши роскошные ткани – всего лишь затвердевшая слюна этого бедного насекомого! Смотрите, я его нарисовала!
– Так вас интересует жизнь несчастных созданий?
– Меня интересует все на свете. Как можно жить, ничего не зная?
На лице хозяина замка появилось выражение, которое можно было принять за улыбку, и это тронуло Белль. Осмелев, она заговорила обо всем, что вызывало ее любопытство, – и в замке, и в мире. Ответы Чудовища были остроумны и занимательны, и ужин пролетел слишком быстро. Когда Белль закончила десерт, Чудовище поднялось.
– Белль, я должен кое-что сказать вам. Каждый вечер я буду задавать вам один и тот же вопрос и буду ждать чистосердечного ответа. Итак, согласны ли вы выйти за меня замуж?
Белль вцепилась в край стола, перевела дыхание и произнесла ясным голосом:
– Нет, Чудовище. Нет!
Чудовище поклонилось и добавило:
– Помните, Белль… мы будем ужинать вместе каждый вечер. А теперь – спокойной ночи.
С этими словами оно исчезло во тьме. Белль сидела, будто превратившись в кусок льда.
– Он хочет… жениться на мне, – прошептала она. – Чтобы я осталась здесь с ним навсегда? Чтобы я… поцеловала его? Чтобы он обнял меня? И моя кожа коснулась бы его шерсти? Чтобы мы спали рядом?
Ей стало дурно, и она разразилась рыданиями.
Лодка незнакомки в белой маске едва не перевернулась – ее весло ударилось о камень, скрытый водами лагуны.
Ночью Белль приснился странный сон. Дерево, шелестя листьями, рассказывало ей о горизонте, окутанном туманом, о всаднике, которого кто-то преследовал, словно дичь, и о древесном соке, готовом хлынуть наружу. Белль проснулась, чувствуя странное опьянение. Она натянула на себя шелковую простыню, укуталась в нее, как в кокон. Но тут же опомнилась: как можно предаваться грезам, в то время как ее отец, наверное, гадает, не съело ли ее Чудовище?! Она отбросила простыню. Сестры, конечно, и не думают волноваться о том, что с ней стало! Уж они-то не так глупы, чтобы пожертвовать собой… Белль прикусила щеки изнутри. Быть наказанной… за розу! Неужели она так глупа, что согласилась на такое наказание! Что-то блеснуло возле ее лица и отвлекло от размышлений: в складках простыни сверкало кольцо. Овальный камень в оправе из бриллиантов был похож на зеркальце. Белль надела странный перстень на палец. Зеркальце тотчас помутнело, а затем в нем проступило лицо ее отца – бледное, осунувшееся. Он спал. Под глазами у него залегли темные круги. Белль встревожилась. Она больше никогда не увидит ни его, ни сестер, ни своего сада и ласковых зверей. Кто будет подсыпать синичкам зернышки, кто станет подкладывать кроликам траву? Как же ей выпутаться из этих умело сплетенных силков, как выбраться из ловушки, жизнь в которой была довольно приятной?