Израиль

Глава 4

Воришка

Сандра

Лисбург, 2010 г.

Яркое утреннее солнце разливало лучи по всей комнате и медленно подбиралось к лицу Сандры, заставляя ее жмуриться. Она сладко потянулась на кровати и потерла ладонями глаза, прогоняя остатки сна.

Спустив босые ноги на пол, Сандра встала, надела джинсовые шорты и любимую ярко-малиновую футболку. Сходила в ванную умыться и, зевая, побрела в сторону кухни, откуда пахло сдобой и доносился звук кипящего чайника.

– Доброе утро! – Сандра поцеловала бабушку в щеку, вдохнув аромат ее духов с лавандой.

– Доброе утро, милая. Как спалось?

– Замечательно! – с улыбкой ответила она и снова потянулась.

– Ну и хорошо. Садись завтракать.

Сандра села за стол и потянулась к тарелке с булочками. Бабушка налила в кружку травяной чай и поставила перед ней.

– Спасибо большое! – поблагодарила она.

Рот наполнился слюной. Она вонзила зубы в мягкую булочку и прикрыла глаза от блаженства, думая о том, как мало нужно для счастья: лето, улыбка бабушки и булочки с корицей.

– Вкусно?

– Очень! – с набитым ртом ответила Сандра.

Увидь ее в таком виде, отец обязательно отругал бы за несоблюдение правил этикета. К счастью, его здесь не было.

– Ну и хорошо. Ты ешь, а мне нужно отлучиться по делам, – предупредила бабушка, снимая передник.

– Ладно, – машинально отреагировала Сандра. – Если ты за покупками, давай вместе? Я помогу донести пакеты, – предложила она.

Сандре не хотелось, чтобы ее дорогая бабушка уставала из-за забот о ней.

– Спасибо, но не беспокойся. Мне нужно проведать миссис Льюис, ей нездоровилось вчера. А возраст уже не шуточный – восемьдесят четыре. Мало ли. Дочь давно ее не навещала. Эх, плохо, когда дети забывают о родителях. Но чаще в этом виноваты сами родители.

– Понятно, – кивнула Сандра, запихивая в рот последний кусочек.

Перед тем как скрыться за дверью, бабушка окликнула Сандру:

– Совсем забыла! Должен зайти Кристиан, он займется газоном. Не прогоняй его.

– Окей.

Вымыв посуду, Сандра вышла на улицу и вдохнула сладковатый запах пионов. Она дотащила небольшую лестницу до дуба, прижала ее к широкому стволу и проверила на устойчивость. Убедившись, что лестница не качается, Сандра сбегала в комнату за скетчбуком, карандашом и ластиком.

Забравшись на дуб, Кассандра уселась на широкий сук и прижала скетчбук к коленям. С этой высоты открывался вид на верхушки смешанного леса за домом. Она скользила карандашом по бумаге, вырисовывая очертания пышных крон, ясного неба и кучерявых облаков.

Набросок ей не нравился, поэтому она несколько раз стирала штрихи и выводила их заново, причем настолько сосредоточенно, что высунула язык. И чуть не прикусила его, когда снизу зажужжала газонокосилка. Хотя язык – это полбеды, она ведь могла свалиться от неожиданности. Да, Сандра совершенно забыла, что бабушка Руби предупреждала о помощнике.

Как же его звали? Карлос? Кенни? Кристофер?

Сандра часто гостила у бабушки, но ни разу не видела его здесь и даже на улице. Возможно, просто не замечала. Она прищурилась, чтобы рассмотреть гостя, ловко управляющего газонокосилкой: высокий, худощавый, в черной выгоревшей футболке и потрепанных джинсах. Солнце играло на его темных волосах, а смуглая кожа блестела от капелек пота.

«Симпатичный», – мелькнуло у нее в мыслях.

Развернувшись на суку в его сторону, Сандра свесила ноги. Пока незнакомец ходил из стороны в сторону, толкая газонокосилку, она решила нарисовать его. Водя карандашом в скетчбуке, она отмечала, что его силуэт получался лучше, чем кроны деревьев.

По воздуху плыл приятный запах скошенной травы. Набросок почти готов, осталось добавить ему цвета, только акварельные карандаши остались в спальне – Сандра не решилась тащить их на сук дуба.

Интересно, какого цвета у него глаза? Если спуститься, то наверняка можно их увидеть. Но хватит ли ей смелости на такое? Щеки уже пылали от одного лишь подглядывания, что уж говорить о том, чтобы первой подойти и заговорить, даже ради приличия. Если бы существовали чемпионаты по стеснению, Сандра заняла бы первое место.

Пока она раздумывала, как поступить, парень с именем на «К» выключил газонокосилку и вытер полой футболки лоб. Тело Сандры будто приросло к суку и не желало спускаться на землю. Она пожала плечами, провожая его взглядом, только он почему-то направился не к дороге, а в дом.

Что он там забыл? Неужели решил что-то украсть?

Сандра перекинула ногу на лестницу, не обращая внимания на скетчбук с карандашом, полетевшие вниз. Спустившись на землю, она подкралась к двери, аккуратно приоткрыла ее и на носочках зашла внутрь. Услышав стук в гостиной, Сандра побежала туда, уже не думая о конспирации, ведь убедилась на сто процентов, что он вор.

– Попался, воришка! – выкрикнула она, забегая в гостиную.

Вопреки ее ожиданиям, вор не испугался. Он несколько секунд заинтересованно смотрел на нее, держа в руках фотоаппарат ее дедушки.

«У него глаза, как сочная трава», – отметила Сандра.

На губах брюнета появилась наглая ухмылка, и он дернулся вправо, Сандра за ним, не догадавшись, что ее обвели вокруг пальца. Он резко свернул в другую сторону и выскочил из дома.

От стеснения не осталось и следа. Возмущение и злость поднялись высокой волной. Как он посмел украсть памятную вещь прямо на ее глазах?

Помимо прилежной учебы, Сандра занималась бегом и участвовала в школьных марафонах, иногда даже занимала призовые места, поэтому, не раздумывая, погналась за парнем.

– Стой! – кричала она ему. – Я все равно тебя догоню!

Брюнет бежал быстро, но Сандра не отставала. Он свернул за дом, Сандра за ним, пыль поднималась и оседала на губах.

– Отдай! Это не твое! – кричала она, запыхавшись.

Парень вдруг резко остановился у подножия леса, обернулся и… рассмеялся.

Сандра стушевалась. На краткий миг скользнула мысль, что у него не все в порядке с головой.

– Ты что – местный дурачок?

– Нет, а ты? – на полном серьезе спросил он.

– Я? – опешила Сандра, округлив глаза от возмущения.

– Какая же ты смешная! Ты ведь Сандра?

– Да, – протянула она, подозрительно сощурившись.

– Ты серьезно подумала, что я вор? – В голосе незнакомца скользили обиженные нотки. Они не вязались с его улыбкой.

– Вообще-то, я до сих пор думаю так. Отдай фотоаппарат. Это память о дедушке! – настаивала она и сделала шаг навстречу. Забрать свое стало для нее наиглавнейшей задачей.