Страница 30 из 43
Я зажмурилась, заставляя себя собраться с мыслями, глубоко вдохнула и выложила, как на духу:
– Мэл Бертран в академии!
И замерла, не дыша, не шевелясь, никоим образом не отсвечивая и не делая вообще ничего, будто меня здесь и не было.
Я не знала, как отреагирует Десмонд. Не могла даже предположить. Всё, о чём получалось думать – это о том, как сильно я боюсь Бертрана, и что пойду на всё, лишь бы вновь не оказаться в его руках.
Лорд Ранэр долго молчал, но у меня не хватало мужества открыть глаза и взглянуть на него.
Мне до дрожи не хотелось видеть в его взгляде холод и ненависть. А почему-то казалось, что именно так он на меня и смотрел, ненавидя всей душой.
И потому особенно неожиданно и удивительно было услышать через несколько минут тихий вздох и негромкое, обманчиво спокойное, но твёрдое:
– Я сейчас кое-что сделаю, а вы не будете кричать, отбиваться и падать в обморок.
Стоит ли говорить, что глаза я распахнула в тот же миг? Вскинув голову, со смесью изумления и страха посмотрела на мужчину.
Десмонд ответил мне тяжёлым, но уже не таким мрачным взглядом. Казалось, что он немного успокоился, хотя я ждала обратного – ярости и ненависти.
– Рассказывайте, где и как вы познакомились с Бертраном, – приказал мужчина и… опустился передо мной на колено.
Мои глаза по размеру сейчас напоминали чайные блюдца, не меньше.
Я была просто в шоке, который стал в тысячу раз сильнее, едва Десмонд взялся за край моих юбок и начал поднимать их вверх!
– Вы что делаете?! – я подпрыгнула и попыталась как-то отойти или помешать, но позади меня была раковина, а сильным рукам мужчины на моё сопротивление было откровенно наплевать.
Как и самому Ранэру.
– Я велел рассказывать, – сурово напомнил он, поднимая юбку всё выше и выше!
Мои коленки оказались перед глазами мужчины! Коленки! Но он и на этом не остановился!
– Лорд Ранэр! – едва не завопила я, судорожно пытаясь остановить его руки. – Вы… я… немедленно прекратите, иначе я вас ударю!
– Что же у вас за магия, Кали-Камели? – обронил он задумчиво, странно исковеркав моё имя и даже не думая останавливаться.
О, я была крайне близка к тому, чтобы продемонстрировать ему свою магию!
Но тут его широкая ладонь накрыла продолжающее пульсировать глухой болью бедро.
Меня затрясло от яркого ощущения мужской руки на столь интимном месте.
Но следующим ощущением стала приятная успокаивающая прохлада, которая волной прошлась по всему телу и сконцентрировалась в бедре, медленно убирая боль.
Я сглотнула и затихла. Внутри всё перемешалось. Мне было невыносимо стыдно от того, в каком положении я сейчас находилась. И одновременно с этим хорошо от наконец ушедшей боли.
В какой-то момент «хорошо» стало окончательным, что навело на мгновенные подозрения:
– Ментальное воздействие?
– Лишь небольшое успокаивающее заклинание, – тут же отозвался Десмонд, сосредоточенный на избавлении меня от боли. – Вы слишком напряжены и напуганы, Кали, так у нас разговора не выйдет.
– Наш диалог затрудняет ваше нахождение у моих голых ног, – отозвалась я куда спокойнее, чем предполагалось.
Лорд хмыкнул, искривив губы в усмешке, и насмешливо заверил:
– Уж это нам никак не мешает. Я бы даже сказал наоборот, добавляет происходящему некоторой, м-м…
– Нервозности? – подсказала я, сверху вниз глядя на мужчину.
Он ухмыльнулся шире.
– Пикантности, – озвучил свой вариант. – Заметьте, я не нервничаю, да и вы спокойна.
– Так вы на меня воздействуете, – напомнила с парой утвердительных кивков, мол да-да, так всё оно и происходит.
– Лишённой страха вы мне нравитесь куда больше, – сделал Десмонд неожиданное признание, поднял на меня взгляд и уже серьёзно спросил: – Это ведь метка Смерти на вашем бедре, не так ли?
Удивительно, но я не ощутила страха. И волнения не было. Ничего, просто растекающаяся по телу приятной прохладой лёгкая усталость и безмятежность.
– Вы ведь уже знаете, что верно определили, – отозвала я.
Он серьёзно кивнул и задал новый вопрос:
– Лорд Бертран поставил её на вас?
Настал мой черёд кивать. А потом с губ слетело:
– Вы ведь знаете, кто он?
Десмонд недобро усмехнулся и опустил взгляд на свою ладонь. Или на моё бедро под своей ладонью, кто же его разберёт?
Я неуютно поёрзала. Страх страхом, но тут вопрос приличий. Точнее, их нарушения. А он нарушал, нагло и бессовестно. И с одной стороны лечил, но с другой – нарушал как есть!
– Коллекционер редких даров, – глухим эхо отозвался Десмонд.
Я приготовилась к привычному морозу по коже, но внутри всё оставалось спокойным, почти безразличным. Надо же, это первый раз, когда я совсем не отреагировала на упоминание этого страшного человека.
И поняла, что если сейчас не расскажу, то потом, без успокаивающего заклинания, уже не смогу.
– Я жила у него два года, – начала я негромко, и ощутила, как напряглась ладонь Десмонда на моём бедре.
Только его ладонь, в остальном он остался внешне невозмутимым. А когда моё молчание затянулось на десять секунд, самую малость хриплым голосом попросил:
– Продолжайте, Камелия.
Честно говоря, я не знала, что тут продолжать, если и так всё было очевидно. Но всё же рассказала:
– Отец продал меня ему взамен на какой-то древнейший артефакт. Как потом рассказал Бертран, я попала бы к нему намного раньше, но поиски артефакта затянулись почти на два года.
Очень медленно Десмонд поднял голову и направил на меня крайне тяжёлый, ярко мерцающий напряжением взгляд.
Невольно проецируя его эмоции, напряглась и я, ожидая услышать что-то крайне страшное.
И не ошиблась.
– Два года назад из королевской сокровищницы был украден Пробуждающий артефакт. Вам известно о его свойствах?
Я отрицательно покачала головой, по одному тону и виду мужчины понимая, что речь шла о чём-то невероятно серьёзном.
Десмонд колебался несколько мгновений, решая, говорить или нет, но всё же быстро серьёзно рассказал:
– Он активируется тремя жизнями. Одной отнятой, одной преданной, одной рождённой. Затем в пробудившийся артефакт помещается кровь мага, и в этот момент в нём… появляется сила возвращать к жизни мёртвых.
Я смотрела на мужчина с недоумением, волнением и тревогой, не понимая, почему он замолчал и так тяжело смотрел в ответ.
А затем словно удар по голове.
Я вздрогнула, распахнула глаза от накрывшего осознания и, мелко задрожав, в ужасе прошептала: