Страница 50 из 57
Я молчала не по своей воле. Меня заставили замолчать. Это была разница.
Уголек мужества затеплился внутри. Да, он был мал, но его свет помог ослабить напряжение в груди.
Я была сильнее, чем она когда-либо считала.
— Я смогу.
— Слушай, — он пододвинулся ближе, — ты не одна. Я здесь, прямо рядом с тобой. Как только я почувствую, что ситуация выходит из-под контроля, я вмешаюсь и приму удар на себя. Никто не тронет тебя. Пока я здесь. Понимаешь? — Я хотела сказать «да», но люди, близкие мне, уже подводили меня, и мое колебание выдало меня. — Ты слышишь меня? — Он взял мое лицо в свои ладони и заставил посмотреть на него. Его глаза пылали, когда он слегка встряхнул меня для убедительности. —
Никто.
И та нерешительность?
Она исчезла.
Конечно, я верила ему. Это было невозможно, когда он говорил с такой убежденностью.
Я кивнула и тяжело сглотнула. Муж долго пристально смотрел на меня, а затем постучал костяшкой пальца по стеклу лимузина. Дверь открылась, и я машинально взяла протянутую руку. Она вывела меня наружу, и когда я подняла голову и увидела его угрюмое лицо, осматривающее меня, я едва слышно охнула и среагировала инстинктивно.
Марко крякнул, когда мое тело столкнулось с его. Я обняла его за талию, и его легкий смешок отозвался у меня в ухе, когда он неуклюже похлопал меня одной рукой, держа другую по швам.
— Только не говори, что ты правда рада меня видеть?
Когда Тор слегка коснулся моей спины, я отпустила Марко и отступила к высокой фигуре мужа, улыбаясь этому грубому мужлану. Рука Тора скользнула на мою талию, и большой палец мягко погладил бедро.
— Ну, не знаю. Ты ведь не собираешься снова вызволять меня из вентиляции, да?
— Не сегодня, — ровно ответил он, но в глазах плясало веселье.
— Тогда ладно.
И этот засранец прижал обе руки к груди, делая вид, что хлопает ресницами.
Но пока мы оба посмеивались, Тор был не в духе.
— Сосредоточься. — Давление сказывалось на нем. Он был раздражительным всё утро. Марко, заметив напряжение, мгновенно посерьезнел, когда Тор спросил: — Кто внутри?
— Артур, Кэт и Анушка. Машина Страйкера только что подъехала, — Марко проверил часы. — Роам и его парни будут через пару минут, а Винченца любит устраивать шоу, опаздывая.
Я слегка вздохнула. Конечно, любит.
Иногда я задавалась вопросом, действительно ли мы с ней сделаны из одного теста. Внешне — да, но наши личности были настолько разными, что мы могли бы быть с Венеры и Марса.
— Лучше войти, пока он не приехал. — Тор сжал мое бедро, и когда он двинулся, то повел меня за собой. Марко остался ждать у лимузина.
Как только мы переступили порог, я услышала мужской голос с британским акцентом:
— Нуш, если твоя нога еще раз коснется моей, я даже не буду утруждать себя инструментами. Я отгрызу эту чертову конечность. — Затем он прорычал: — Держись от меня подальше.
Когда мой взгляд упал на мужчину, я моргнула: из всех, кого я ожидала увидеть за столом, это был не высокий, гибкий серебряный лис со свежей стрижкой и аккуратной бородой. Он выглядел щеголевато в костюме на заказ, с цепочкой, идущей от центральной пуговицы синего жилета в карман.
И, черт возьми, он был
великолепен.
Я догадалась, что молодая женщина, с которой он говорил — Нуш, как он её назвал, — была той, кто ответил. Я попыталась скрыть изумление, глядя на неё: она не была похожа на босса мафии. Скорее на тип женщины, которая начнет скандал за то, что ты посмотрел на её парня.
Её длинные, пережженные осветлителем волосы граничили с желтизной, а темные корни проглядывали сквозь отросшие пряди. Нуш сидела за столом, закинув ноги на край. Она носила тональный крем на оттенок светлее её оливковой кожи, глаза были густо подведены кайалом
(Кайал (или каял) — это особый, очень мягкий карандаш для макияжа глаз)
,
а ресницы слиплись от туши. Её слишком длинные неоново-оранжевые наращённые ногти постукивали по столу. Ко всему прочему, она была в супер-повседневной спортивной одежде и с отношением, говорящим, что ей на всё плевать. И всё это время она— сосала леденец.
Она вытащила палочку изо рта достаточно, чтобы повернуться к мужчине рядом и сказать:
— Я бы отдала всё, чтобы ты пожевал меня, папочка. — Она резко встала, опустила руку на пах и медленно погладила его. — Вот. Давай покажу, с чего ты можешь начать.
Другая женщина в комнате, однако, была воплощением элегантности. Хорошо одетая, лет шестидесяти, с темными волосами, собранными в гладкий пучок. Она носила шелк и сидела прямо, морщась от слов молодой, и когда заговорила, я услышала легкий испанский акцент:
— Анушка, ты самый низкий сорт мусора, и я ненавижу то, что мы вынуждены делить это пространство четыре раза в год.
Анушка снова села.
— О, Каталина. Этот твой острый язык такой драгоценный, — её взгляд потемнел, — может, я вырежу его и буду хранить в коробочке у кровати? Пригодится, когда мне станет особенно одиноко.
Вау. Я не могла понять, угрозы это или прелюдия.
В этот момент Тор откашлялся. Внимание переключилось, все глаза уставились на нас.
Артур не терял времени, оглядывая меня с ног до головы, и дьявольская ухмылка растянула его рот.
— Ну-ну. Посмотрите-ка. Ты припрятывал её от нас, Скала.
Анушка тоже оглядела меня, но совсем иначе.
— Ходили слухи, что ты убил её. — Она изобразила, как веревка затягивается вокруг её шеи, и издала удушливый звук.
Каталина цыкнула на них обоих, затем встала и направилась к нам. Она протянула руку, без спроса взяла мои, повернулась к Тору и сказала:
— Я знала, что он этого не сделает. Он не мог. Посмотрите на неё. — Она подняла руку под мой подбородок, приподнимая лицо и осматривая его. — Дорогая, ты прелестна. Твой отец всегда говорил о тебе. Его мягкий маленький ангелочек. Такая жалость, знаешь ли. — Она быстро отпустила меня и задрала нос, добавив: — Эта твоя сестра… — Кэт выразила чувство, которое я понимала слишком хорошо.
Чистое отвращение.
Я еще не успела произнести ни слова. Где-то позади нас послышались шаги, и мужчина в джинсах, сверкающих белых кроссовках и свободной белой футболке прошел прямо мимо Тора. Мой муж поприветствовал его небрежным:
— Страйкер.
Страйкер ответил, подняв руку с жестом дьявола, и подошел к своему месту, тяжело рухнув в кресло с вздохом.
Вот как.
Тор повел меня к столу. Перед нами был только один стул, но битвы за него не было. Не раздумывая, он помог мне сесть на место
Малоккьо