Играя с Мишель

Такара вальяжно вытянула передние лапы, подняв холку вверх, и протяжно зевнула; будто показывала, что появление девушки её не так уж и заинтересовало, как показалось на первый взгляд. Мишель нахмурилась и убрала руку. Такара звонко тявкнула, подошла вплотную к решётке, просовывая свою морду сквозь прутья, и лизнула воздух.

– С характером, – сделала вывод Мишель, подставив ладонь к носу собаки. Та начала интенсивно её облизывать, сладко причмокивая и закатывая глаза от удовольствия. Язык Такары оказался шершавым, мокрым и тёплым. Было щекотно и по началу немного непривычно, но девушка стойко терпела, не убирая рук

и

. – Хорошая девочка, хорошая.

Другой рукой Мишель гладила Такару по голове и чесала за ушами, чем привела собаку в щенячий восторг. С того дня она часто навещала свою новую подружку, постепенно выстраивая доверительные отношения между ними. Кормить её отец запрещал, утверждая, что делать это должен один хозяин. Мишель не спорила и особо не вникала в нюансы воспитания животного, радовалась и тому, что он позволяет им проводить время вместе.

В тот день она уговорила отца взять Такару с собой. Он долго сопротивлялся, убеждая её в том, что собака охотничья и может сорваться с поводка, но Мишель настояла на своём, включив своё женское обаяние. Отец прочёл длинное наставление, нацепил на Такару намордник, строгий ошейник с поводком и долго провожал их взглядом у ворот, пока они не скрылись за поворотом. Вопреки страхам отца, лайка смирно семенила рядом с Мишель, открыв пасть и высунув розовый язык, не позволяя себе даже на сантиметр обогнать хозяйку. Она послушно исполняла все её команды и бежала туда, куда направляла её девушка, радуясь незапланированной вечерней прогулке.

Солнце постепенно клонилось к закату, размазав по небу красное марево. Комаров и прочих летающих тварей в это время года пока не было, поэтому Мишель спокойно наслаждалась вечерней прохладой и буйством постепенно пробуждающейся природы, переходящей от нежно-салатового оттенка к изумрудному. На фоне заката зелень пестрила красными оттенками и казалось, будто трава залита кровью. Это выглядело одновременно жутко и завораживающе красиво.

Подбежав вплотную к кромке леса, Мишель перешла с лёгкой трусцы на шаг. Такара последовала её примеру, задрав кверху морду и принюхиваясь.

– Спокойно, Такара, – скомандовала девушка, немного натянув поводок на себя. – Мы не на охоте, а на прогулке.

Собака подняла взгляд на Мишель, недовольно фыркнула, сделала ещё несколько шагов и остановилась, навострив уши.

– Ты их слышишь? – прищурилась девушка, вытянув голову и вглядываясь вдаль. Такара издала протяжный рык, и шерсть на её загривке встала дыбом. – Мы не будем их обижать, только напугаем, ладно?

Лайка снова посмотрела на хозяйку, издав протяжное рычание, переходящее в зевок. Перспективой простого запугивания она явно была недовольна. Девушка с силой сжала собачий поводок, стиснула зубы и сделала несколько вдохов-выдохов, настраивая себя на предстоящую встречу; бояться ей было нечего, ведь она была с охранницей, но сердце всё равно гулко бухало в груди, отбивая барабанную дробь. Почувствовав напряжённое состояние хозяйки, собака заскулила и уткнулась мордой в её колени.

– Знаю, знаю, – сказала Мишель, успокаивающе потрепав мохнатые уши. – Всё в порядке, с тобой мне бояться нечего. Давай! Вперёд!

Такара рванула с места, чуть не сбив девушку с ног, но вовремя притормозила, почувствовав, как острые шипы ошейника впились в лохматую шею.

– Рядом! – скомандовала девушка, переходя на бег.

Мальчишеские голоса становились всё ближе и отчётливее с каждым шагом. В воздухе пахло костром и жареным мясом. В животе предательски заурчало. Когда расстояние между ними заметно сократилось, голоса начали постепенно стихать, переходя в еле уловимое гудение, будто над поляной завис рой пчёл. Мишель не смотрела в их сторону, но чувствовала пристальные взгляды каждой клеточкой своего тела.

– Привет, Мишель! – Максим крикнул первым.

Девушка повернула голову в сторону компании парней, будто только что их заметила. Ничего не ответив, сбавила шаг.

– Я знал, что ты соскучишься и вернёшься, – послышался голос Дани.

Она остановилась, по очереди буравя взглядом каждого из них. Чуть дольше задержалась на парне, которого раньше с ними не видела. Без всяких сомнений, это был Илья: высокий голубоглазый блондин с большими голубыми глазами, так же пристально её разглядывающими. Он разительно отличался от остальных, но Мишель не могла понять, чем именно, да и времени на раздумья у неё не было.

– Я придумала для вас новую игру, мальчики, – с улыбкой на лице крикнула она. – Это – Такара, моя охотничья лайка! – Она снова пробежалась глазами по затихшей толпе, сделав многозначительную паузу. – Такара очень любит выслеживать добычу, и я решила дать ей сегодня шанс поиграть вместе с нами… – Мишель опустилась на одно колено, сняла с собаки намордник и ласково зашептала ей на ухо, чтобы никто больше не услышал: – Надеюсь, ты будешь хорошей девочкой, Такара. Мальчишек обижать нельзя. Только припугнуть.

– Ты умом тронулась, что ли? – испуганно запричитал Максим, прячась за широкими спинами ребят. Остальные, как по команде, попятились назад.

– Даю вам пять минут на обсуждение и ещё пять, чтобы убежать. Время пошло! – Мишель поднялась и медленно зашагала в их сторону, держа руку на карабине ошейника.

Шестеро из десяти тут же ринулись в чащу леса. Лев, Даня, Илья и Никита медленно отступали назад по мере приближения девушки, будто ещё до конца не осознавая всю серьёзность её намерений. Мясо в самодельном мангале из кирпичей начало подгорать, разнося по воздуху еле уловимый запах гари.

– Мишель, мы можем спокойно поговорить? – спросил Лев, когда она подошла почти вплотную. Он выставил вперёд руки, готовый защищаться, но убегать, как остальные, явно не планировал.

– Это же грёбаный волк, новенькая, – истерично замотал головой Даня. – Если нужно, мы догоним Макса, и он лично извинится перед тобой за то, что раскромсал тебе сиськи.

– Раскромсал сиськи? – Илья остановился как вкопанный, обернувшись на Даню. – Что это значит? Вы совсем чокнутые?

В воздухе повисло молчание. Парни переглянулись между собой. Лев виновато покачал головой. Мишель внимательно слушала пререкания парней, ощущая своё превосходство. Такара смачно облизывалась, чувствуя запах жареного мяса, тем самым наводя на всех ещё больший ужас.