Страница 4 из 5
Соуэто (подобно Софиатауну в романе Астера Беркхофа) стало символом страдающих африканцев: борьба там не затухает, она перебрасывается в другие районы страны, городские и сельские, вовлекая интеллигенцию, рабочих и мелких фермеров в общенациональное движение. Соуэто вписало яркую страницу в историю освободительного движения в ЮАР, направленного против расизма.
Апартеид. В переводе с африкаанс — раздельное проживание и развитие. Пройти мимо этого чудовищного явления, рассказывая о жизни современной Южно-Африканской Республики, невозможно. Поэтому неудивительно, что в центре романа Астера Беркхофа оказалась пресловутая проблема раздельного существования. Кажется, что автор не гонится за широтой охвата событий: его внимание поглощено, по существу, одной семьей, а выходы за ее пределы совершаются только потому, что члены этой милой и многочисленной семьи порой отправляются в вынужденные путешествия. Например, в тюрьму, в резервацию Пондоленд, куда были насильно выселены жители Софиатауна, одного из пригородов Йоханнесбурга, или даже в пустыню Калахари — место изгнания пастора Давида, единственного члена этой семьи, оставшегося в живых.
Роман довольно плотно заселен персонажами. В нем фигурируют реальные исторические личности: президент Африканского национального конгресса Альберт Лутули, видные деятели этой широкой общественной организации африканского населения ЮАР — Нельсон Мандела, Оливер Тамбо и Уолтер Сисулу. Перед читателем буквально вереницей пройдут полицейские молодчики из Особого отдела, провокаторы, сыщики, журналисты, деревенские старосты, охранники, судьи, служители культа, коренные африканцы и европейцы, попавшие в ЮАР на какое-то время и проживающие здесь постоянно. Но в центре романа, несомненно, семья Джона Тугелы и его супруги — мамы Пондо. Все авторское внимание сосредоточено на ней. А в самой семье наиболее колоритной фигурой является Сара, которую все величают мама Пондо, ибо она вышла из племени под таким названием. Один из ее предков был даже верховным вождем этого племени. И хотя мама Пондо живет с семьей в пригороде Йоханнесбурга, она не теряет связи с родными и время от времени наведывается в гости к своему родственнику — верховному вождю Абелю Тсомо.
В самом начале романа читатель знакомится с семьей Джона Тугелы, вполне благополучной семьей преуспевающего ремесленника-гончара. В собственном уютном доме обосновались Джон и Сара Тугела с детьми. Во дворе — готовые изделия. Тут же расположены мастерские со станками. Нищеты не замечаешь. Наоборот, есть все основания полагать, что Джон Тугела с такими работящими детьми пробьется в так называемое среднее африканское сословие. Во многом эта семья — типичная для Африки вообще. У гончара Джона и домохозяйки Сары семеро детей, и все уже взрослые. У дочери Розы — свои дети. Все живут в мире и согласии. Такую семью можно с полным основанием назвать счастливой. Вместе и невзгоды переживаются легче. Когда Сандру и Пьера, полюбивших друг друга, арестовали и бросили в тюрьму («белому» запрещено любить «черную»!), то все члены семьи сочувствовали и поддерживали молодую пару, веря, что все в конце концов уладится, если крепка любовь. По выходе из заключения Сандра и Пьер тайно обвенчались и уехали в соседнюю Родезию (ныне — Зимбабве). Не потому, что там расисты были «лучше» юаровских, а для того, чтобы выиграть время: оторваться от шпиков из полиции, замести следы, а потом из Солсбери перебраться в Европу.
Но дом мамы Пондо уже «засекли», и полицейские стали частыми его посетителями. «Белые на улицах города в ЮАР не грубы и не вежливы с африканцами: они их просто не замечают», — пишет автор, что верно, но это наблюдение относится лишь к обычным, рядовым горожанам. Что же касается представителей властей, то они весьма далеки от такого созерцательно-нейтрального отношения к коренному населению. Тут вполне подходит другая авторская ремарка, характеризующая обстановку в ЮАР: «Жизнь в норе, окруженной хищниками».
Скончался в тюрьме старший сын — Том, лучший помощник отца в гончарном деле, сильный, волевой человек, сражавшийся в составе союзнических войск на территории Италии. Погиб Майкл — необыкновенно способный юноша, гордость семьи, член коммунистической партии. Его, тяжело раненного, полицейские затравили собаками. За что? Он вступился за старика африканца, которого безжалостно избили полицейские. Розу разлучили с мужем, который оказался «нечистым» в расовом отношении. Вместе с детьми его увезли неведомо куда, а Роза, покинув дом, пошла их разыскивать…
Во время судебного разбирательства умирает Джон Тугела, а возле него скончалась забитая охранниками мама Пондо. Напрасно жители Софиатауна скандировали: «Мы не уйдем!» — всех их выселили, в том числе и семью мамы Пондо. В сельской глуши — те же расистские законы и те же полицейские. Джимми заступается за отца и, обезоружив полицейского, убивает его. Он скрывается в горах. Но его ищут с вертолетами и в конце концов расстреливают, а потом, уже мертвого, вешают. Поймали Джессе: он находился в партизанском отряде, а теперь его место — тюрьма на острове Роббен. Пьер сообщает в письме, что Сандра, обесчещенная белыми охранниками, покончила с собой. Потом стало известно, что погиб и сам Пьер, помогавший партизанам…
Дом мамы Пондо не просто опустел — он разрушен, почти все его члены истреблены физически. Весь трагизм в том и заключается, что изображенное не есть искусственное «нагромождение ужасов», а является вполне естественным в условиях Южной Африки исходом событий. Жестокая расправа с семьей мамы Пондо предстает перед нами как логическое следствие применения в повседневной жизни расистских законов. Апартеид в качестве официальной политики практикуется в ЮАР с 1948 года.
К концу романа в живых остался один Давид, которому не разрешили даже предать земле тела родителей. Кто он? Преподаватель и пастор колледжа, а теперь — изгнанник в пустыне Калахари. От его имени и ведется повествование. Он свидетельствует, как пытали его мать: били молотком по пальцам рук, по лицу хлестали колючей проволокой. Рассказывает, как с вертолетов расстреливали мирных, верящих в добрые намерения властей петиционеров: «Потом мы нашли в лесу семнадцать тел, изрешеченных пулями. На ветках одного из деревьев висел белый флаг, а под деревом лежал мертвый Джеймс Нлоло, зажав в руке петицию».